Самый (худший) лучший муж - Ольга Белозубова

* * *

Завтра у меня будет раскалываться голова, но это будет завтра.

А сейчас я чувствую приятное расслабление и довольно откидываюсь на спинку мягкого дивана в клубе.

Я даже успел забыть, как тут шумно и многолюдно. То, что нужно.

Макса пока нет, и я решаю начать без него. Наливаю себе в стакан двойную порцию виски из стоящей на столике передо мной бутылки и пригубливаю.

В этот момент дверь в кабинку открывается, внутрь заваливается друг и четыре девушки. Смеюсь про себя: Макс в своем репертуаре. Блондинка, брюнетка, шатенка и рыжая — полный боекомплект.

Он протягивает мне руку, а потом представляет девушек:

— Знакомься, это Снежана, Арина, Ольга и София.

Разумеется, их имена в одно ухо влетают, а в другое вылетают. К чему мне запоминать ненужную информацию?

— Ну что, девушки, шампанского? — довольно потирает руки Макс и достает бутылку из ведерка со льдом.

Он открывает ее нарочито шумно, пробка вылетает с громким хлопком, и девушки дружно ойкают.

— Макс, ну зачем так пугать, — надувает губы блондинка.

Так, она сразу мимо — что ж так пищать-то? Пять минут попищит так на ухо, и я рискую перепутать ее с комаром и нечаянно хлопнуть ладонями перед ее носом.

Тем временем девушки устраиваются на втором диване и тоже изучают меня хищными взглядами. Э нет, милые, сегодня не вы выбираете, а вас.

Перевожу взгляд на рыжую. Лицо что надо, а вот фигура подкачала. Не то чтобы я не любил женскую грудь, но что мне делать с пятым размером? А может, даже шестым. Еще удушит ночью ненароком. Нет уж. Снова мимо.

— Марк, а вы здесь уже бывали? — облизывает губы брюнетка, кладет ногу на ногу, при этом соблазнительно изгибаясь.

Ее взгляд так и шепчет: «Я готова на все».

Ага, скорее всего, ты вчера была так же готова на все с кем-то другим. А может, и сегодня. С тем, кто заплатит побольше. Нет, я ни разу не ханжа, но такая, кроме роскошной фигуры, запросто принесет в постель не менее роскошный букет. Не цветов, разумеется.

Остается шатенка. Я оглядываю ее и остаюсь вполне доволен. Звезд с неба, конечно, не хватает, однако из всех четырех она самый нормальный вариант. Я хлопаю ладонью по дивану рядом с собой, и девица с готовностью подскакивает и присаживается рядом.

— Ну, за знакомство? — подает голос друг после того, как наполняет бокалы девушек игристым напитком.

— За знакомство, — раздается дружный хор голосов.

Мы треплемся ни о чем, как это обычно и бывает, перемежая разговоры многочисленными тостами.

Спустя буквально полчаса блондинка выбывает из строя. Я недоумеваю: как можно было улететь с пары бокалов шампанского? Не умеешь пить — нечего и начинать.

Так как Макс остановил свой выбор на рыжей, брюнетке ничего не остается, как вызваться провожатой для подруги.

Она одаривает нас недовольными взглядами и чуть ли не на себе выносит ту из кабинки.

Спустя еще несколько тостов Макс уже явно не прочь развлечься со своей рыжей, а шатенка — со мной.

Она что-то жужжит мне на ухо, жеманно хихикая. Неужели нельзя вести себя обычно, без вот этих вот ненужных и бесящих уверток?

— Ма-а-арк, — вдруг тянет шатенка и ведет плечами.

— Да, котенок?

— Что-то мне холодно.

Даже не знаю, чего мне хочется больше: то ли засмеяться, то ли раздраженно закатить глаза. Неужели нельзя придумать что-нибудь другое? Этот доисторический подкат давно набил оскомину.

— Вон, возьми пиджак Макса, — киваю я на пиджак друга, который он успел снять.

Шатенка надувает губы, но быстро меняет гнев на милость.

— У, какой суровый. И сильный.

Я с недоумением смотрю, как она ведет указательным пальцем от моего плеча вниз и многозначительно выдает:

— Люблю силу. — И кладет этот палец на свою нижнюю губу, приоткрывая рот и поигрывая плечами.

«Ну ты еще раздеваться тут начни...»

— Иди потанцуй! — раздраженно приказываю я.

Друг отрывается от своей рыжей и недоуменно пялится на меня.

— Иди, — кивает он ей, и девицы выпархивают наружу.

— Что на тебя нашло? — интересуется он, как только дверь закрывается.

— Ничего. Я не виноват, что ты выбрал каких-то... не пойми кого. Одна тупая, как пробка, вторая та еще шалава, третья нажралась как свинья с одного бокала, четвертая... ну ладно, промолчу. Это у тебя что-то со вкусом случилось.

— Угу, понятно, — хмурится друг, опрокидывает в себя очередную порцию виски и интересуется: — Говоришь, у тебя с твоей совсем все?

— Совсем все, — киваю я.

— И на развод подал?

— Не успел еще, дел много, замотался вконец.

Макс умолкает и качает головой.

— М-да-а-а, друг...

— Что такое?

— Да так, не бери в голову. — Он шутливо салютует мне бокалом. — В следующий раз постараюсь оправдать твои ожидания.

Э нет. В следующий раз выбирать буду я сам, чтоб наверняка.

Хотя зачем мне ждать следующего раза? Стоит только выйти из кабинки, как я окажусь в цветнике — здесь точно найдется из кого выбрать.

— Я на охоту, — коротко бросаю другу и двигаюсь к выходу.

— Ну давай, — ухмыляется Макс и салютует мне бокалом.

Я двигаюсь к барной стойке сквозь разношерстную толпу, и вскоре лениво скольжу взглядом по танцующим девушкам.

Останавливаюсь на одной. М-м, какой великолепный образчик женской красоты: какая стройная талия и длинные ноги, жаль, она стоит ко мне спиной. Я отлипаю от барной стойки, намереваясь подойти к ней, и замираю на месте: образчик поворачивается ко мне, и волшебный образ меркнет. Так и хочется сказать: «Гюльчатай, закрой личико». Это ж надо иметь такую фигуру при таком лице.

Ищу дальше. О, вот вроде ничего так девушка — стройная блондинка, симпатичная. Снова ставлю свой бокал на барную стойку, однако к ней вдруг подходит мужчина, и эта парочка уплывает в закат. Ну что, логично, что она тут не одна.

Во мне просыпается спортивный азарт. Быть не может, чтобы я сегодня ушел отсюда ни с чем, тут ведь не меньше сотни девушек.

Даю себе полчаса на успешные поиски и продолжаю сканировать помещение взглядом. Как назло, диджей включает следующий трек, и танцпол погружается практически во мрак, освещаемый лишь вспышками стробоскопов*.

Мне нравится эта будто замедленная съемка и спецэффект рваных движений танцующих, но только не когда нужно выбрать жерт... девушку.

Как тут сосредоточиться, когда толком ничего не различить?

Я поджимаю губы и смотрю в центр танцпола, пытаясь выхватить хоть что-то, и тут замечаю ту, которой здесь быть никак не должно.