Самый (худший) лучший муж - Ольга Белозубова

Те самые афроамериканские кудри, такие разве забудешь! Я не мог обознаться, да и телосложение то же. Ниже плеч ничего не вижу, но помнится, у Элины в нашу первую встречу была ровно такая же идиотская прическа.

Как назло, она ну никак не хочет повернуться ко мне лицом, знай наяривает, танцуя ко мне спиной. Вспышки мешают рассмотреть точнее, но что тут рассматривать — понятно и так, как моя женушка «страдает» в одиночестве!

Это она, видно, специально такую прическу делает, чтобы ходить по клубам неузнанной. Но меня не обмануть.

Чувствую, как изнутри поднимается злость, и с силой сжимаю стакан.

Будто мало этого, к ней со спины подходит какой-то высокий мужик, прилипает к ней, и они двигаются в такт. Она поднимает руки вверх и двигает ими в такт музыке, а его ладони скользят от ее запястий и ниже, ниже, еще ниже...

Мне толком ничего не видно, но тут и гадать нечего, где сейчас блуждают его руки. По телу моей жены. Ну давай, мужик, ты еще прямо на танцполе ей платье задери и того-с.

Скрежещу зубами, уже не сдерживаясь. Так вот чего она кольцо отдала, вот почему не вернулась! У нее, похоже, таких дураков, как я, воз и маленькая тележка. Недолго горевала. А рисовала себя таким одуванчиком... Тьфу.

Серьезных отношений она ждет и хочет, видите ли. Настоящих. Наглая лгунья! Вижу я, что ей нужно на самом деле.

Больше не медлю, ставлю стакан на стойку так, что часть жидкости выплескивается, и размашистым шагом двигаюсь к танцующей парочке. Значит, такой серьезности ей надо?

Пропихиваюсь к Элине сквозь танцующую толпу, вскоре оказываюсь рядом и отрываю ее от этого недосамца. Рычу не своим голосом:

— Ты совсем охренела?

И резко отпускаю руку, как только понимаю, что обознался. На меня ошарашенно смотрит совершенно не знакомая мне девушка.

Да, прическа один в один, но теперь я понимаю, что она выше, да и талия не такая тонкая, как у Элины.

— Мужик, я не понял, тебе проблемы нужны, что ли? — грозно хмурится кавалер девушки.

Я поднимаю ладони в примирительном жесте:

— Прошу прощения, обознался.

Разворачиваюсь и двигаюсь к выходу из клуба — хватит с меня на сегодня приключений.

Глава 33

Марк

Оказывается, существует очень простой способ избавиться от мыслей о человеке — им я и пользуюсь.

Уже неделю живу в таком режиме и вполне себе доволен.

С утра пораньше еду на работу, там загружаю себя делами по полной программе, а вечером тренируюсь до полной потери сил с таким азартом, что даже мой тренер удивленно разводит руками и спрашивает, какая муха меня укусила.

Зато по возвращении домой меня хватает только на то, чтобы принять душ, и обессиленно рухнув на кровать, забыться сном.

И почему я не догадался сделать так раньше?

Работает ведь, я больше не думаю об Элине. Почти. Уверен, еще каких-нибудь две-три недели, и мысли о ней окончательно исчезнут.

Я паркую машину на стоянке у работы, выхожу на улицу и ощущаю вибрацию мобильного в кармане.

Достаю телефон — мама.

— Здравствуй, сын, как твои дела?

— Ты только за этим звонишь в такую рань? Нормально у меня дела. Лучше всех.

— Я рада. Звоню, чтобы пригласить в гости завтра вечером. Заметь, приглашаю заранее. Приезжай к восьми. — Она с досадой вздыхает и нехотя добавляет: — С Элиной.

Столько времени прошло, а мать до сих пор упрямо отказывается называть Элину моей женой.

Я тяну с ответом несколько секунд — она еще не в курсе, что мы поссо... расстались. Однако какой смысл скрывать, все равно узнает рано или поздно.

— Я приеду один, мы с Элиной поссорились.

— Вот как? Кхм... Что ж, ладно, один так один. Не забудь, в восемь.

И она кладет трубку.

И все? Я думал, родительница возликует, обязательно сообщит, как счастлива, и участливо поинтересуется, когда развод.

Сдается мне, она попросту уже в курсе — совсем не удивлюсь этому, у нее везде свои соглядатаи. Может, и правда, решила таким образом вывести меня на чистую воду, раз я сам молчу.

А ведь я действительно так и не продумал дальнейшую стратегию, хотя с того момента, как Элина ушла, прошло уже почти три недели.

Ладно, подумаю об этом завтра, а пока меня ждет важное совещание, на нем и сосредоточусь. Специально приехал на работу заблаговременно, чтобы еще раз внимательно изучить нужную документацию.

Поднимаюсь в свой кабинет и до того, как начнется встреча, прошу Викторию принести мне кофе, устраиваюсь удобнее и отрываю голову от бумаг лишь тогда, когда помощница сообщает по селектору, что до совещания осталось всего десять минут.

Иду в переговорную и усаживаюсь в центре, наблюдая за тем, как комната постепенно заполняется руководителями всех мастей.

А потом внутрь вплывает Элина вместе с моим замом, Самарцевым.

Все мысли разом вылетают из головы, и я столбенею, жадно изучая ее взглядом. Не могу понять, что в ней изменилось, но такое ощущение, словно она двигается плавнее и светится изнутри.

И мастерски делает вид, будто меня здесь нет. Зато вон как ярко улыбается Самарцеву, интересуется, не принести ли ему кофе. Здоровается и с другими руководителями, помогает разложить отчеты на столе. С некоторыми даже умудряется недолго о чем-то поговорить.

И все как один улыбаются ей в ответ, причем вполне себе искренне.

Как она умудрилась найти подход к каждому из них? Уж я-то знаю, насколько придирчивы мои сотрудники — сам нанимал, но вполне очевидно: ею довольны все присутствующие.

Для каждого она находит доброе слово, улыбку и, если нужно, время на помощь. Кроме меня. Я удостаиваюсь короткого кивка и беглого взгляда, как какой-то отщепенец.

Продолжаю не скрываясь сканировать Элину взглядом, и она будто чувствует его, передергивает плечами.

В одну секунду так старательно сдерживаемые целую неделю эмоции вырываются наружу, и я еле сдерживаюсь от того, чтобы сделать ей замечание и вообще высказать все, что думаю. Я что, навозный жук, чтобы так реагировать на мой взгляд?

И ее наряд... Она явно специально вырядилась так, чтобы крутить жопой перед моими сотрудниками, иначе для чего такую короткую юбку напялила — почти до колена. Конечно, чего б им не улыбаться ей в ответ!

Делать вид, будто меня тут нет — и вовсе последнее дело. Раз работаем вместе, пусть ведет себя подобающим образом, так, как со всеми остальными: приносит кофе, нормально здоровается, улыбается,