Этот клинок наш - Шалини Абейсекара

и смеющихся небесах! И всё это меньше чем за год. А она вечно носится вокруг, разгадывая всё это для нас, простаков! Что она отдала Лорду Смерти в обмен на его жизнь? — Этилия дернула подбородком в сторону Кадры.

Столкнувшись с ужасом, север обратился к силе. Сражаясь с тем же самым, юг обратился к религии. И ни те, ни другие не понимали, что обе эти силы выстроены против них. Не понимали, что танцуют на ниточках кукловода. И совершенно не понимали, что впустую тратят его проклятое время.

Он вслушался в слова, которыми всё ещё перебрасывались через стол, и поднял руку.

Давление в бальном зале резко упало. В воздухе запульсировал гул — зловещий предвестник удара молнии. Предупреждение и обещание.

Гневные вопли сменились паникой. Богатейшие дельцы страны повалились на пол, заползая под стол, чтобы присоединиться к Хариону, который оказался там первым. Далвия с криком отшатнулась, когда вокруг нее зашипели искры. Кассандана бросила на него настороженный взгляд.

— Сядьте. — Кадра откупорил новую бутылку вина. Его пальцы отбивали по столу ритм в такт пульсирующему воздуху, пока перепуганная толпа торопливо рассаживалась по своим местам.

Веренция вжалась в стену.

— Я отказываюсь подчиняться этим принудительным… — Она побледнела, когда искра опалила ее рукав, и немедленно села.

В наступившей тишине он оглядел их всех:

— Мастера Гильдий, инквизитор, давайте покончим с этим спектаклем. Вы искали предлог, чтобы избавиться от моего Петитора и меня, с самого момента вполне заслуженной кончины Аэлиуса. Всё, что доказал сегодняшний вечер, — это то, что вы готовы поверить неизвестной книге и такой же неизвестной женщине, если они говорят то, что вы хотите услышать.

Веренция недоверчиво фыркнула:

— И это ваша защита? Что она лжет?

Кадра согнул пальцы. Вокруг стола сформировались и с треском распались нити молний.

— Сарай прошла через публичные Слушания. Меньшее, что может сделать ваш источник, — это пройти Проверку. — Он кивнул в сторону мрачной фигуры Анек. — Это займет всего мгновение.

Взгляд Далвии лихорадочно вцепился в дверь, когда Веренция выжидающе повернулась к ней. Губы Кадры изогнулись в сардонической усмешке. Значит, инквизитор не знала, что её источник лжет.

Кассандана встала. Гранит в ее глазах красноречиво говорил о том, что длинная веревка ее терпения подошла к концу.

— Если не сейчас, то, пожалуйста, свяжитесь с моим Петитором, чтобы договориться о встрече. И если Гильдии хоть в какой-то мере приостановят свою работу, — прокричала она сквозь поднявшийся шум, — Тетрархия восполнит этот пробел. Север озолотит наши руки монетами, а не ваши. Пусть у нас нет вашей дистрибьюторской сети. Но мы отнюдь не лишены власти. — Она кивнула внезапно побледневшим лицам, собравшимся в зале. — Благодарю вас за то, что присутствовали сегодня. Тетрархия сказала своё слово.

Зал пустел отнюдь не в тишине. Далвия сбежала первой, за ней последовала Веренция, одарив Кадру на прощание полным ненависти взглядом. Вино в бутылке Кадры убывало, пока мастера Гильдий бушевали, пытались торговаться с Кассанданой и, наконец, в ярости удалились в сопровождении плетущегося позади Хариона.

Это не было первым натиском. Далеко не им. Он знал эту игру и знал Ночео. Это была слишком примитивная атака для человека, который стоял за двумя охотниками за головами, поджидавшими Кадру в том притоне «белого сна» за несколько недель до его прибытия туда.

Нет, первый прямой ход Ночео будет безобразным. Взрывным. Возможно, он даже принудил нескольких магов молний атаковать Эдессу.

Кадра мрачно осушил бутылку вина, а затем спустился вниз как раз вовремя, чтобы увидеть, как разукрашенные раэды Гильдий на полной скорости удаляются от башни Делран. Оцепенение заглушило вечно пульсирующую линию огня, выжигавшую его поврежденный позвоночник. Старые раны.

Кассандана прислонилась к противоположной стене:

— Инквизитор, Гильдии, даже пугливая Кланледи Далвия — все за этим столом что-то скрывали. Я не вижу никакой системы. Это волна за волной хаоса.

Сначала он думал так же, но теперь нити стали отчетливее. Он был близок к тому, чтобы разглядеть всю паутину. Ему нужно было лишь предвидеть, где появится паук.

— Кто-то заставляет их всех танцевать под свою дудку.

— У тебя есть догадка, верно?

— Есть. Я жду хода.

Кассандана уставилась на него:

— И ты не скажешь мне?

Не было никакой уверенности, что Ночео не добрался и до нее.

— Пока нет.

— Твоя догадка — причина, по которой ты оставил Сарай на севере?

Он склонил голову набок и изучил ее бесстрастным взглядом, выискивая хоть малейшее доказательство того, что она выуживает информацию для передачи Ночео. Когда ее глаза остались чистыми, он кивнул.

Она задумчиво посмотрела на стену рядом с ним:

— Как думаешь, зашло бы всё так далеко, будь ты Верховным Тетрархом?

— Нет. — Она подходила для этой роли гораздо лучше. — Предпочёл бы не получать еще больше жалоб от разгневанных родителей.

Кассандана издала звук, средний между смешком и стоном:

— Боги, я чуть не придушила тебя на выпускном. — Ее напряжение немного спало. — По крайней мере, в последнее время ты стал менее кровожадным благодаря Сарай. Год назад ты бы проследовал за каждым из этих мастеров Гильдий до самого дома, чтобы выпустить им кишки.

Кадра пока не исключал этого варианта:

— Они мало что знают. Наш кукловод действовал очень осторожно.

— Когда-то я думала, что мы тоже.

Он тоже так думал. Теперь же он был ближе к потере всего, чем когда-либо прежде.

Еще один день — и он расскажет Сарай обо всём.

Тогда петля затянется туже.

Голубоватый серп Силун поднялся из-за перистых облаков над башней Аоран. Часы тянулись неторопливой капелью, пока ее бледно-голубой лунный свет не озарил хрупкую фигурку, изучавшую конец мощеной дорожки, ведомой к его дому. Далвия прижалась ладонями к его защитным барьерам с разочарованным звуком и уставилась на созданную Като иллюзию травянистого луга так, будто надеялась прожечь ее взглядом насквозь и разглядеть свою башню.

— У Аэлиуса тоже особо ничего не вышло, — заметил Кадра из тени у входа на дорожку, заставив ее испуганно пискнуть. Он вышел на свет, приподняв бровь, когда она прижалась спиной к барьеру, защищавшему его башню. — Серьезно думала, что я тебя не жду?

— Но ты ведь не ждал, — голос Далвии дрожал от страха. — Ты ведь ничего из этого не предвидел, Верховный Маг Кадра, — произнесла она с тенью улыбки. — Какое прекрасное имя, Дреневан.

Металл со зловещим шипением рассек темноту, когда он обнажил клинок.

Она побледнела:

— Я пришла не для того, чтобы навредить тебе, Дреневан. Ты же знаешь, у меня нет такой силы.

Пустое веселье заиграло на его губах:

— Ты объединилась с тем, у кого она есть. Этого ты