Клыки - К. Л. Спир

Я быстро нырнула в палатку, ожидая, что там никого нет, но остановилась так быстро, что чуть не упала. Джак стоял в палатке, быстро собирая сумку. Он повернулся ко мне, вытаскивая пистолет, но при виде меня опустил его.

— Хорошая девочка, — сказал он, и его глаза вспыхнули яростью. — Мы убираемся отсюда. Мне следовало бы опустить этого щенка с небес на землю.

Мне пришлось бороться, чтобы меня не стошнило. Блядь, блядь, блядь. Я думала, Джак будет в толпе, пытаясь угрозами заставить их подчиниться. Звуки борьбы, казалось, становились все громче.

— У тебя есть одна минута, чтобы взять то, что ты хочешь, — рявкнул Джак, отвлекая меня от моих панических мыслей. — Тогда мы садимся на мотоцикл.

Я не знала, что делать. Я не хотела идти с Джаком, но я была в ужасе от того, что Жнецы разорвут меня на части. Какого хрена Гриф делал? Краткий миг, когда я колебалась, заставил что-то темное и уродливое промелькнуть на лице Джака, и мое сердце бешено заколотилось. Я заставила себя пошевелиться, пойти в свой маленький уголок и взять несколько вещей. Я даже не обращала внимания на то, что я схватила. В моем мозгу не было ничего, кроме отчаянного ужаса.

— Возьми свое пальто, — сказал Джак, подходя к двери палатки. — Мы собираемся…

Раздался выстрел, и я с воплем подпрыгнула. Джак отшатнулся, его предплечье кровоточило, но он быстро пришел в себя, метнулся вокруг кровати, схватил меня за руку и грубо дернул перед собой. Холодное дуло пистолета прижалось к моей голове, когда я в ужасе уставилась на Грифа, стоящего в дверях с пистолетом наготове. Он выглядел разъяренным.

— Тебе конец, старина, — сказал Гриф мягким, угрожающим голосом, который совсем на него не был похож.

— Черта с два, — усмехнулся Джак, все еще держа пистолет у моего виска. — Ты думаешь, я не подавил парочку восстаний? Я занимаюсь этим дольше, чем тебя на свете нет, мальчик.

— Отпусти ее, — потребовал Гриф.

— Ты думаешь, я настолько глуп? — Джак рассмеялся. — Я знаю, о чем идет речь, но ты не можешь получить ее. — Его рука болезненно сжала мою руку. — Она моя — всегда была и всегда будет моей. Боги отдали ее мне. Если я умру, она умрет вместе со мной.

— Боги, — усмехнулся Гриф, на его лице появилась по-настоящему безумная улыбка, от которой мои легкие перестали работать. — Ты думаешь…

Это было все, что он успел сделать, прежде чем прямо рядом с моим ухом прогремел выстрел, отчего в нем болезненно зазвенело. На какой-то ужасный момент я подумала, что Джак выстрелил в меня, но прежде чем я успела осознать это, я оказалась на четвереньках в песке, когда Джак толкнул меня вниз. Он пересек палатку, чтобы выбить пистолет у Грифа из рук. Гриф лежал на спине, зажимая рукой рану на плече, из которой быстро хлестала кровь. Джак стоял над ним, приставив пистолет к его голове, и я приготовилась к выстрелу, который оборвал бы жизнь Грифа, но тут Джак просто начал смеяться.

— Нет, я не собираюсь дарить тебе легкую смерть, — сказал он жестоким голосом. — Ты будешь лежать там и смотреть, как я трахаю Боунс, пока ты истекаешь кровью на песке, как мусор, которым ты и являешься.

Я вытащила нож из кобуры и зарыла его в песок рядом с собой, моя рука все еще крепко сжимала рукоятку. Гриф сказал что-то, чего я не смогла разобрать, но Джак снова рассмеялся, убрал пистолет в кобуру и направился ко мне. Он наклонился и схватил меня за руку, пытаясь поднять на ноги, но я вскочила, вытащила нож из песка и вонзила его ему в грудь так сильно, как только могла. Я целилась ему в сердце, и ощущение лезвия, проходящего сквозь его тело, вызвало у меня тошноту. Он отшатнулся назад, и я выдернула нож и вонзила его снова. По моей руке потекла кровь.

— Ангел, — выдохнул он, падая спиной на кровать и увлекая меня за собой.

Он казался шокированным, как будто думал, что я никогда на самом деле не буду сопротивляться, как будто он полностью сломал меня, и раскаленная добела ярость захлестнула меня. Я вытащила нож и вонзала его снова, и снова, и снова. Его глаза были широко раскрыты, и он пытался заговорить, но задыхался, захлебываясь в крови, которая заливала его легкие. Кровь была повсюду, покрывала мои руки, лицо и простыни. Когда мои руки соскользнули с окровавленной ручки, я посмотрела ему в лицо и поняла, что он мертв.

У меня зазвенело в ушах, когда я оцепенело вытащила нож, но я все еще слышала ужасный хлюпающий звук. Я слезла с мертвого тела Джака и посмотрела на Грифа. Он смотрел на меня с того места, где лежал на песке, схватившись за плечо.

— Ангел… — прохрипел Гриф.

Я выронила окровавленный нож, и он с мягким стуком упал на песок.

Ангел.

У меня сильно дрожали руки. Гриф никогда раньше не называл меня так, и внезапно стало кристально ясно, что я ни черта не изменила. Я только что убила человека, и это ничего не изменило — я не сбежала. Джак был мертв, и теперь я была Ангелом Грифа.

— Ангел, ты сделала это. — Гриф ухмылялся, несмотря на пулевое ранение в плече. — Ты убила ублюдка.

Я попятилась, мое дыхание участилось, я панически задыхалась.

— Ангел? — Гриф подтягивался, его лицо исказилось от боли. — Все в порядке, детка, у тебя получилось. Он…

Я попятилась еще дальше к двери палатки и увидела момент, когда он понял, что я собираюсь оставить его там. Я не ожидала, что боль на его лице будет выглядеть такой грубой и настоящей, но она быстро превратилась в ненависть.

Я повернулась и побежала, скрываясь в тусклом вечернем свете. Я услышала яростный вопль Грифа, но его заглушили крики раненых и умирающих, усеявших землю. Мои ноги замедлились, и я в ужасе уставилась на кровавую сцену. Жнецы разорвали друг друга на части. Песок был окрашен в красный цвет, и в воздухе стоял густой запах крови. Мужчина приставил пистолет к голове своего раненого напарника и без колебаний нажал на спусковой крючок. Они были любовниками, и он просто… убил его. Он на секунду встретился со мной взглядом, и пустота на его лице напугала меня больше, чем все, что я видела до сих пор. Он сделал шаг ко мне, но тут раздался еще один выстрел, его тело дернулось, брызнула кровь, и он упал на бок. Они убивали друг друга.