Вечерний изумруд - Иника Мин

– Что это такое?

– Следы зубов, – прохрипел Мстислав.

– Я вижу! Какого черта произошло?

– Последствия ночи с возлюбленной, тебе какая разница?

– Ты за дуру меня держишь?

– А что, как будто ты так никогда не делала?

– Мстислав…

– Мне плохо, я тут при смерти лежу, отстань от меня, а.

– Ты правда хочешь, чтобы я поверила в этот бред?

– Правда. Я хочу, чтобы именно в это ты поверила. Как и ты, Влад.

Влад, что так усердно что-то обдумывал все это время, заморгал, услышав свое имя, после чего кивнул.

– Хорошо, я поверю, если ты скажешь, что не представляешь опасности. И только попробуй снова выдать какую-нибудь пошлую шутку. Я серьезно.

Мстислав вздохнул и задумался на пару секунд.

– Не знаю я. Пока что все хорошо. Если так будет спокойнее – пристрели меня сейчас. Я и сам пытался это сделать.

– Нет… не надо… – тихо сказала я.

Две пары глаз обратились ко мне. Влад и Арина справедливо опасались, что командир вот-вот может обернуться монстром.

– Я не совсем… Точнее, нет, я уверена, что с ним все будет в порядке. Его и правда… укусили, он начал мутировать, но моя кровь, точнее, кровь моего клана, способна обратить процесс, если он не был завершен.

– Что? – почти синхронно воскликнули Влад и Арина.

– Да, это был… эксперимент. Но все сработало. Об этом в свое время мне рассказывал дедушка.

– Почему я первый раз об этом слышу? Я уже пятый год в бюро, но никто ни разу не упоминал… Я убила столько своих товарищей потому, что они были укушены, а ты говоришь…

Арина вскочила на ноги, хватаясь за голову.

– Откуда у твоего старика такие сведения? Кем он был? – воскликнул Влад.

– Можно мы оставим объяснения на потом? Операция провалилась, подкрепления не будет, нам надо как можно скорее убираться отсюда и вывозить раненых.

Все вокруг засуетились, а я продолжала сидеть подле Мстислава, следя за его состоянием. Когда Влад вернулся за нами, то сообщил, что остались только наша группа и отряд Арины. Мы аккуратно подхватили командира под руки, чтобы дотащить до машины. Он держался из последних сил. Усадив его на пассажирское кресло, мы тронулись в путь.

Когда мы пробились к городу, нас тут же встретили медики. Мстислав отключился сразу, как его погрузили на носилки. Я и Влад напросились сопровождать его. Как только мы добрались до больницы, командира сразу отвезли в операционную. Отбившись от медиков и отказавшись от госпитализации, мы остались ждать новостей.

Прошло два часа. Вышел хирург и сообщил, что здоровью Мстислава ничего не угрожает и совсем скоро его переведут в обычную палату. Мы вздохнули с облегчением, но уходить не спешили.

Мстислава определили в одиночную палату и попросили нас покинуть больницу. Однако Влад включил свое бесподобное обаяние, и нам разрешили остаться с командиром.

Спустя час Мстислав, все еще смертельно бледный, пришел в себя. Влад тут же побежал за медсестрами, я же аккуратно взяла командира за руку и опустилась подле него.

Но в палату вошли не медики, а полиция.

– Мстислав Власов, вы обвиняетесь в преступлении, повлекшем за собой гибель спецгруппы и провал миссии.

Глава 22

(Не) принятие

Прошло две недели с того момента, как командира увезли под стражу прямо на больничной каталке. Мы все, естественно, не могли смириться с этим. Арина говорила, что такого рода публичные порки после провальных миссий – нечто само собой разумеющееся. Но что-то все равно не давало мне покоя.

Настал день судебного заседания, после которого, по словам Арины, Мстислава должны были освободить. Охотникам разрешили присутствовать в зале, но сам процесс был закрытым. В первом ряду я увидела Олега. Почему-то это мне сильно не понравилось – не мог он прийти просто так.

Мстислава ввели в зал суда. Его руки были закованы за спиной.

– Не волнуйся, – шепнула мне Арина, – это не первый его суд, всего лишь формальности.

Наручники сняли, прежде чем посадить командира в «клетку». Вид у него был болезненный, навряд ли за ним ухаживали должным образом.

– Подсудимый, встаньте. – Прокурор начал зачитывать обвинение. – Вы обвиняетесь в принятии ряда решений, повлекших за собой провал особой миссии по устранению химер в стратегически важной локации. Вы признаете вину?

– Нет.

– Также вы обвиняетесь в неподчинении приказу. Вы самовольно начали отступление. Вы признаете это?

– Нет. Изначальный приказ звучал как «принять командование отрядами на время операции». Я придерживался этого приоритетного приказа в рамках озвученных полномочий.

– Вы обвиняетесь также в самовольном оставлении позиций. Вы признаете это?

– Нет. Не помню, чтобы я бежал с поля боя. Как известно, я покинул локацию последним, будучи раненным.

– Вы оставили позиции до того, чтобы прийти на помощь подчиненной. Это повлекло за собой брешь в коммуникации – группа осталась без командования на некоторый срок, – и привело к гибели людей. Вы признаете это?

– Нет. Я был на связи, к тому же уничтожил несколько химер в горячей точке, где находилась моя подчиненная.

– Поступили сведения, что вы состоите в романтических отношениях с этой подчиненной. Разве это не могло послужить причиной для неисполнения приказа?

– Мои отношения – это частная жизнь. Говорю еще раз: я продолжал командовать группой.

– Свидетель утверждает, что вы скрываете преступление вашей подчиненной. Если это будет подтверждено, то обвинение будет предъявлено и ей.

– Ничем не подкрепленные слова. Я не собираюсь это комментировать.

– Хорошо. Давайте выслушаем свидетеля. Для дачи показаний приглашается Олег Сулотин.

У меня внутри все похолодело. Вот для чего он был тут, вот почему все это время мне было так неспокойно.

Олег прошел к трибуне, деловито поправляя дорогой пиджак.

– Ваша честь, спасибо за проявленное доверие, – после формальностей начал он, – но, мне кажется, я мог неправильно понять ситуацию.

Он перевел взгляд на командира: между ними произошла безмолвная беседа, после чего Мстиславу разрешили задать вопрос.

– Ваша честь, я же могу запросить один перерыв, так?

Слушание прервалось. Всех присутствующих попросили покинуть зал суда. Уже в дверях я увидела, как Олег подошел к железным прутьям и о чем-то начал говорить с командиром.

Спустя пятнадцать минут нас пустили в зал. Олег снова встал за трибуну.

– Ваша честь, я отказываюсь свидетельствовать против обвиняемого. Я все же склоняюсь к тому, что мои предположения обосновать нельзя.

Олег поклонился и ушел в зал.

– Ой, не к добру… – тихо сказал Влад.

Я тоже занервничала.

– Ваша честь!

Мстислав поднялся на ноги. Мое сердце стало биться