Драгоценная опасность - Нева Алтай

— не для слабонервных, но мне как-то удаётся. Я с молниеносной скоростью пересекаю прихожую, затем, подобрав платье, взбегаю по лестнице, переступая через ступеньку. Едва достигнув площадки, я мчусь к своей комнате, не тратя ни доли секунды, чтобы оглянуться.

Я направляюсь прямиком в ванную, снимая по пути одежду и бросая её на пол. Помещение огромное, размером со всю мою спальню дома. Белая мраморная столешница с прямоугольной раковиной тянется вдоль всей стены. Напротив — массивный душевой уголок со стеклянными стенками, в котором поместились бы как минимум пять человек. Шкафы деревянные, в тон спальне, и повсюду персиковые акценты. Мне это нравится. Я практически чувствую, как мой стресс растворяется в этой спа-роскоши.

Я даже не утруждаюсь вынуть шпильки, прежде чем зайти в душ и включить воду. Со всем лаком, которым Сиенна меня залила, мои волосы нужно будет как следует промочить, прежде чем попытаться их вытащить. Я запрокидываю лицо к потолочной душевой лейке и закрываю глаза, позволяя тёплой воде успокаивать меня. Чёрт, как же хорошо.

— Какую часть «мы в состоянии повышенной готовности» ты не поняла, Тара?

Я вскрикиваю. Сердце бьётся где-то в горле, и я смотрю на того, кто прорычал это требование.

Артуро стоит в открытом проёме душевой кабины, сжимая стеклянные панели по обе стороны.

— Убирайся. К чёрту. Немедленно, Девилль!

— Я недостаточно ясно выразился? — Он делает шаг внутрь. — Или ты просто решила проигнорировать меня? Снова противостоишь мне ради смеха и веселья.

Поток воды обрушивается на меня, волосы прилипают к щекам. Брызги попадают на одежду Артуро, но он даже не пытается отойти. Его сердитые глаза прикованы к моим. Даже мое полностью обнажённое тело не отвлекает его.

— Я просто решила, что с меня достаточно твоего непредсказуемого поведения, — кричу я. — Заставлять меня соблюдать ту чушь, которую ты настоял включить в брачный контракт, — одно дело. Угрожать моему другу — это уже слишком. Ты не имеешь права так делать, мудак!

— Друг? — Он делает ещё шаг ближе. — Ты была с ним помолвлена.

— Не была! Он предложил, но я отказала. И почему моё прошлое вообще должно тебя волновать?

Ещё шаг. На этот раз он оказывается прямо под водой. Она пропитывает его модные брюки и белую рубашку. Он возвышается надо мной, частично перекрывая поток. Его волосы промокли, сделав и без того чернильно-чёрные пряди тёмными, как полночь. Стекающие струйки омывают черты его лица, капая на меня. Артуро берёт меня за подбородок пальцами, приподнимая мою голову. Несмотря на то, что мы оба промокли, взгляд в его глазах почти испепеляет меня на месте.

— Ни один другой мужчина не будет просить тебя выйти за него, gattina. Ни в прошлом. Ни в будущем. Только я.

Дыхание застревает в лёгких, а затем вырывается короткими вздохами. Ещё мгновение назад вода была приятно тёплой. Теперь же она кажется обжигающей.

— Никто… — Он наклоняется ниже, едва касаясь губами моих. — Ни один другой мужчина не будет прикасаться к моей жене. Только я.

Жар устремляется прямиком в мою сердцевину, и моя ненасытная плоть словно охвачена пламенем. Я сжимаю в кулаке мокрую рубашку на его груди и приникаю губами к его губам. Сдерживаться не было даже варианта. Ещё секунда — и мы оба сгорим дотла.

Этот поцелуй — блаженная пытка. Небеса и ад, свернутые в одно целое. Я ненавижу себя за то, что не смогла противостоять тяге, которую чувствую к этому властному мужчине. Но в то же время я не могу жить без того, чтобы его губы не поглощали мои. Его поцелуи… Лучшее, черт побери, ощущение в мире.

Всё ещё держа меня за подбородок, он опускает другую руку и сжимает мою задницу. Охваченная безумием, движимая отчаянной потребностью, я тяну его рубашку, вытаскиваю её из брюк и расстёгиваю.

— К твоему сведению, — говорю я ему в губы, практически срывая с него рубашку. Затем берусь за молнию на его брюках. Мои руки трясутся, словно я наркоманка в ожидании очередной дозы. Мгновением позже я стаскиваю его брюки вместе с боксерами, оставляя их болтаться на его лодыжках. — Ты никогда не просил меня выйти за тебя.

— Я также никогда не просил, чтобы мне морочили голову, — рычит он в ответ. — Но вот ты здесь, и у тебя отлично получается.

Толстый член Артуро упирается мне в живот, пока он возвышается надо мной, его склонённое лицо на расстоянии вздоха от моего, пока вода стекает с него на меня. Мы стоим так, под потоком воды сверху, словно в каком-то странном, безмолвном противостоянии. Два врага, которые, кажется, не могут решить, предпочтут ли они убить или трахнуть друг друга.

— Ты просто будешь стоять здесь или как? — огрызаюсь я.

Опасный низкий рык вырывается из горла Артуро. Его пронзительный взгляд не отрывается от меня, пока он подхватывает меня под бёдра, приподнимает и прижимает мою спину к стене душевой. Дрожь пробегает по коже, когда кончик его члена скользит между моих половых губ.

— Что я собираюсь сделать, — он входит в меня, медленно, и с моих губ вырывается сдавленный вздох, — так это хорошенько тебя оттрахать. Так, чтобы ты забыла всех парней, с которыми когда-либо была. Всех до единого.

Мои внутренние стенки растягиваются, пока он входит глубже, задевая те самые скрытые эрогенные зоны с каждым дюймом своего продвижения. О Боже, он такой большой, что проникновение почти болезненно, и в то же время ощущается как чистое блаженство. Я делаю судорожный вдох, наслаждаясь этим ощущением, упиваясь дрожью, которая распространяется от моего нутра до самых границ. Меня накрывает волна жара, а поток воды охлаждает моё возбуждённое тело.

— А затем я трахну тебя снова. И снова. И снова. — Он задевает зубами мои губы, вызывая дрожь как внутри моего лона, так и по всему телу. — Пока мысль о других мужчинах не станет для тебя невыносимой.

Он проникает в меня всё глубже и глубже. Когда он оказывается внутри меня полностью, меня охватывает чувство абсолютной наполненности, такое всепоглощающее, что я не могу понять, где заканчивается моё тело и начинается его. Это идеальное сочетание. Как будто наши тела созданы специально друг для друга. Как будто наше единение было неизбежным. Каждый нерв, каждая клеточка моего тела вибрируют от удовольствия после столь долгого ожидания Артуро внутри меня. Это... плотское столкновение между нами кажется предопределённым. Неизбежным. Идиллическим.

Я ненавижу его.

Я ненавижу его за то, что он заставляет меня чувствовать себя так.

— Немного самоуверен, не так ли? — выпаливаю я, встречая его резкий взгляд.

Глаза Артуро