Молия - Маргарита Серрон

class="p1">— Ну, это твоя гипотеза, и очень нелогичная. Но я тебе скажу, что не стала бы Моля дружить с таким подонком, как ты мне его описал. Да, может он и ревновал тебя к ней, но ты не внушаешь симпатию, а скорее наоборот, таких как ты хочется обходить стороной. И он, понимая это, старался любым путем оградить ее от тебя. Если он крутой такой парень, то ему бы напрягаться не пришлось. Он бы подкараулил ее в подвале и убедил уйти с ним. У Моли просто не было бы других вариантов. Они извлекли бы вместе клад и незаметно покинули подвал. Ты просто злишься, что Макс исчез с Молей. А может они заранее договорились о встрече? Может это спектакль такой, чтобы с профессором не делиться прибылью. А тебя просто вывели из игры, на время, чтобы не путался под ногами.

— Не могу в это поверить. Моля не могла добровольно пойти на такое, они же могли меня убить!

— Ну тогда не знаю, но это был точно не я.

— Сразу легче стало. Идем уже, давай потихоньку продвигаться на улицу, мне уже тошнит от этого проклятого подвала, может по дороге что услышим. Неужели Моля кинула нас, убежав вместе с Максом? А заколка?

— Ну оборонила случайно в темноте. Может они там целовались или еще что… Она не хотела с самого начала, чтобы мы с ней шли, помнишь, как упиралась?

— Да, все сходится, но на душе не спокойно как-то, — Киан не знал, что думать. Он не хотел верить, что девушка коварно его подставила и сама лично участвовала в нападении на него, но что он о ней знал? Может ради денег она способна была и на большее?

Филька открыл слипающиеся глаза, кто-то не по-детски барабанил в дверь. Каждый звук в его еще пьяной, но уже сильно больной голове раздавался набатом. Он с трудом поднялся и подошел к двери, чтобы открыть щеколду, которую ночью почему-то закрыл. Кого здесь бояться?

— Профессор, глаза открой, пять утра, пора вставать.

Перед его расфокусированным взглядом стояло двое мужчин. Одного он точно знал, но не мог вспомнить откуда, а второй ему был незнаком.

— Матвей, веди его под холодный душ, а я кофе сделаю.

В виду случившихся событий, Киан и Матвей объявили временное перемирие и объединили свои усилия, чтобы найти Молю. Всю дорогу до поселка они с Матвеем спорили, рассматривая все варианты случившегося. И под конец, увидев дом, где спал ни о чем не подозревающий Филя, они решили его навестить и устроить допрос. Как Киан и предполагал, Макса дома не оказалось. Он обыскал полки кухни и нашёл в аптечке бинт. Затем он обработал свою рану на голове, стоя перед зеркалом. Затем перебинтовал голову, чтобы обезопасить окружающих от своей крови.

— Это произвол, насилие, я не могу в холодной воде купаться! — Филя вопил во все горло. Хорошо, что дом стоял в отдалении от поселка. Можно было проводить допрос в любой форме.

— Ну что готов к разговору?

— А ты мне сразу Киан не понравился, я и Мольке сказала, что не в того влюбилась, а она мне как сестра, я за нее …

— Повтори, что ты сказал? — Киан хотел еще раз услышать фразу, которая резанула ему ухо.

— А что я сказал, ничего такого, — Филя понял, что выдал чужую тайну и ему совсем стало плохо на душе. Сначала вечером они с Максом набросились на Молю ни с чего, а когда она ушла вместо того, чтобы бежать за ней — сцепились между собой, чуть до рукоприкладства не дошло. Что с ними происходит? Все вышло из-под контроля.

— Ты сказал, что, Моля в меня влюбилась — это правда?

— Не знаю, у меня болит голова, ничего не знаю, — Филя стал юлить. Киан психанул, у него не было больше сил вытягивать правду из упертого профессора в то время, когда Моле могла угрожать опасность. Он схватил Фильку за грудки и посмотрел ему в глаза, прожигая взглядом его роговицы. Матвей стоял рядом и не понимал, что происходит. Профессор уже не орал, а лишь жалостливо скулил от боли. Когда Киан его отпустил, он упал без сил. Организм, подорванный пьянкой и болезненным воздействием, решил отключиться.

— Ты что с ним сделал? Ты его убил?

— Нет, он жив, просто устал. Два часа не будет ничего видеть, а потом зрение восстановится.

— Охринеть, да это похуже средневековой пытки будет.

— Я тебе говорил, что я рожден не для того, чтобы милость раздавать. Что замер, неси его в кровать, проспится и все будет нормально, просто ожег роговиц глаз. Не смертельно.

— И ты еще Макса извращенцем называл, да на себя посмотри.

Когда Матвей ушел, Киан задумался. Он сидел за столом, глупо улыбаясь своему отражению в темном окне. Его лицо светилось радостью. Моля в него влюбилась. Это правда, которую она тщательно скрывала от него, доверяя только своим друзьям. Ну и что это ему дает? Она и так согласилась ему помочь, почему же так хорошо на душе и хочется улыбаться?

— Киан, ты похож сейчас на майскую розу, что, так нравится пытать людей? Кайф ловишь? — Матвей вернулся, находясь все еще под впечатлением от увиденной сцены.

Жрец быстро опустился на землю, придав лицу обычное каменное выражение.

— Мои эмоции тебя не касаются. Все, что тебе нужно знать, так это то, что вчера наша троица окончательно рассорилась. Сначала дом покинула с чемоданом Моля, а потом после нового скандала ушел и Макс. Филя расстроился и конечно, напился до поросячьего визга. Так что, все мимо. Ничего мы нового не узнали. Да, и еще. Прилетели они на остров за какой-то книгой, которая предположительно была спрятана в кладке фундамента. Как мы и думали. Книгу эту ждет от них частный коллекционер, это заказ. Сейчас у нас нет ни книги, ни девушки, ни урода Макса. Все пропали. Один пьяный и слепой Филя в кровати, и толку от него никакого. Он ничего больше не знает.

— Да, топчемся на месте. Зато у нас есть машина во дворе, я уже все ноги растер ходить взад-вперед.

— Машина нам не поможет найти Молю. Теперь я точно знаю, что она не в сговоре с Максом. Он действовал сам по себе. Они с профессором сильно ее обидели.

— Ладно, глаза слипаются, давай кофе и двойную дозу. Значит Макс действительно похитил девушку и где-то ее прячет. Ну и задачка, одни неизвестные. Хорошо, что мы на острове и деваться ему не куда.