Покипси - Анастасия Дебра

Ева впервые за несколько недель заговорила своим голосом.

— Машина, которая нас сбила… — слово «нас» ударило её в самое сердце. — Водитель стал жертвой стрельбы из проезжавшего мимо автомобиля?

Она оценила то, что офицер Макхью сказал ей всё прямо.

— Да, у водителя было смертельное огнестрельное ранение в голову, — сказал он. — Машина, которой он управлял, врезалась в вашу машину лоб в лоб.

— Кто такой Беккет Тейлор? — Ева попыталась представить себе его. Имя не прозвучало угрожающе.

— Вы довольно много услышали. Извините за это. Мистер Тейлор — пустая трата места на этой земле, но у нас нет никаких доказательств, связывающих его с этим расстрелом. — Офицер постучал пальцами по столу, как будто ему не терпелось что-то сделать.

— Значит, Девид и мой ребенок стали «побочным ущербом»? — Ева начала делать маленькие, резкие вдохи.

— Я бы не сказал так, но вы — жертва преступления, а не простой трагедии. Хотите забрать свои вещи? — Офицер МакХью заглянул под свой стол.

— Нет, всё нормально. — Ева встала и ушла. С каждым шагом она чувствовала, как твердеет. К тому времени, как она добралась до выхода из полицейского участка, она превратилась в ходячую статую.

У неё вновь появилась цель. Ненависть.

Ева прижала ненависть к своему сердцу, как ребёнка — как единственного ребёнка, который у неё когда-либо будет. Ева ненавидела заново переживать несчастный случай, но ей пришлось сделать это, чтобы стать ещё твёрже. Ей нужно было злиться сильнее.

После того как она узнала имя Беккета, она потратила годы, превращая себя в машину для убийств. Каждый раз, когда она чувствовала приступ боли, она заглушала его новым умением. Сначала её отец подумал, что её может заинтересовать полицейская академия или военная служба. Но у Евы не было таких планов. Её единственной целью было убить Беккета Тейлора. И она была очень упорной. Все невероятные способности, которыми она гордилась до аварии, теперь она превратила в идеальные средства причинения боли.

До того, как она потеряла свою цель, Ева ни разу не допустила, чтобы её сертификат по сердечно-лёгочной реанимации или оказанию первой помощи истёк. Она гордилась своей работой в детском саду и надеялась когда-нибудь стать полноценным учителем. Она присматривала за каждым ребенком, которого могла увидеть, даже в магазине или торговом центре, и многих потерянных детей она возвращала родителям.

Но теперь она использовала эту наблюдательность и бдительность, чтобы научиться любому смертоносному навыку, который только могла. Потому что, как только она окажется лицом к лицу с Беккетом Тейлором, она убьёт. У неё не было планов на будущее после его смерти. Ей было плевать, если она не выберется от него живой. Она хотела быть с Девидом и своим ребенком, но сначала она покончит с человеком, который всё это разрушил.

Ева теперь знала, как убивать беззвучно. Она знала каждое место на человеческом теле, куда можно было проткнуть нож, чтобы вызвать смерть. Она умела убивать лучше, чем человек, на которого она охотилась. Ева никогда не почувствует на своей щеке мягкие, пушистые волосы собственного ребенка, но она знала, что сможет убить как минимум троих тяжеловооруженных мужчин клюшкой для гольфа.

Всё, что осталось от свидетеля, было уничтожено всего несколькими черпаками лопаты, поэтому Ева теперь сбрасывала землю обратно в яму. Сегодня ей пришлось признать, что она уклоняется от своей миссии. Она легко смогла бы объяснить все те случаи, почему она до сих пор не убила Беккета. Я просто собиралась оценить его ближайшее окружение… Если бы я узнала, кого он любит, я бы смогла убить их, пока он наблюдал за этим… Если бы я заставила его влюбиться в себя, ему стало бы ещё больнее, когда я бы его убивала. Только этому вечеру не было оправдания. В том мужском туалете у неё появилась еще одна прекрасная возможность. Он добровольно пошел навстречу её ножу и кулакам.

Но она пощадила его. Вместо этого, она использовала все свои смертоносные навыки, чтобы спасти его. Она будто плюнула на память о Девиде и своём ребёнке, чтобы подарить Беккету карту выхода из тюрьмы.

Она рассматривала свою работу в свете фар Х аммера. Идеально. Она делала это так много раз, что теперь это стало её второй натурой. Теперь я просто убийца, а не мститель. Я такая же, как он.

Ева проехала на своём Х аммере через кустарник и обратно на тропу, проложенную квадроциклами через лес. Почти рассвело.

Ей придется убить его. Ей придется убить Беккета, иначе всё, что она сделала, чтобы стать профессиональным монстром, окажется напрасно.

Глава 20

Не беги

ЛИВИЯ НЕ СРАЗУ ВСПОМНИЛА детали прошлой ночи, когда проснулась в своей постели. Вокруг неё было разложено одеяло. Сев, она заметила среди своих вещей маленькие розочки из бумажных салфеток. Блейк.

Он даже подарил Тедди элегантный галстук-бабочку. Должно быть, он захватил целую стопку салфеток со взлётной площадки, и солнечный свет, струившийся в её окно, объяснял его отсутствие. Его модная одежда была аккуратно сложена на краю её кровати. В этой истории о Золушке это принцу не хватило времени. Она улыбнулась, а затем ахнула, когда ужас ударил в живот.

Кайла!

Ливия выбежала из своей комнаты и обнаружила, что Маус радостно вяжет, сидя у открытой двери Кайлы. Кажется, в какой-то момент ночи он все-таки решил зайти.

— У неё всё хорошо, — прошептал он. — Сегодня она будет чувствовать себя паршиво, но ничего лучше не лечит, как время.

Слышать его скрипучий голос в своём доме было странно. Ливия провела рукой по волосам и какое-то время изучала Мауса. Он вязал другое изделие, не то, что вчера вечером.

— Что это у вас?

Маус оживился от её интереса.

— Я делаю лыжные маски, чтобы иметь их под рукой на случай ограбления банков. Вчера вечером я закончил перчатки-русалочки без пальцев для Евы. Ей нравится, когда её пальцы свободны во время перестрелки.

Спицы Мауса щелкали в равномерном темпе.

— Это, эм, мило. Мне понравились цвета перчаток. — Ливия не знала, какой комплимент выбрать для мастерства Мауса.

— Спасибо. Я горжусь этим. Мне нравятся осенние цвета. Они прекрасно сочетаются с её волосами. — Маус улыбнулся в сторону своей сумки, в которой, должно быть, хранилось законченное вязаное изделие. — Моя бабушка научила меня вязать, — объяснил он. — Всегда приятно держать руки занятыми.

— Хорошо. Я собираюсь приготовить кофе и всё такое. — Ливия попыталась уйти.

— Подождите! — Маус надел защитный