Искренне. Безумно. Навсегда - Л. Дж. Шэн

всего… – услышала я свой голос, будто со стороны. Понимала, что губы шевелятся, но сомневалась, что прозвучит изо рта. – Когда я наконец доползла до опушки леса, где начиналась жилая улица, первое, что пришло мне в голову: может, повернуть назад и умереть? Я не хотела переживать то, что ждало меня после этого инцидента. После нападения. После Франко.

Тогда я решила не рассказывать родителям о случившемся. Это бы их раздавило. Я просто должна была продолжать врать. Наматывать ложь, как сахарную вату на палочку. Поверхностную, приторную и удобоваримую.

Франко не соврал – он действительно разместил мои снимки на небольших порносайтах. Наверное, чтобы умилостивить Королеву стерв и показать, что я ничего для него не значила. После я несколько лет заходила на эти сайты, чтобы наказать себя за доверие. За то, что поверила, будто такой парень, как Франко, мог полюбить такую, как я. Я чувствовала себя оскверненной. Изорванной в клочья и лишенной согласия.

– А Франко? – Голос Роу чуть дрожал.

Меня затошнило.

– Он навестил меня в больнице, но лишь с одной целью: сообщить, что теперь он встречается с Королевой стерв, и велеть, чтобы я не вмешивалась. Он пообещал разрушить мою жизнь, если я хоть словом обмолвлюсь о случившемся. Сказал, что убьет меня собственными руками, если я лишу его всего, чего он добился, ведь тогда ему будет нечего терять. Мне было жутко страшно. Я была раздавлена отвержением, травмой и предательством. Я замкнулась в себе, напропалую врала родителям, чтобы они не волновались: «случилась неприятность», «я упала» и «я очень близка со своими напарницами по команде». Как оказалось, у нас с Франко ничего и не было, но он яро ненавидел меня за то, что я «поставила всех в плохое положение», – процитировала я Франко, показав пальцами кавычки. – В итоге где-то через год он вылетел из колледжа. Отсидел в тюрьме за продажу наркотиков. Знаешь, я думала, мне станет легче от того, как сложилась его жизнь. Но этого не случилось. Его беды не стерли мои. Его неудача не умаляла того, что он лишил меня способности верить мужчинам. Из-за него теперь в каждом незнакомце на улице я видела врага, злодея.

– Он умер, – бесчувственно сказал Роу. Я не удивилась и не разволновалась. Не почувствовала ни гнева, ни радости, ни облегчения. – Узнал несколько месяцев назад от общего друга. Передозировка. Печально.

– Печально? – Я приподняла бровь.

– Я бы с удовольствием сам его прикончил.

– Мысль приятная, но я бы не хотела, чтобы ты портил себе жизнь из-за такого никчемного человека. Но Королева стерв еще здесь. – Я уставилась на свои ноги, болтая ими, чтобы согреться. – Насколько знаю, все девушки еще живут здесь.

– Мне нужно имя. – Что-то в голосе Роу подсказало мне, что он сотрет землю в пыль, если я ему не отвечу. – Мне нужно знать, кто так с тобой поступил.

– Эллисон. – Я посмотрела ему прямо в глаза. – Королева стерв – это Эллисон Мюррей.

И хотя я не рассказывала о том дне ни одной живой душе, о моей неприязни к Эллисон было всем известно. Дилан как-то даже сшила ее куклу вуду мне в подарок на день рождения. Мы не втыкали в нее иголки, но я сделала ей ужасную стрижку.

Тишина окутала нас подобно густому смогу, проникая в легкие. Я не могла посмотреть на Роу, но краем глаза заметила, как он изменился. Обычно Роу был полон энергии. Уверен в себе. А сейчас он вытащил из переднего кармана пачку сигарет и, открыв ее большим пальцем, достал одну зубами и поджег. Я увидела в темноте, как дрожит его рука.

– Черт.

Он молча выкурил полсигареты, смотря в никуда и пытаясь успокоиться. Наконец бросил окурок на песок.

– Пятнышко, я…

Но я перебила его, быстро утирая слезы:

– Не важно. Ты же помнишь? Все, что не убивает тебя, делает эмоционально надломленным до такой степени, что со всеми в окружении складываются неблагополучные отношения. Сколько бы лет ни минуло, я навсегда останусь девушкой, которая убегала от проблем, от своих обидчиков. Я всегда буду жить с последствиями того, что не рассказала о людях, которые хотели меня убить. Они должны были понести наказание.

– Да, – согласился Роу, опираясь локтями на колени и придвигаясь ко мне. – Но девушка, которая убегала… она выросла и без посторонней помощи стала чертовски сильной женщиной. Не будь так строга к ней, она приложила все усилия.

Вот бы все было так просто.

Мне стало не по себе от того, какой уязвимой и закомплексованной я себя чувствовала, поэтому я быстро сменила тему:

– Расскажи, как ты закрутил роман с моим заклятым врагом. Со всеми подробностями. Если только она не целуется лучше меня. Этого я знать не хочу.

Роу резко захлопнул рот, закрыл глаза и глубоко вздохнул:

– Это была ошибка.

У меня вырвался смешок.

– Говоришь так из-за того, что я тебе сейчас рассказала?

– Говорю так, потому что она напоминала пластырь, приклеенный к отрубленной голове. Говорю это, потому что… потому… – сбивчиво продолжил Роу, водя пальцами по взъерошенным волосам. Он выглядел так очаровательно, так напоминал мальчишку, что было ему совсем несвойственно. – Я к ней даже не притронулся, ясно?

– Что? – в недоумении переспросила я.

– Я. К ней. Даже. Не. Прикасался, – медленно произнес он, сверля меня взглядом. Его глаза блестели в темноте. – У нас была пара свиданий – я надеялся, ты узнаешь и поймешь, что я забыл о тебе. Даже не помню, где мы виделись. Не помню, во что она была одета. О чем мы разговаривали. Помню лишь, что чувствовал рядом с ней.

– Что?

– Невыразимую скуку.

– Она не та девушка, с которой ты хотел бы быть? – Я облизала губы, чувствуя вину за то, что испытывала такое удовольствие от услышанного.

– Она не ты.

Я разинула рот от удивления.

– Я… мы… – Я догадывалась. Знала, что нравлюсь Роу. Что он хотел, чтобы между нами что-то было. Во всяком случае, пока мы оба оставались в Стейндропе. – Я и не подозревала, что у тебя такие серьезные чувства.

– К сожалению, я вру не так хорошо, как ты. Я не могу выкинуть тебя из головы, и меня это убивает. Меня убивает, что в итоге я возжелал единственную женщину, с которой не могу быть. Убивает, что другой парень погубил тебя до того, как мне представился шанс показать, какими классными могут быть отношения. И этот парень – чертов Франко. Меня убивает, что теперь всю оставшуюся жизнь придется держать себя в руках, чтобы не прикончить Эллисон Мюррей, хотя она на это напрашивается. Меня убивает, что мы