Вчерашнее возрождение - Тесса Бейли

Она могла погибнуть, так и не сказав ему, что любит его.

Нет.

Нет, она была обязана им обоим не терять надежды. Если он в опасности, она чертовски сильно рассчитывала на то, что он выживет. Что он вернется к ней.

Она совершенно точно не могла оставаться там долго, не предпринимая никаких действий. Это было очевидно. Её ноги уже подкашивались от необходимости сохранять абсолютную неподвижность на крошечном выступе — и да, она знала без необходимости смотреть вниз, что он был крошечным, потому что пальцы её ног свисали над бездной.

Паника подступила к горлу, и пар от её прерывистого дыхания клубился вокруг лица. Гнев пробился сквозь почву её страха, словно маленький зеленый росток, становясь всё больше и больше. Кто-то притащил её сюда. Кто-то, кто желал ей вреда. Смерти. Сеймур, возможно, и был убит, но очевидно существовал другой вампир, который стремился причинить ей зло. Был ли Сеймур вообще когда-либо настоящей угрозой? Тот, кто поместил её на этот мост, следовал той же схеме: не убивать её напрямую, а обходить правила, ставя её в положение, когда она сделает это сама. И это… точно так же, как её поездка на Белт-Паркуэй, выглядело бы как самоубийство, верно?

Тот, кто хотел её смерти, мог выйти сухим из воды.

Нет, она не могла этого допустить.

Сделав долгий, медленный вдох, Джинни повернула голову влево в поисках хоть какой-то опоры для рук. Хоть чего-то, к чему она могла бы подобраться и за что ухватиться, чтобы не рухнуть вперед, в эту ледяную тьму. Там ничего не было. Только ровная, светло-голубая стена выкрашенной стали. Светло-голубая. Должно быть, я на мосту Верразано, — смутно подумала она, стараясь не поддаться отчаянию от того, что не находит никакой зацепки.

Осторожно она прижала ладони к неровной поверхности позади себя, вдыхая и выдыхая. Вдох и выдох. Она закрыла глаза и попыталась найти свой внутренний центр, найти хоть что-то, что помогло бы ей удерживать неподвижность.

Она, возможно, смогла бы продержаться так достаточно долго, чтобы Джонас нашел её, если бы не грохот. Каким-то странным образом она почувствовала его приближение. Возможно, из-за сна, в котором она сорвалась с утеса на острые скалы внизу.

Это ведь было неизбежно, верно?

Наверху завизжали шины, и Джинни напряглась, прикусив нижнюю губу до крови. Металл заскрежетал, и мост закричал вибрацией под её ногами. Потребовался лишь самый крошечный толчок, чтобы она оступилась вперед, и её нога не встретила ничего, кроме воздуха. Падение не происходило в замедленной съемке. Это было обрушение вниз со скоростью сто миль в час, без какого-либо контроля над собственным телом, с хаотично бьющимися конечностями и криком, разрывающим её голосовые связки. Джинни крепко зажмурила глаза и в эти финальные секунды подумала о прекрасных изумрудных глазах…

Невесомость.

Пульс бешено стучал в ушах. Где-то вдалеке завыл туманный горн.

Никакого удара.

Ничего.

Ещё один сон?

Неужели ей снился очередной сон?

Осторожно Джинни открыла глаза и обнаружила над собой Джонаса в момент прыжка. Он прыгал с моста, протягивая к ней руки. По мере того как он приближался, становилось очевидно, что сама она не двигалась. Она что, парила? Взгляд в сторону подсказал Джинни, что она застыла в нескольких футах над зловещей черной водой.

— Я держу тебя! — закричал он хриплым, повелевающим голосом. — Я держу тебя, Джинни!

В следующий миг он добрался до неё, обхватил обеими руками за талию и резко развернулся, меняя их положение так, чтобы его спина приняла удар о воду первой, и всё вокруг ускорилось. Они рухнули со всплеском, погружаясь в эту черноту в шлейфе пузырей, а ледяная температура обжигала её кожу. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они вынырнули на поверхность, хотя в реальности это, вероятно, заняло всего несколько секунд. Джонас обхватил её лицо ладонями и пристально всмотрелся в неё, хрипло бормоча самому себе какие-то неразборчивые слова и выглядя так, будто находился на грани полного безумия.

— Ты упала. Боже, ты упала. Ты упала. Ты упала.

Джинни издала истерический звук, её адреналин резко пошел на спад, и она разрыдалась; волна прошла по её телу, прежде чем сковать её яростной дрожью, всколыхнувшей воду, где они качались, словно буйки.

— О, Джинни. Любовь моя, только не слезы. Пожалуйста, пожалуйста. — Он сильно поцеловал её в губы, затем в щеки, лоб и нос. Грубые прикосновения его рта почему-то заставили её плакать еще сильнее. — Ты только что заставила мое сердце снова забиться, малышка, а теперь ты вырываешь его.

— К-к-как я там оказалась? Я просто… а потом… я думала, что собираюсь…

Он прервал её еще одним грубым поцелуем, его подрагивающие руки гладили её мокрые волосы. — Я проснулся от того, что на моей груди было серебро, а ты уже наполовину высунулась из окна. Проклятье, ты исчезла, а я не мог пошевелиться. Не мог пошевелиться.

— Как ты снял его?

— Я не знаю. Я не знал, что это возможно, но ты ускользала из зоны моей досягаемости, и я просто… я вырвался. Оно потеряло надо мной власть.

Непроизвольно её рука коснулась его груди, словно желая содрать этот металл уже после случившегося. Вместо этого она обнаружила глубокий след сожженной, воспаленной, обожженной кожи. — Джонас. Почему он не заживает быстрее?

— Ты переживаешь из-за какой-то царапины, когда только что упала с моста? — процедил он сквозь зубы, сжимая её плечи. — Иисус Христос, мне нужно вытащить тебя отсюда. Мне нужно доставить тебя в безопасное место.

Джинни была слишком истощена, чтобы протестовать, когда Джонас закинул её к себе на спину и поплыл. Её голова бессильно опустилась на его плечо, и она наблюдала, как вода проносится мимо на бешеной скорости.

— Поговори со мной, любовь моя, — мрачно прошептал он. — Я всё время вижу, как ты падаешь.

Поговорить? Она едва могла удерживать глаза открытыми. По всей видимости, её мозг справлялся со стрессом от падения навстречу смерти, просто решая завершить этот день. — Ты мне снился, — пробормотала она в полузабытьи. — Ты снился мне всё это время.

— Снился я?

Она утвердительно промычала, потеревшись лицом о его мокрое плечо. — На окраине ярмарки. Ты ждал меня под деревом в своей кепке и подтяжках. — Рассеянно она заметила, как напряглись мускулы на спине Джонаса, а ритм его гребков сбился. —