Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт

На вопрос, почему он не позвонил раньше, парень ответил, что плохо себя чувствовал, да и к тому же телефон разрядился, и никто в этой «чертовой больнице» не мог достать для него зарядку.

К огромному счастью нож прошел мимо жизненно важных органов. Тем не менее в ближайшие месяцы Крису нужно будет внимательно следить за своим состоянием и проверяться у врача.

Сначала парень попросил меня забрать его из больницы и побыть с ним пару дней, но в итоге все вылилось в то, что уже как неделю я жила у него дома.

Квартира Криса располагалась в модной многоэтажке, находящейся в пятнадцати-двадцати минутах от центра. Тринадцатого этажа было достаточно, чтобы сюда не долетала пыль шумного города, а голову от взгляда из окна начинало слегка кружить.

Первый раз войдя в жилище музыканта, я увидела то, что и ожидала – холостяцкую квартиру. Она была трехкомнатной. В спальне расположились большая кровать с внушительным шкафом вдоль стены, в котором, очевидно, хранился весь гардероб молодого человека. В зале стоял диван, а на тумбе напротив плоский телевизор. На стенах висели застекленные постеры с логотипами предпочитаемых парнем групп и изображениями на хоррорно-музыкальную тематику. В третьей комнате Крис устроил себе что-то вроде кабинета – стол, офисный стул, мощный комп, несколько гитар и книжный шкаф с разнообразием книг и стопок каких-то папок. Вдобавок ко всему шел еще выступающий из стены турник, очень похожий на тот, что я видела в доме у Мика.

Везде стоял умеренный беспорядок, а на поверхностях лежал слой пыли, которой было чуть больше, чем могло бы скопиться за время отсутствия молодого человека. Похоже, у вечно занятого Криса руки не доходили ни до уборки, ни до вызова клининга.

Все пространство было выполнено в черно-белой тональности: в спальне и кабинете стены были выкрашены в темно-серые оттенки, а на кухне и в большой комнате – в белые. Мебель в основном была такой же темной.

Лаконичная кухня отличалась минимализмом – врезные ручки, каменная столешница и антрацитовый пластик фасадов.

Туда я и направилась в первую очередь, когда привезла Криса домой. Ему прописали строгую диету, и я планировала приготовить куриный бульон.

Крис ушел в спальню, чтобы переодеться, а я приступила к разгрузке продуктов, купленных по дороге.

Но спустя секунду подскочила от вопля.

Рванув на голос, я боялась увидеть, что швы на боку Криса разошлись и тот истекает кровью, но вместо этого застала молодого человека у огромного шкафа с зеркальными дверцами.

– Ты посмотри!.. – сокрушенно проговорил Крис, подняв футболку и оголяя торс. – Ты посмотри, что он наделал!

Я перевела глаза на бледный бок парня.

На лбу вытатуированной женщины с суровым пронзительным взглядом красовался шрам.

– Прямо в лоб!..

Снова повернувшись к зеркалу, Крис покачал головой.

То, что с ним все в порядке, заставило меня облегченно выдохнуть.

Но в следующую же секунду я пристально посмотрела на вертящегося у зеркала парня и сказала:

– Если когда-нибудь ты еще раз так напугаешь меня, я уйду.

Тот замер, а затем обернулся. Удивление на его лице смешалось с любопытным изучающим взглядом, будто Крис прикидывал, всерьез ли я говорю или нет. Затем он кивнул.

Минула целая неделя, и мы, казалось, вполне неплохо уживались вдвоем. В студию возвращаться я не хотела: не туда, где над моей головой разыгралась болезненная сердцу сцена. Да и Крис явно давал понять, что не хочет, чтобы я уезжала.

Что удивительно, мы ни разу так и не затронули произошедшее. Предполагаю, по личной причине каждого: Крис явно испытывал дискомфорт, ощущая вину из-за случившегося, а я же попросту была не готова снова погрузиться в этот кошмар. Некоторые чувства и эмоции, дошедшие только спустя время, вызывали внутри панику, а за ней и приступ тахикардии.

Но с каждым днем жажда получить ответы на разрастающиеся словно сорняки вопросы становилась все сильнее. И в текущий момент, когда парень, вовлеченный в игру, сидел рядом, казалось, очень подходил для ее утоления.

Наконец, собравшись с силами, я обернулась к парню:

– Крис, могу задать несколько вопросов?

Уловив мою интонацию, музыкант на мгновение замер, а затем, так и не взглянув на меня, кивнул:

– Да. Задавай.

«С чего бы начать?..»

– Не знаешь, как там Мик? – С тех пор, как я вернулась из больницы, этот вопрос мучил меня больше всех. – Он вообще… жив?

– Жив, – протянул брюнет. – Еще как жив. Но отметил, что удар у тебя действительно что надо, а то до этого он мне не верил.

– Ты разговаривал с ним? – поразилась я.

– Ага, – отозвался Крис, а затем взял второй джойстик и протянуть мне. – Сыграешь?

На автомате взяв его, я включилась в игру.

– Как он? – спросила я и принялась выбирать своего бойца.

– Сейчас нормально. Но по голове ты ему знатно съездила. Честно, я и в первую нашу встречу понял, что доводить тебя – себе дороже, но когда увидел, с каким звериным выражением ты рванула на него, то реально испугался.

– Но как ты говорил с ним после всего… Он же чуть тебя не убил.

– Ну, не убил же, – устало ответил Крис, выбрав плашку с персонажем. – И едва ли пытался. Всего лишь чуток поехал крышей, что бывало и ранее, но в этот раз, конечно, переборщил. Я ж тогда просто поскользнулся – крыша была мокрая, а Мик затупил, пытаясь то ли словить меня, то ли отойти. Так я и напоролся.

Тут губы парня растянулись в мрачной садистической улыбке.

– Видела бы ты его лицо, – нажимая кнопку «начать бой», проговорил Крис. – В жизни не видел такого ужаса в глазах человека. Если бы не нож, торчащий из живота, то я бы умирал не от кровопотери, а от смеха.

Я бросила потрясенный взгляд на парня, но он сконцентрировал все свое внимание на уничтожении моей героини.

– Невероятно… – возвращаясь к игре, пробормотала я, а после добавила: – Получается, он не совсем здоров, так? Психически, имею в виду.

– Угу. Хоть Мик очень талантлив в музыке, но неполадки с головой у него с самого детства. То ли расстройство, то ли еще что, спровоцированное травмой. Он мне рассказывал про аварию, в которой погибли его родители. Чудом выжив, сам он тогда тоже пострадал. Маленький же был, кости мягкие… Вот удар по голове и вызвал развитие чего-то… нехорошего. Но может именно поэтому он такой способный и гениальный звукреж. Наверное, истину мы никогда не узнаем.

«История, рассказанная Миком тогда в кафе…»