Бессмертная - Елена Александровна Тимофеева

Всего несколько шагов сделала и вновь оказалась в заснеженной пустыне. В густой метели не было видно решётки ворот и не знала девушка, как далеко успела уйти. Ледяной ветер ударил в грудь, ожёг щёки. Она натянула на лоб шапку, набросила сверху капюшон дохи, наклонилась вперёд, заслоняясь от летящих в лицо колючих белых крупин, и пошла наугад.

Почувствовала подъём под ногами, обрадовалась, значит, идёт верно! Взяла левее, и рука, ищущая опору в пустоте, коснулась ледяных перил. Мост! Она взошла на мост над Рекой бесконечности!

Будто прибыло сил, быстрее пошла навстречу ветру, распрямилась, откинула капюшон, посмотрела в глаза метели. Взялась за перила, перегнулась, глянула вниз. Там, под застывшим ледяным панцирем, катила свои ледяные воды река, и прошедшему по мосту на другом берегу открывалась вечность.

Внезапно ветер стих, и прекратился снегопад. Безмолвие нависло над рекой. Замер мир, ожидая решения лунной дочери.

Ария протянула руку вперёд и разжала пальцы.

Бесконечно долго падали вниз золотые ключи. Как заворожённая, следила она за их полётом. И вот благородный металл коснулся замёрзшей реки, ослепительным потоком хлынул свет, прожигая, плавя лёд. Сияние медленно таяло в стылой глубине, покуда не достигло тёмной воды, принявшей его в своё чрево.

Будто звезда умирала, теряя свет. Вздрагивала, трепеща, бросая из последних сил золотые лучи в стороны, и не смогла больше. Ослабела. Погасла. И поглотила Река бесконечности бессмертие руанской принцессы.

Ария облегчённо выдохнула и вдруг поняла, что всё. Исполнено. Ничего больше не нужно. И идти куда-то… куда идти, зачем? Не нужно ей бессмертия, и от жизни она тоже устала. Вновь бросаться в битву, глохнуть от звона мечей… Хватит, довольно!

Каждый сам выбирает место стоянки! Окончен путь! Устала странница! Пора отдохнуть!

Ария опустилась на снег, откинулась спиной на мёрзлую решётку моста и закрыла глаза. Через мгновение её сознание уже плыло в серебре звёздных морей, оставляя за бортом балластом прошлого всю жизнь, и дом, и любовь, и мечты.

Спала земля. Укрыла дымка облаков поля, города, озёра. Бесшумно падал снег, засыпая маленькую фигурку на гребне большого моста, и стремительно утекал песок в волшебных часах. Его в верхней чаше оставалось совсем чуть-чуть.

Глава 19

Последнее противостояние

Феанор очнулся. Он помнил, как в пылу сражения подобрался к Бёрку слишком близко, как ударил по громадной лапе, но скользнул меч по крепкой чешуе, и царь подумал тогда с горечью: «Точно, как Дагон!»

Смертным — дела земные. Ему биться с равным себе, с человеком, со зверем, но не с магами, духами и богами! Страж врат времени — достойный противник верховного жреца бога Сета, а меч Феанора, откованный лучшими кузнецами острова Форс, бессилен против заколдованной брони на шкуре зверя.

Он едва успел подумать об этом, как взревел горный дух Бёрк, отшвырнул в сторону жалкого человечишку. Силён был бросок, к решётке врат отлетел Феанор.

Ария недаром вскрикнула тогда: «Не трогай!», когда хотел он коснуться заиндевевших стальных узоров. Ледяные когти выпустили ворота, схватили царя, разрывая одежду, раздирая плоть, подтащили, прижали к стали. Будто живые, вздохнули мёрзлые прутья, жадно глотая горячую кровь, хлынувшую из ран.

— Плавник акулий тебе в глотку! — простонал Феанор, изловчился, выдернул из-за пояса кинжал.

Бил по твёрдым когтям, рубил в ледяную крошку, сумел освободиться. Пал на снег, едва достало сил встать, шатаясь, пошёл, поднял оброненный меч.

Чёрный Велор и горный дух Бёрк уже далеко были, у выхода из каменного тоннеля. Песчаная завеса закрывала обзор, но Феанор разглядел, как сбил с ног жрец Сета огромного зверя, как прыгнул ему на грудь, схватил обеими руками пасть, потянул в стороны, разрывая, и голубой поток света хлынул из горла чудовища.

Дрогнули скалы от торжествующего хохота, клокочущим варевом полилось заклинание, и новый столп песка возник из ниоткуда, сокрыв от взора царя финал битвы избранных.

— Да пошли вы оба киту в сраку! — устало выругался Феанор. — Кесарю — кесарево, повесе — повесово! Как ты сказала, девочка моя? — Он шагнул к решётке врат и заорал: — Инфламма!

Он не сомневался, что это сработает, и сработало! Качнулись решётки, распахнулись, будто от мощного порыва ветра, и открылся тоннель света, разворачивая лепестки ослепительного цветка.

— Небось, не сгорю же? — сам себя спросил Феанор, шагнул вперёд, и почувствовал, как ускользает сознание, ослабел от ран, от потери крови. — Сто якорей… — пробормотал он, усилием воли пытаясь удержаться на краю обрыва.

Пошатнулся, сделал ещё шаг и рухнул коленями в снег, силился встать, и последнее, что видел, как закрывается чаша цветка огненного тоннеля. Не успел войти внутрь, упал навзничь, полетел в небытие.

А когда очнулся, оцепенев от лютого холода, полная луна стояла высоко в чистом небе. Густая тишина окутала Долину времени, и лишь шорох мерно падающих на землю крупных снежных хлопьев нарушал её.

— Я опять пропустил самое интересное! — пробормотал, со стоном поднимаясь, Феанор. — Северный флот, только вперёд!

Зачерпнул снега, пожевал, проглотил, утёр лицо и, качаясь, медленно побрёл к подъёму засыпанного снегом моста.

Два демона долго бились в воздухе, теряя силы и время. Раненые, истекающие кровью, но всё ещё равные меж собой. В агонии битвы Норт увлёк Демиру за пограничную скалу, отсекающую его мир от Долины времени.

Ушёл от яростного удара колдун зимы, камнем прянул вниз, опустился на скалу, сменяя облик на снежного барса, и бесшумными прыжками понёсся к тоннелю в скалах. Королева-демон сложила крылья, падая следом, но не достала когтями сильной лапы, извернулся, ускользнул белый зверь. Миг перерождения и сладость вихря погони, хруст снега и тусклые лучи зимнего солнца, освещающие последнюю, роковую дорогу.

Чёрная волчица настигла снежного барса у самого портала, прыгнула вперёд, отрезав путь, нагнула голову, оскалила пасть, зарычала, пошла навстречу.

Демира почти торжествовала победу. Забыла в упоении битвой своё далёкое прошлое, как чистой отроковицей будучи, готовясь стать жрицей Солнца, внимала простым истинам, что изрекали уста её старого деда.

«Если глаз твой и рука твоя соблазнятся тем, что не тебе принадлежит, обретённое не принесёт пользы. Не тот счастлив, кто многое имеет. Тот счастлив, кому достаёт малого».

Жизнь другое показала. Бей первой и бери сполна! Сила приносит свободу!

Только супротив одной силы всегда найдётся другая. И самый коварный обман сам однажды будет обманут.

Длинным прыжком бросилась вперёд чёрная волчица, сцепилась в воздухе со