Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

чтобы вычесть из общего шума двигатель Каллума. Городок небольшой. Он наверняка расставит копов на обеих дорогах, ведущих в Залив и из него, рассчитывая, что мы попытаемся прорваться к складам или к школе.

Дом Мими Коллинз скрыт за воротами, и у них нет ни единой причины соваться в тот район, так что Мейкон со своими парнями должен быть в безопасности. По крайней мере, до тех пор, пока они не попытаются оттуда уехать. Будем надеяться, Арми держит его в курсе.

Наклонив голову, я вслушиваюсь в урчание машины Джерома и Каллума, которая уходит на очередной правый поворот.

От всего вокруг исходит удушливое марево. От травы, от стволов деревьев, от воды в бассейне и от пота, струящегося по моей шее и спине.

И что он теперь сделает? Когда нас арестуют, он будет счастлив?

Конечно нет. Он же пустое место, и мне плевать, что там болтает Мейкон про стратегию на долгую перспективу. Они все ничтожны, а я устал защищать наши земли.

Я хочу забрать их.

Сегодня я надеру ему задницу. Заставлять меня бегать он не станет. Ни сейчас. Никогда.

Я бегу на звук их мотора, перемахиваю через забор и спрыгиваю в небольшой лесочек. Перебежками следуя за их передвижениями, я спускаюсь вслед за приглушенным рокотом в деловой квартал — как раз посередине между местом, где мы разбили кар, и Мэримаунтом.

Прячась в тени деревьев, я преследую их красные стоп-сигналы, передвигаясь параллельно с ними, пока они проверяют склад, а затем сворачивают на тихую улочку, ведущую к Мэримаунту.

Впереди появляется полицейский патруль, тщательно обыскивающий школьную парковку, в то время как «БМВ» Майло, как я замечаю, брошен прямо на бордюре. Машина Джерома и Каллума с визгом тормозит позади него, и какой-то коп нависает над Майло.

Каллум выскакивает из «Ауди» Джерома, с силой захлопывая дверцу.

Он подлетает к Майло.

— Какого чёрта ты творишь?! — рявкает он.

Майло упирается ему прямо в лицо.

— Я бы их поймал!

— Ты вдрызг пьян.

— А ты только всё мне портишь!

Каллум хватает рукой его за шею, впечатывая слова прямо в лицо:

— Мне не нужны их трупы. Мне нужно, чтобы они были живы и увидели это своими глазами.

Он напирает на Майло, не отпуская его и заставляя пятиться назад.

Грудь Каллума блестит от пота, а светлые пряди на висках потемнели от влаги.

— Они посмотрят, как мы возвращаем Крисджен, — цедит Каллум, — как возвращаем Клэй, а потом посмотрят, как мы сравняем с землей этот дом и всё остальное к чертям. — Он резко дёргает Майло за шиворот. — И если ты попытаешься сделать по-своему, я просто сотру тебя в порошок.

У меня непроизвольно дёргается член, и я с усилием заталкиваю это прочь.

Оттолкнув Майло, Каллум направляется обратно к машине Джерома.

— Я тебе ещё понадоблюсь, — бросает ему вслед Майло.

Каллум лишь мрачно смотрит на него и бросает полицейскому:

— Отвези его в Фокс-Хилл.

Офицер Грейди протягивает руку, собираясь схватить Майло, но тот с гневом отмахивается, провожая взглядом отъезжающих приятелей.

Каллум и Джером уезжают, а я пробираюсь сквозь кусты, мимо домов, поднимаюсь по Сент-Клер-авеню, преследуя шум их мотора.

Джером проезжает в ворота Эймсов, а я запрыгиваю на дерево и перемахиваю через белую стену.

Спрыгнув вниз, я приседаю за живой изгородью. Каллум вылезает из машины, затем наклоняется к окну, перекидываясь парой слов о чём-то с Джеромом.

Других машин я не вижу, так что мачехи дома может и не быть, хотя всё возможно. В сезон штормов все стараются прятать машины в гараж.

Он хлопает по крыше и отходит от автомобиля, а Джером разворачивает машину на мощёной площадке и срывается с места. Я смотрю, как Каллум направляется к входной двери, доставая ключи, и сжимаю кулаки, готовый заключить с ним очередное пари.

Если он продержится под градом моих ёбаных кулаков достаточно долго, чтобы сделать звонок, сможет заявить на меня за нарушение комендантского часа. Неплохая идея?

Он вставляет ключ в замочную скважину, и я напрягаю каждый мускул на ногах, приподнимаясь.

Но тут он замирает, утыкаясь лбом в деревянную филёнку. Его спина тяжело вздымается и опускается, а я останавливаюсь — он просто стоит на месте, словно собираясь рухнуть на колени.

Стиснув зубы, я сглатываю. Вперёд, говорю я себе. Атакуй.

Но почему-то сейчас я не чувствую, как по венам разливается ярость схватки.

Он проворачивает замок, нажимает на ручку и открывает дверь.

Его голова резко поднимается; он замечает что-то в прихожей и склоняет голову набок.

— Какого чёрта ты не спишь? — доносится до меня его окрик.

Он входит внутрь, дверь захлопывается за ним, но защёлка не срабатывает. Проверив ворота и убедившись, что они теперь закрыты, я подбегаю к двери, прижимаюсь спиной к стене дома и прислушиваюсь.

— Мне нравится комендантский час, — раздаётся радостный девичий голос.

Анна-Кэтрин.

Великолепно.

Я не могу навалять ему на глазах у неё. Я и забыл, что она здесь.

— На улицах так тихо, — продолжает она. — Когда я выхожу на улицу, мне кажется, будто я делаю что-то запретное.

Заглянув в окно, я вижу, как она раскинулась прямо на полу прихожей, а вокруг огромного холста разбросаны краски и кисти. Она перебирает тюбики, расставляя припасы вокруг донки, одетая в милейшие коричневые панталоны, застёгнутые прямо под коленями. Клянусь, её мать нанимает портных специально для того, чтобы шить наряды, в которые её дочь сбегает от реальности. Чёрная футболка с коротким рукавом заправлена за пояс, а подтяжки служат исключительно для красоты.

— Ты можешь выходить на задний двор, — подсказывает он. — Это не запрещено.

— А на велосипеде по улице можно? — спрашивает она, обходя картину.

— Нет.

Но я ставлю на то, что он просто не хочет выпускать её в город одну, а вовсе не из-за того, что её могут оштрафовать.

АК замирает, расплываясь в нарочито дьявольской улыбке: вызов принят.

Каллум мрачнеет.

— София…

Я никак не могу понять их отношения. Она его не боится, но он прячет