Сломленная истинная - Ивина Кашмир

Доброй, чуткой, понимающей. Женщиной, к которой можно прийти в любой момент и получить порцию поддержки. Женщиной, которая никогда не осудит, наоборот, погладит по голове, подарит дельный совет, смачно пошлёт в бездну всех твоих обидчиков...

— Раз мы выяснили отношения, — хмуро начала я, посмотрев на затихший чёрный сгусток, — теперь, матушка Тьма, помоги мне вернуть моему деду метку.

Вместо ответа она заклубилась и исчезла.

Но через пару секунд после её ухода в мои ноги упал потёртый томик с чёрными ритуалами.

Глава 58

На первый взгляд ритуал возврата метки кажется простым, как две монетки.

Но на деле маг, решившийся его провести, выжигается досуха. К счастью — всего лишь на пару суток.

Лэнда Дарквуда я не стала приводить в чувства. Мало ли. Он всё-таки архимаг.

— Твой дед не заслуживает счастья, Майя, — хмурится Эш, наблюдая за тем, как я расставляю свечи вокруг клетки. — Он гад, подлец и трус. И всё время тебя оскорблял.

— У него сердце из камня, — пожимаю плечами. — Не удивительно.

Кларисса вцепилась в клетку и неотрывно смотрит на своего истинного, лежащего без сознания.

И Тьма вернулась. Тихонько сидит в углу и жадно наблюдает.

Она очень любопытная. Очень. Скучно ей в своих подвалах. К тому же она ещё та сплетница и интриганка. Сидит, собирает материал, чтобы потом кости перемывать.

Эш забрался ко мне голову и тихо произнёс:

— Это да. Но я уверен, что и до превращения сердечка в камушек он был, мягко говоря, мерзавцем.

— Ничего. Пусть начнёт чувствовать, и мы найдём на него управу.

Я поправила свечи, убедилась, что круг замкнут, и опустилась на колени.

— Ну, понеслась, — пробормотала я, складывая ладони.

Ритуальные слова произносила медленно, нараспев, стараясь не сбиться.

Под пальцами земля нагрелась, руны на полу дрогнули и зажглись фиолетовым светом.

С каждым произнесённым словом я слабела.

Свечи трепетали, пламя вытягивалось к потолку. В клетке с дедом воздух начал сгущаться, темнеть.

Продолжая шептать слова, я зажмурилась.

На лбу выступил пот, грудь сдавило.

Последнее слово сорвалось с губ, и всё стихло.

Пламя в свечах погасло разом. Меня качнуло, но я удержалась.

В клетке что-то шевельнулось.

Кожа на груди у Дарквуда засияла и проступила метка.

Я выдохнула и упала спиной на пол.

— Готово, — прошептала я, вытирая кровь из носа. — Вернулась, проклятая метка.

Кларисса что-то говорила, но я не слышала.

Мир перед глазами плыл. В ушах шумело. В горле пересохло, и я не могла нормально сглотнуть. А кончики пальцев звенели от боли.

Внезапно передо мной возникает лицо Рейнарда.

Перекошенное от ярости лицо.

Моргаю один раз, потом второй. А в следующую секунду меня поднимают с земли, словно котёнка, подхватывают на руки и куда-то тащат.

Как выяснилось, в соседний подвал.

Рейнард прижимает меня к стене и целует — резко, уверенно. Но почти сразу я понимаю, что это не просто поцелуй.

В меня начинает перетекать его магия, тёплая и обволакивающая, снимая слабость. Сила постепенно возвращается, и я, всё ещё ошеломлённая, зарываюсь пальцами в его волосы и отвечаю на поцелуй.

— Майя... — хрипло выдыхает, отрываясь от моих губ, — тебя ни на минуту нельзя оставить. Оставил, и ты провела кровавый ритуал.

Я упираюсь лбом в его грудь и тихо говорю:

— Так было нужно.

— Горе ты моё луковое, — с шумом выдохнул он. — Знаешь ли ты, что, не будь у тебя достаточных сил, ты бы погибла на этапе произношения ритуальных слов?

— Хорошо, что я сильная, — сипло произнесла я, указательным пальцем выписывая круги на его груди. — Но спасибо, что пришёл.

Какое-то время мы обнимаемся, я перебираю его волосы, он стискивает меня в объятиях. Не можем надышаться друг другом.

— А как у тебя дела? — я поднимаю на него взгляд. — Как продвигаются переговоры?

— Не очень, — Рейнард морщится. — От меня ждут пару подписей, но я медлю.

— Почему?

— Потому что... — он возводит глаза к потолку, — жениться на сестре Артиана в мои планы не входит. Впрочем, как и отдавать светлым родную сестру.

Я помрачнела.

Слова Тьмы всё никак не хотели выходить из головы. Как бы я к ней ни относилась, но она права. Если светлые и тёмные не придут к согласию, мир снова утонет в крови.

— И что ты намерен делать?

Рейнард обхватил моё лицо ладонями и спокойно произнёс:

— Я убью Артиана и захвачу земли светлых.

Я потрясённо уставилась на него, подумав, что он шутит.

— Что значит «убьёшь»? — севшим голосом спросила я, убирая его руки от своего лица. — Убийство разве выход?

Рейнард сузил глаза.

— Тебе его жаль? — в его голосе проскальзывали ревнивые нотки.

— Нет, — я нервно провела рукой по волосам, — но дело не в этом. Ты... — пересохло горло, и я гулко сглотнула, — это ведь не выход, Рейнард. Нужен мир, а не насильственный захват власти.

Взгляд принца тяжелеет.

— Майя, не думай об этом. Это моя забота.

Грудь заполняет горькая обида, и я опускаю взгляд.

Я ничего не смыслю в политике, интригах и прочих делах высшей аристократии, но... даже я понимаю, что убийство — это крайняя мера, которая, ко всему прочему, ничего хорошего не принесёт. Насилие не решает проблем, оно их умножает.

— Можно просто поговорить с Артианом, попробовать договориться, — сказала я тихо. — Может, у него есть условия, на которые можно пойти?

— Я сказал, что это моя забота, — отчеканил Рейнард. — Не лезь в это дело, Майя.

Я закусила губу, посмотрев на него исподлобья.

Если Рейнард думает, что сможет меня заткнуть одной хлёсткой фразой, то он ошибается.

— Вы с Артианом взрослые, образованные мужчины, — хмуро говорю, посмотрев в его зелёные глаза. — Неужели вы не можете найти иной выход?

— Нет, Майя. Не можем. Он хочет одного, а я другого, — Рейнард устало проводит рукой по лицу.

— А если отбросить ваши непомерные эго, тогда, может...

— Майя, ещё раз говорю: не лезь в это дело! — зарычал он. — Твоё дело — стоять в стороне и ждать, пока я всё решу. Зачем ты всё усложняешь?