Подмена в Академии, или Личная проблема инспектора - Елена Сергеевна Счастная

— Так это была лишь уловка? — я прищурилась.

В дверь постучали, после чего внутрь заглянула Эгина и, настороженно окинув нас взглядом, сообщила:

— Тут пришли за тобой, Лин. Говорят, срочно нужно идти к ректору. Там уже все собрались. Ну, кроме вас.

— Что ж, — вздохнул инспектор, когда дверь за ней снова закрылась. — Не хочешь говорить сейчас, я дам тебе ещё немного времени. А после мы продолжим. Идём. Лучше не злить ректора ещё больше, чем он уже разозлён. — Прежде чем называть героиню "дурой" только за факт того, что она якобы не призналась прямщас, почитайте внимательнее её рассуждения во время разговора. Она не отпирается резко, она прощупывает почву на предмет того, как Анастериан к этому всему относится. И дуре, как некоторые пишут, не удалось бы вызвать его на откровенность.

Я была благодарна ему за эту передышку, сейчас мне точно нужно было время, чтобы обдумать наш разговор и принять решение.

“Да что тут думать, — вновь высказалась Неала. — Нам нужно признаваться. Без господина инспектора и Шторма мы всё это не вывезем. Особенно если нас разделят”.

Мне и самой эта мысль очень не нравилась. А ещё больше мне не понравилась обстановка в кабинете ректора Строунда — какая-то вязкая и даже прогорклая. Едва я вошла внутрь, как мне стало душно. Здесь собрались все самые неприятные для меня личности: и дядюшка, который, судя по взгляду, готов был уничтожить меня на месте, лишь бы больше никогда не видеть, и декан Трейт, самодовольное выражение лица которого можно было бы счесть за иллюстрацию фразы “ну, я же говорил”.

Ректор Строунд сидел за столом в напряжённой позе, словно его по самую макушку загрузили трудноперевариваемой информацией, и он боялся шевельнуться, чтобы не треснуть пополам. Отчасти я его понимала: у самой от всего этого голова шла кругом.

— Мистер Аймор, — кивнул ректор в ответ на приветствие. — Абитуриентка Тайкер…

Я присела в реверансе, чувствуя, как дрожат колени. Если бы моя магия вела себя чуть более предсказуемо, мне не пришлось бы стоять здесь в ожидании решения своей участи. но странное дело: сейчас я не жалела о том, что со мной всё это случилось. Да, временами на меня накатывала волна самобичевания, однако потом я неизменно приходила к выводу, что всё это — некий урок, который мне просто нужно усвоить и идти дальше.

Впрочем, на крайний случай можно обернуться драконом и попробовать сбежать. Но есть опасность не улететь далеко и зацепиться за какой-нибудь очередной фонтан по дороге.

— Не понимаю особую срочность этого собрания, если честно, — спокойно проговорил Анастериан. — Линнет стоило бы дать больше времени на то, чтобы восстановиться после вчерашнего неприятного происшествия.

— А мне кажется, восстановление сейчас больше нужно Виллему! — сразу встрял декан. — Вы его вообще видели? Он почти что в коме!

Да, Виллема мне было жаль, но почему-то казалось, что тяжесть его состояния он слегка апреувеличивает.

— Студент Ромберг поступил не самым лучшим образом, — сразу ответила я. — Он оскорбил меня и хотел унизить инсинуациями на глазах всех гостей герцога Вирнажа.

— Какими? — прищурился Нил Трейт.

— Это наше личное с ним дело. Впрочем, если он пожелает, то расскажет вам сам! — ушла я от темы. — Да, я вспылила, мне его обвинения были глубоко неприятны. И мои эмоции нашли выход в магии, о полных свойствах которой я не знала до вчерашнего дня!

Незнание закона не освобождает от ответственности, конечно. Но здесь мне просто не собирались давать второй шанс — предчувствие этого буквально витало в воздухе.

— Уверен, что магия Линнет — просто находка для Академии, — вмешался инспектор. — И если придать этой драгоценности правильную огранку, мы получим одного из самых сильных дрэйгов за многие годы обучения.

— Вы последний, кому я доверил бы “огранку” Линнет, — счёл нужным высказаться дядя. — И вообще вся эта затея с обучением на Драконьем факультете мне сразу не понравилась.

— Это было заметно, — поддел его Анастериан. — Ваше отношение к девушке, которую вы называете своей дочерью, вообще вызвало у меня много самых разных подозрений.

Формулировка мысли насторожила всех присутствующих. Особенно встревожился Сигрен — он бешено уставился на инспектора и сжал побелевшие губы. Получается, он уже не в первый раз слышит от Анастериана подобные предположения, и боится! Впрочем, покажите мне того человека, который совершенно искренне не боялся бы инспектора и его Шторма.

Этот момент почему-то слегка меня ободрил. Правда, не надолго.

— В любом случае, — вступил в разговор ректор, — я пришёл к одному выводу. Этот скандал вокруг расщепления Виллема Ромберга силами одной только студентки слишком сильно ударит по репутации Академии. Магия мисс Тайкер безусловно опасна и, судя по всему, мало поддаётся контролю.

— Я говорил вам об этом много раз, — гордо упомянул декан.

Показалось, сейчас он подпрыгнет от нетерпения, настолько сильно ему хотелось, чтобы я перестала существовать, как дрэйг. Ну не может же дело быть только в драконице, которую якобы обещали Астере Вирнаж! Это просто какой-то абсурд!

— Повторюсь, мисс Тайкер нуждается лишь в более интенсивном обучении и наблюдении, — возразил господин инспектор.

— А я считаю, мисс Тайкер будет более полезна очистка ореола, заполнение которого явно пошло не так, как нужно, — безжалостно отрезал мистер Строунд.

Я невольно схватилась за рукав Анастериана, и он не стал высвобождаться. Мы с ним переглянулись, а Неала в моей голове издала какой-то нечленораздельный вой.

— Уверен, это излишняя мера.

— Простите, но ваши личные преподавательские амбиции здесь неуместны, — начал раздражаться ректор.

— И я считаю, что моей дочери будет полезно начать обучение с чистого листа и чистого ореола, если хотите! Возможно, на другом факультете, — многозначительно добавил мистер Тайкер.

Это стало последней каплей.

— Вы мне не отец, чтобы указывать! — не выдержала я. — Хватит! Слышать больше не могу ваше лицемерное враньё. И участвовать в нём больше не хочу!

В кабинете ректора стало невероятно тихо. Вдалеке, на территории кампуса, прорычал чей-то дракон, часы тикали, а моё сердце колотилось так, что я почти оглохла.

— Что, простите? — нахмурился мистер Строунд, а затем перевёл взгляд на дядю.

Тот сухо сглотнул, выпучив глаза так, что мне даже стало слегка за него страшно: ещё удар хватит! Декан и вовсе приоткрыл рот, не мигая таращась на меня, и показалось, в его взгляде начало проступать узнавание.

Только Анастериан остался спокойным. “Да, вы победили, — хотелось мне сказать прямо ему в лицо. — Вы обо всём догадались, вот только орден вам за это не выпишут и даже не