Подмена в Академии, или Личная проблема инспектора - Елена Сергеевна Счастная

— Уже в этом я с вами поспорил бы, но продолжайте. Очень увлекательно.

Сигрен свёл брови, явно пытаясь выдать достойную реакцию на мой сарказм, но быстро сдался.

— Затем я получаю письмо от ректора Строунда о том, что расщепление не требуется, и всё у Линнет замечательно. Она подаёт большие надежды! Что за парадокс!

В его голосе проскользнули истеричные нотки, хоть раньше он держал себя в руках более уверенно. Но, очевидно, нервы даже у такого стойкого человека, как он, не железные — тут можно было ему только посочувствовать.

— Это вас расстраивает? — я откинулся на спинку кресла.

— Нет, но…

— Тогда я не пойму, что именно вам не нравится? И при чём тут я, если моё имя вами пока что не упоминалось?

Но мистер Тайкер не стушевался — нет — он лишь сильнее разозлился. Неприязнь ко мне так и сочилась из каждого его слова или брошенного исподлобья взгляда. Похоже, это у нас взаимно.

— И вот в довершение ко всему сегодня я получаю известие о том, что Линнет. оказывается, была сильно ранена! Из-за вас и ваших необоснованных решений!

— Мои решения всегда чем-то обоснованы. И я приложил все усилия, чтобы с абитуриенткой Тайкер всё было в порядке. Более того, приложу все усилия для того, чтобы больше с ней или с кем-то из моих студентов этого не повторилось.

— Вы не сообщили мне! — Сигрен подался вперёд и попытался угрожающе надо мной нависнуть.

Я встал, и его мнимое преимущество мгновенно рассыпалось.

— Линнет сама не хотела вам сообщать.

— Но вы обязаны были!

— Вам отправили уведомление из деканата. Этого мало?

— Уведомление! Как будто здоровье моей дочери это что-то незначительное!

Тут я даже немного проникся, но что-то подсказывало мне, что его бурление передо мной связано вовсе не с ранением дочери. Скорее оно связано с письмом ректора. А всё остальное маскировка. Почему же он так не хочет, чтобы Линнет училась здесь?

Вопрос до сих пор оставался без ответа. Однако теперь мне особенно сильно захотелось выяснить, в чём тут дело.

— Простите. Я действительно должен был сразу вам сообщить, — решил я снизить градус конфликта. Он начал меня утомлять.

— Вот именно! Полнейший бардак! — для проформы продолжил ворчание мистер Тайкер. — Может, лучше было бы и правда очистить ореол Линнет и позволить ей поступить на другой факультет. Поспокойнее. С каждым днём я убеждаюсь в этом всё прочнее.

Значит, я был прав — ему просто не нужно, чтобы Линнет оставалась с драконами. Чтобы она была дрэйгом. Возможно, потому что дочерью, которая обладает сильной ипостасью, сложнее манипулировать?

— Всё будет хорошо, мистер Тайкер, — почти пропел я. — Линнет и правда подаёт большие надежды.

Сигрена слегка перекосило, будто ему наступили на воспалённую мозоль.

— Я хотел уведомить вас, кстати. Я забираю Линнет на несколько дней домой. Во-первых, ей нужно отдохнуть от ваших диких тренировок и ежедневных испытаний. А во-вторых, нас пригласили на пикник к герцогу Вирнажу. А так как вы её куратор…

— Хорошо, — кивнул я, чем вызвал немалое удивление собеседника. — Линнет не помешает развеяться. Сколько ей понадобится времени?

— Н-недели будет достаточно, думаю, — слегка растерялся мистер Тайкер.

— Вот и хорошо. Всего доброго.

Я растянул губы в дежурной улыбке, давая понять, что ему пора убираться отсюда. Пока моё терпение не иссякло. По крайней мере, Шторм уже давно посылал мне сигналы о том, что он не прочь на обед закусить этим надоедливым графчиком.

Мистер Тайкер сразу откланялся, и едва я успел выдохнуть, как передо мной вновь возникла Сервилия. Выросла словно из-под земли — даже сердце ёкнуло. Сегодня её неизменно вызывающий вид после двух неприятных встреч подряд раздражал меня особенно сильно.

— Вам конверт, мистер Аймор, — произнесла она с таким придыханием, будто в нём лежало её нижнее бельё. — От герцога Вирнажа.

А вот это интересно! Он прямо-таки лёгок на помине. Я взял послание и распечатал его — дорогая бумага с вензелем герцогского дома приятно зашуршала.

Приглашение. На тот самый пикник! Очень удобно. Не могу сказать, что дом Айморов когда-то особо дружил с Вирнажами, но сейчас мне было на руку это проявление светской вежливости.

Линнет Тайкер будет под присмотром.

Глава 16

Элисанна

Приглашение на пикник к самому герцогу Вирнажу оказалось для меня полнейшей неожиданностью. Дядя Сигрен просто заявился ко мне в комнату и поставил перед фактом: на несколько дней мы едем домой, чтобы достойно подготовиться к светскому выходу, избежать которого я не могу, как ни старайся.

Я, конечно, поупрямилась, попыталась отговориться тем, что у меня здесь куча дел и к тому же после ранения разгуливать по длинным аллеям герцогского сада не смогу. Да и к тому же мистер Аймор не одобрит.

А оказалось, он уже всё одобрил, разрешил Сигрену вывезти “дочь” на отдых и восстановление у родного очага. Да и увеселительные мероприятия мне не запрещены. Как говорится, вот это поворот! Даже как-то обидно, что ли…

Мне пришлось вытерпеть бесконечные походы по салонам платья и примерки, пока тётушка, голову которой больше ничего и не занимало, не ткнула пальчиком в один из нарядов — оно!

— Пикник у герцога, это ведь такая честь! — не уставала повторять Клодия. — Ты должна выглядеть безупречно!

И каждый раз мне хотелось напомнить ей, что вообще-то я не её дочь, и мне вся эта суета и выходы в свет вовсе не нужны. А на их месте я поменьше светила бы моим лицом, чтобы к нему никто лишний раз не привыкал, потому что рано или поздно настоящая Линнет вернётся. И что будет тогда?

— А кто тебя просил устраивать вокруг своей персоны столько шума? — упрекал меня в ответ на это Сигрен. — У меня уже голова кругом, как из этого всего выпутываться! Твоей задачей было тихо поступить и тихо дождаться Линнет. И что из этого вышло?

— Что? — переспрашивала я. — Я живой человек со своими особенностями. Надо было вам это учесть!

Тут дядя замолкал и, молча пуская пар из ушей, уходил от дальнейшего разговора. А я чувствовала себя, с одной стороны, победительницей, с другой — так, будто меня снова оплевали.

В общем, на пикник к герцогу я ехала без малейшего проблеска хорошего настроения. В лёгком платье, расшитом мелкими цветами, шляпке с вуалькой и ворчливым голосом Неалы в голове, которая несколько раз на дню советовала мне всё сжечь и сбежать в горы.

Тем