Камеристка - Дина Зарубина

Герцог протянул руки и без труда снял мальчишку с крыши. Мне бы лестница понадобилась. Вымахал!

— Я думал, все! — Дик вцепился в мою юбку и задрожал всем телом.

Раздался топот, подбежали трое громил, убежавших за оборванцем.

— Никого не догнали, ваша светлость! Как крысы, юркнули в щель!

— Плохо искали! — Язвительно ответил герцог. — Ну, раз все на месте, идемте! И ты тоже! — Он наставил указательный палец на Ги, так и лежащего на крыше. — Ты чей?

— Я ничей, я свой собственный! — Независимо ответил беспризорник, не собираясь покидать свой убежище.

— Предлагаю службу! Оплата честная, работа несложная.

— Ниче не умею, какой с меня прок? — Отозвался гордый властелин помойки.

— Глаза есть? Ноги? Язык? Будешь собирать мне сведения.

— Шпионом, че ли? — презрительно фыркнул бродяжка.

— Разведчиком! Следопытом! Выучу драться, грамоте, как подрастешь, сможешь оруженосцем стать.

— Да ладно! — Не поверил мальчишка. — Брешешь!

— Ах ты, щенок, да ты знаешь, с кем говоришь?! — не выдержал стражник.

Торг продолжался минут пять. Я за это время пришла в себя, сгорела от стыда, когда поняла, что платье насквозь в грязи, промокло и воняет от меня всеми миазмами трущоб. Самый тот вид, чтоб мужчину соблазнять! И место выразительное, если по сценарию «дева в беде», то самое то. Мы с десяток сценариев проиграли с Лилиан и Эбби. Крокс тогда ухохотался и заявил, что меня не взял бы в театре даже билеты продавать.

Дик перестал трястись и высунул любопытную мордочку из-за моей юбки. У меня же зашевелилось любопытство. Извечный бич, сгубивший кошку.

— Что это за место?

— Это, ваша милость, наемный кабак, — любезно ответил герцог, преувеличенно вежливо подавая мне руку. — Тут нанимают людей для грязной работы. Я крайне удивлен, встретив вас здесь. Вы пришли за приворотным зельем?

Я уставилась на него круглыми глазами. Он всерьез?

— Нет? За ядом? Тоже нет? За наемным убийцей? Вас послала моя невеста? Отвечайте!

— Ваша невеста не имеет никакого отношения к этому приключению. Она вообще не знает, что я здесь. У меня выходной.

— И вы сунулись в эти трущобы? Странное место для отдыха!

— Вовсе нет!

— И где ваша охрана?

— Разбежалась.

— Мило, — бросил герцог. — У меня большое желание доставить вас к коронному дознавателю, чтоб он вытряхнул из вас все ваши дурацкие тайны.

— Я вам благодарна за помощь. Но это мои личные дела, а не дела короны.

— Как же вы меня бесите, — пробормотал герцог.

— Вас бесит любая девушка, осмелившаяся вам возразить! Вы просто самодовольный индюк, не видящий дальше своего носа!

— Кто?!

Я покраснела и потупилась. Не стоило обзывать человека, только что спасшего мне жизнь. Но это страх выходил, вместе с дерзостью и обидными словами. Язык сам молол ерунду.

Рафаэль на секунду потерял дар речи.

Что она о себе возомнила? Стоит пигалица, по уши в грязи, глазами сверкает. Видел он девиц и поавантажнее[1], знатнее, родовитее, тут и смотреть-то не на что! Не бог весть какая красавица, рост средний, фигурка так себе, личико разве что миловидное, не назовешь ни феей, ни богиней, таких девиц везде двенадцать на дюжину, а хорохорится! Жалкая, жалованная баронессочка, доселе даже титула не имевшая! Да как она смеет!

Не помня себя от злости, он положил рук на затылок дерзкой смутьянки и привлек к себе, уже почти коснулся губами замурзанного лица…

— Милорд, тут дети! — возмущенный вскрик привел его в себя. — Где ваш экипаж?

И пошла вперед, с мальчишкой, не отлипающим от ее юбки. Острые лопатки выражали бесконечное негодование.

Рафаэль выдохнул, потряс головой. Огляделся с отвращением. Что с ним? Нашел место для нежностей! Ополоумел окончательно! Ладно, завтра Эрих приведет менталиста, его проверят на злокозненную магию и снимут всю тягу к необдуманным поступкам и непонятным порывам.

— И не собирался, — пробурчал герцог. — От вас воняет!

— Куда мы едем? Нам не туда! — гневно сообщила баронессочка, выглянув в окошко кареты.

— Вы собираетесь так бродить по городу? Простите, я не настолько невзыскателен, чтоб позволять служанке моей невесты показаться на люди в настолько неприглядном виде. Мы едем в мой особняк. Отмоетесь, переоденетесь, и ступайте на все четыре стороны.

— И вы не станете меня сдавать дознавателю? Следить за мной? Задерживать?

— Ни минутой дольше, чем вам потребуется, чтоб привести себя в порядок! — За ней следить будут совсем другие люди! Разве герцогу это к лицу? Его маркизы умоляли о свидании, графини оказывали знаки внимания, а тут что? Камеристка! Недалеко ушла от прислуги! Пф-ф. Да она в жизни такой роскоши не видела, как у него дома!

Девица надулась и отвернулась.

Двое пацанов скорчились на переднем виденье кареты и пачкали его. Зачем я позвал с собой этого нищего оборванца? На кой он мне? Право же, при виде этой девицы я теряю способность связно мыслить! Но ее детьми они быть не могут. Ей бы тогда пришлось родить их лет в десять. Значит, глупость, сентиментальность и жалость.

Безумство тем лучше, чем короче. Рафаэль привык потакать своим желаниям. Отмоется, пару часов мы поваляемся в постели, потом она, конечно, будет умолять ее оставить в особняке, но я безжалостно выставлю ее за порог! И подарков дарить не стану! Путь гордится уже тем, что разделила страсть герцога дре Паму! А пока она будет изнывать от сладких мук в моих объятиях, я преспокойно выпытаю все ее дурацкие секреты!

— Гостевые покои, ванну, и найдите одежду для юных рыцарей, — приказал служанкам.

Подмигнул своему камердинеру. Покои им отведут с секретом.

— Сын, я желаю немедленно говорить с тобой! — Как белое привидение, на верхней галерее показалась моя матушка в домашнем капоте.

— Мне требуется ванна и чистая одежда. Ваше дело потерпит десять минут?

Матушка издала мелодичный стон, прижав белую руку в повязке на голове. Значит, точно терпит. Выдать ее замуж, что ли? Кажется, матушка мается от скуки в поместье.

— Сын! Что де особу ты притащил?! — Свистящий шепот настиг меня почти у выхода из холла.

— Ничего особенного, мама, это моя жена, — бросил я мстительно. Почему родители всегда появляются не вовремя? Легкий стук заставил меня обернуться. Матушка упала в обморок.

Делать ей нечего! Она что, шуток не понимает? Как она могла даже допустить мысль о том, что я женюсь на служанке? Пресветлый, до чего впечатлительны женщины! Шага я не сбавил, расстегивая на ходу рубашку. Потряс колокольчиком призывая прислугу.

— Займитесь телом! — указал наверх.

Избавиться от вони, потом навестить камеристку… нет, придется сначала поговорить с матушкой. Общеизвестно, что женщины сидят в ванне часами! Так что, возможно, я застану