Предавшие крылья - Елена Яр

магическая совместимость тоже была на высоком уровне. Из сложностей я видела лишь происхождение Бернадет: родня Ридли могла счесть ее недостойной их родовитого семейства. Я надеялась лишь, что парень проявит всю решительность, которой у него, я знала, было более чем достаточно.

Алекс незаметно коснулся моей руки пальцами и спросил:

– Волнуешься?

– Волнуюсь. – Я кивнула. – Но не потому, что ты думаешь. Предчувствие с утра у меня дурное. Да и Гар, как вчера улетел, больше не появлялся…

– Все будет хорошо, – с уверенностью сказал парень.

– Да… конечно. Правда, я думала, что мой фамильяр поприсутствует на важном экзамене.

Самым последним к нашей выпускной группе присоединился Мунк. Его рыжую голову было сложно игнорировать, но я старалась изо всех сил. Хотя его участие во взрыве комнаты не подтвердилось, переводить парня в число хороших людей повода у меня не было. Он тоже не жаждал общения, поэтому встал как можно дальше от меня.

Вскоре пришли экзаменаторы.

Комиссия состояла из трех профессоров нашей школы, включая Данли и одного представителя имперского правительства – совершенно седого, но остроглазого мужчины невысокого роста. Возглавлял все это собрание, разумеется, сам Элрой Таннер.

Ректор призвал присутствующих к тишине, но никаких речей на это раз толкать не стал. Он довольно сухо озвучил регламент и пожелал всем удачи. Экзаменационный порядок мы знали заранее, и нам с Алексом предстояло выйти почти в самом конце.

Мы вышли за пределы каменного пятачка, усевшись прямо на траву. Благо, на пороге лета земля была уже очень хорошо прогрета солнцем. Зрители тоже опустились, чтобы не мешать педагогам – те остались стоять. Данли вызвал первую пару экзаменующихся, и процесс пошел.

Сначала зачитывали тезисы из теоретической работы, затем задавались вопросы, и лишь потом, если возникали сомнения, выпускники на практике показывали результаты своих трудов. Впрочем, магичить пришлось почти всем – лишь одну пару пропустили без демонстрации.

Я слушала вполуха. Больше вертела головой и взглядом ощупывала крыши. Отсутствие Гара меня сильно напрягало. Что могло произойти? Мы не обсуждали его присутствие на финальном экзамене – почему-то это казалось мне само собой разумеющемся. Но, возможно, Гар не придавал этому значения. Я уже знала его достаточно, чтобы понимать: в его голове все устроено вообще не так, как в моей. С другой стороны, он тоже уже не мог игнорировать мою жизнь и наглядно демонстрировал, что планирует присутствовать на самых важных ее этапах. Так что все это было очень странным.

Ридли со своим напарником отвлекли меня от волнения.

Их взаимодействие было не очень сложным технически, но скорость, с которой они это делали, была поистине впечатляющей. Создав цепочку из чередующихся шаров – огненных и водных – парни сначала собрали их в круг, а потом раскрутили так, что они почти превратились в единое кольцо. Да, каждый держал свой элемент, и они не пересекались. Но из-за быстроты вращения все понимали, какая сложная у парней задача. Если любой из них сдвинет хотя бы один свой элемент, то, вероятнее всего, случится нехилый взрыв.

Я заметила, как преподаватели, отвечавшие за щиты, напряглись. Но Ридли с партнером справились блестяще.

– Довольно! – прервал демонстрацию ректор. – Отлично!

И это были первые овации от зрителей за все утро. Да, хлопали всем, но вежливо или подбадривающе. А вот так, искренне и восхищенно, только сейчас.

«Готовьте ладони, – подумалось мне. – Вы еще не видели нашего выступления!»

Гар так и не прилетел к тому моменту, когда вызвали нас с Алексом. Пока Шеффилд зачитывал выдержки из нашей работы, я еще оглядывала крыши, но, когда он перешел к самой важной части, сконцентрировалась на экзаменаторах. Мне была интересна их реакция на озвучиваемое. То, что мы решили переплетать четыре элемента между собой, вызвало оживление, но довольно умеренное – вероятно, чего-то подобного от нас и ждали.

Но когда Алекс сказал, что секрет успеха в сближении точек выхода, это подорвало их невозмутимость. В глазах мужчин появилось даже не любопытство – жадное предвкушение, что ли. Они словно садоводы, внезапно обнаружившие в куче навоза росток невиданного ранее цветка. Насторожились, подобрались и ни капли внимания не расплескивали мимо. Даже Данли сменил настороженность на увлечённость.

– Полагаю, коллеги согласятся, что мы это должны увидеть, – сказал Таннер. – Но прежде я должен спросить. Вы ведь, разумеется, неоднократно проделывали это в тренировочном зале?

– Да, разумеется, – ответил за нас двоих Алекс.

– И сколько раз вы это сделали после последней неудачной попытки?

Алекс задумался, и тут уже ответила я:

– Мы не считали, но не меньше десяти.

Вокруг зашептались: это достойный результат.

Мы встали напротив друг друга. Алекс ободряюще мне улыбнулся, и я улыбнулась в ответ. Привычно подняв руки на уровень груди, я дождалась, когда парень положит ладони на мои кисти.

– Я не уверен… – раздался голос Данли, но кто-то рядом шикнул на него, и тот заткнулся.

– Три, два… – тихо сказал Алекс. – Начали…

Он привычно полил сырец через мое тело. Мы были полны, потому что перед экзаменом все старались не расходовать силу зазря, копили и лелеяли ее. И сейчас насыщение чужой энергией вдруг отозвалось во всем теле переполнением. Мой резерв колыхнулся, как ленивый неуклюжий боров, объевшийся отрубей. Многовато, надо бы отбавить.

И тут меня прострелила внезапная идея. Такая острая и дерзкая, что даже дыхание прервалось. Я вытаращил глаза, глядя на Алекса, и он нахмурился. Это привело меня в чувство. Я обдумаю это позже. У меня есть время, и, похоже, у меня есть теперь нечто больше, чем призрачный план на будущее.

Я сконцентрировалась, выпустила силу, и ствол диковинного дерева начал вырастать между нами. Элементы послушно сплетались, завивались, связывались в узлы и петли. Я слышала изумленные выдохи зрителей, и это музыкой победы залетало мне в уши. Но и эти звуки смолкли, когда на гибких ветвях нашего дерева начали распускаться листья.

Тишина был оглушающей, словно окружающие боялись словом или восклицанием нарушить хрупкое равновесие нашего творения.

Именно поэтому прозвучавший внезапно голос услышали абсолютно все.

– Фимка, все бросай, беда!

Гар камнем упал на брусчатку площади, по моим ощущениям, в последний момент едва успев выставить ноги для приземления.

– Нам надо спешить! – добавил он.

Я дрогнула и едва не выпустила нити своих элементов. Сбоку раздалось едкое замечание от Данли:

– И фамильяр у него такой же невоспитанный, как она сам!

Но обращать внимание на этот выпад мне