Запрещаю влюбляться - Кристина Лин

— Сейчас, — я пытаюсь быстро дочитать главу, зная уже, что он не отстанет.

— Даш, пойдем, что-то покажу. — Соблазняет обещанием.

— Чего там? — Закрываю книгу и поворачиваюсь к нему.

Вова смотрит на меня с улыбкой сверху вниз.

— У меня для тебя сюрприз. — Берет меня за руку и тащит на себя, заставляя встать с кровати.

Муж ведет меня за руку, выводит из комнаты, и мы вместе спускаемся по лестнице. Он подходит к шкафу, достает из него мое пальто.

— На улицу пойдем? — Удивляюсь я.

— Да. Сюрприз во дворе. — Он тепло одевается. Открывает двери.

Прямо за порогом, во дворе стоит новенькая ауди белого цвета.

— Твоя, — говорит, прежде, чем я успеваю задать вопрос.

Моя челюсть упала вниз, и какое-то время я просто смотрю на эту красоту, лишь иногда моргая. А потом вдруг вспомнила, как я после того, как получила права, взяла папину машину и въехала бампером в ограду возле дома. Ох, и крику тогда было. Конечно, машину мне больше не доверяли. Не уверена, что еще помню, как водить.

— Это мне? — выдавила из себя наконец.

— Не хочешь сесть за руль?

— Я не уверена, что могу водить машину. — Поворачиваюсь к нему лицом и вижу, как его бровь удивленно приподнимается. — Вернее, раньше умела, но потом я помяла машину отца, и он запретил мне садиться за руль. Это было три года назад.

— Тогда пойдем учиться. — Говори уверенно. И идет к машине, открывает переднюю пассажирскую дверь. Я иду за ним, думая, что он открыл двери для меня.

— Куда? — Спрашивает. — Ты садишься за руль.

Вот так сразу?

— Не боишься, что я ее разобью? — Спрашиваю, кивая на машину.

— Не разобьешь, — отвечает уверенно, усаживаясь в кресло. Захлопывает дверцу, а я смотрю на него сквозь стекло.

Ему не жаль машины? Ладно!

Обхожу машину и сажусь за руль. Настраиваю сидение, зеркала и пристегиваюсь. Все, как в автошколе научили. И сейчас я быстро вспоминаю все уроки.

— Сними с ручника, — говорит, когда я уже провернула ключ и дергаю рычаг коробки передач.

Ах, ну да. Послушно снимаю с ручника, аккуратно жму на газ. Машина резко дергается, но я успеваю повернуть руль в сторону ворот. Хорошо, что Вова предусмотрительно нажал кнопку на пульте, и ворота плавно открылись перед нами.

Я поворачиваю вправо, стараясь сильно не давить на газ, от того, что чувствую себя неуверенно.

— Куда дальше? — Спрашиваю, когда мы подъезжаем к перекрестку.

— Прямо, — говорит муж.

Я жму на газ, не глядя по сторонам. И, конечно, не замечаю машину, которая появляется справа. Вова успевает вывернуть руль в сторону обочины и машина заезжает прямо в огромный сугроб.

Руки дрожат, а сердце громко стучит в висках. Тот автомобиль проскочил мимо нас совсем близко, в ушах все еще стон звон от звука сигнала.

— Папа был прав, мне нельзя за руль, — бормочу себе под нос.

— Глупости. — Отвечает мне муж. — Просто практика нужна.

— Ничего не глупости. Ты же сам видел. — Говорю упрямо.

— Даша, — выдыхает Вова. — Ты еще долго будешь себя недооценивать?

При чем здесь это? Наверное, он шутит. Я поворачиваюсь и смотрю на него. Нет, не шутит. Вон, как серьезно смотрит на меня.

— Мне страшно, — говорю ему. — У меня не получится.

— Ты можешь намного больше, чем кажется. — Вова мягко проводит рукой по моей щеке, запуская мурашки по коже. Воздух вокруг нас электризуется. Странно и непривычно рядом с ним.

— А как мы выберемся отсюда? — шепчу.

Он вздрагивает, резко отвлекаясь от разглядывания моих губ. Достает телефон, кому-то звонит.

— Сейчас подъедет Леша, поможет нас вытащить, — говорит, засовывая телефон обратно в карман.

Я смотрю на снег на капоте, а потом понимаю, что мне не хочется и дальше сидеть в машине. Открываю двери и выбираюсь на улицу. Вова тоже выходит из машины. Осматриваюсь по сторонам. Я много раз проезжала мимо, когда ехала в офис или, наоборот, возвращалась домой. Но ни разу толком не пыталась рассмотреть окрестности. Впереди поле, укрытое снегом, а за ним лес. Вдыхаю на полную грудь, только сейчас подмечая, какой кристально-чистый тут воздух. А ведь в городе совсем не такой. И тут так тихо и спокойно. Совсем нет той суеты, которую я привыкла видеть из окна офиса каждый день.

Делаю шаг вперед, тут же поскальзываясь на скользком снегу, и скатываюсь на попе с обочины к полю.

— Даша, — зовет меня Вова откуда-то сзади. — Я сейчас, подожди.

Оборачиваюсь и вижу, как он спешит на помощь, но тоже поскальзывается и съезжает ко мне. Он тут же начинает барахтаться, пытаясь встать, но ему это совсем не удается. Это так смешно, что я не могу сдержаться, начинаю смеяться. А он сначала перестает барахтаться, смотрит на меня, а потом тоже смеется. Встав на колени, я ползу к нему, чувствуя, что под слоем снега есть прослойка льда, из-за которой мы оба не можем встать.

— Подожди, я сейчас, — говорю, опираясь на его плечо и пытаясь встать. Но опять поскальзываюсь и падаю на него, как тушка в объемном пальто.

Мне становиться так смешно, но я все еще барахтаюсь на нем, завалив на спину. Снова пытаюсь встать и снова падаю. Тут же начинаю хохотать, не в силах теперь успокоиться. Не сразу замечаю, что Вова с интересом меня разглядывает, поднимает руку и убирает в сторону прядь волос, которая выбилась у меня из-под шапки. В серых глазах я вижу свое отражение, тут же переставая смеяться, почти физически ощущая глубину его чувств ко мне.

— Ты самая красивая женщина в мире, — шепчет он мне в лицо.

Как завороженная, я смотрю в его глаза. Страсть, которой нет предела, пожирает его. Но, кроме этого, еще боль от того, что он не может противостоять своим чувствам. Он так безнадежно увяз в этой любви, что она больше похожа на одержимость.

Быть чьей-то одержимостью мне раньше не приходилось. Наверное, поэтому мне стало интересно, что может из этого получиться. В это мгновение я почувствовала неограниченную власть над ним. Это понимание само по себе казалось невероятным, но отчего-то приятным и удивительным. Глядя в его серые глубины, я будто становилась сильнее и увереннее. И, совсем осмелев, наклонилась к его лицу и коснулась губами его губ.

В то же мгновение его руки обхватили меня, прижимая ближе. Он углубил поцелуй, и не могу сказать, что мне хотелось возразить против этого. Наоборот, это было неожиданно приятно.

— Что ты со мной делаешь, девочка моя? — прошептал тихо мне в губы, стоило мне разорвать поцелуй. Вибрации его