Вторая жена господина Нордена. Книга 2 - Катя Лакруа

Муж прошёл в кухню, и я исподтишка разглядела его. Одет безупречно, хвост явно переделан, но вот тени под глазами обозначились сильнее, да и вообще он какой-то хмурый.

— Нравлюсь? — спросил он.

Блин, да он же на меня не смотрел! Как у него это получается?!

— А у меня есть выбор? — Я всё ещё держала в руке ложку, полную каши.

— И именно поэтому вы наблюдаете за мной, когда сплю?

— Я не… не наблюдала! — каким-то слишком высоким голосом сообщила я. — Просто хотела убедиться, что вы в порядке, ну и… подумала, что кашу лучше есть горячей. Вот и всё, а вы вечно видите во всём подвох.

Меня жаркой волной захлестнула обида, даже щёки покраснели: мой ответный порыв позаботиться не только не оценили, но ещё и унизить пытаются!

— Не скрою, что это… странно. — Адриэна моё возмущение явно не тронуло.

Он прошёл к шкафчику, взял оттуда тарелку и положил себе немного каши. А я решила на время затолкать обиду подальше и сказала:

— Берите ещё, я же нарочно приготовила побольше.

— Знаете ли, блюда, приготовленные неумелыми поварами, всегда вызывают у меня здоровые опасения. — Муж взял ложку и уселся за стол с невозмутимым видом. — Но, надеюсь, отравление или несварение желудка вы мне не обеспечите. Хотя насчёт первого я так или иначе собираюсь удостовериться.

Меня захлестнула самая настоящая обида. Руки сжались в кулаки, а в глазах тут же защипало. Я вскочила со стула, подхватив тарелку и ложку, и почти бегом направилась к выходу из кухни, бросив напоследок:

— Пожалуй, вы сами себе обеспечили язву желудка — с таким-то отношением к людям! И не зря боитесь, что вас отравят: есть за что, сами чувствуете!

Ответом мне был тихий, полный яда смешок. Ну ясно, мои жалкие подначки его не цепляют, а вот он своего добился: задел меня и с радостью понаблюдал за реакцией. Зараза!

Я с силой захлопнула дверь в комнату и уселась с тарелкой за стол Элианны. В крови всё ещё бушевала злость, от которой даже руки начали подрагивать. Я сжала их в кулаки, чтобы успокоиться. Мысли потекли медленнее, и я начала рассуждать логически.

И чего, спрашивается, так разобиделась? Адриэн сейчас сыпал колкостями в адрес Элианны — сумасбродной аристократки, вряд ли когда-либо утруждавшей себя приготовлением пищи. Да, в пансионе её учили готовить, но вряд ли эти умения реально пригождаются обеспеченным дамочкам в дальнейшей жизни. Как, наверное, и всем аристократкам во всех мирах. И понятное дело, что Адриэн имеет право её подкалывать: он-то знает об истинном положении дел. Хотя вообще-то Элианна вроде как потеряла память, так что ей простительно обижаться, и она вполне могла бы так же вспылить. Или вообще устроила бы истерику и ещё разок плюнула Адриэну в лицо. Иногда он и правда заслуживает! Так что, думаю, здесь я точно не прокололась. И…

В дверь тихо постучали. Ой, ну надо же, муж пришёл мириться? Или насыпать ещё колкостей? Я прислушалась к собственным ощущениям: обида улеглась. Пожалуй, мы с муженьком оба хороши: я слишком неуклюже вживаюсь в роль Элианны, а он не умеет держать желчь при себе. Но обиду, наверное, лучше изобразить для правдоподобности.

— Войдите, — холодно сказала я, и дверь слегка приоткрылась, впуская Адриэна.

Муж подошёл и остановился рядом. Я сидела вполоборота и нарочно отвернулась к окну.

— Должен признать, у вас получилась очень вкусная каша, — сказал муж.

— Ну надо же, вы не побоялись попробовать? — съязвила я, по-прежнему не поворачиваясь.

— Я же проверил её на наличие яда, как и говорил, — невозмутимо сообщил муж. — Сами понимаете, в нашей с вами ситуации это необходимость.

Я аж задохнулась от возмущения. Резко развернулась, сверкнула глазами и возмущённо выпилила:

— Да как вы только могли такое подумать?!

— Вы же не хотели идти за меня замуж, а потом вдруг резко смирились. Может, у вас как раз и созрел план подсыпать мне яд, но о последствиях вы, как обычно, не подумали. — Голос Адриэна прозвучал всё так же невозмутимо.

Я всмотрелась в его лицо. А ведь он серьёзно! Блин, точно параноик… Ладно, главное, не забывать про то, что я Элианна.

— Даже не знаю, обижаться на вас или пожалеть. — Я поджала губы и снова отвернулась к окну. — Впрочем, я вовсе не заставляю вас ни пробовать, ни тем более есть приготовленное мной.

— А вы, значит, собираетесь и дальше упражняться в приготовлении еды? — хмыкнул Адриэн.

— Теперь точно не рискну, — вздёрнув нос, ответила я. — Не хочу выслушивать колкости и оскорбления.

— Что ж, воля ваша. А я хотел взять вас с собой на продуктовый рынок. Подумал, что вам, может быть, интересно самой что-то выбрать для будущих подвигов, раз уж вы такой знаток кулинарии.

— Нет-нет, что вы, с вашими познаниями мне точно не потягаться, — в тон ему ответила я и зачерпнула уже начавшую остывать кашу. — Но на рынок съездить, пожалуй, не откажусь.

— В таком случае, возвращайтесь в кухню, доедайте кашу и собирайтесь.

— Я, пожалуй, поем здесь. Не хочу слушать, как вы упражняетесь в колкостях. К тому же, они портят мне аппетит.

— Как угодно. — Адриэн пожал плечами, развернулся и вышел из комнаты. А мне стало немного обидно: он ведь так и не извинился и даже уговаривать меня вернуться в кухню не стал. Хотя чего я ждала? Что он на колени встанет? Ну-ну. Пока жду чего-то подобного, поседеть успею.

Однако унывать некогда: мне предстоит очередное приключение. Посмотрю, как выглядят местные продуктовые рынки. Может, и правда решусь ещё что-нибудь приготовить. Надо же мне здесь чем-то заниматься в будущем.

* * *

— Приехали, — сказал Адриэн, заглушая двигатель.

Я с любопытством огляделась. Судя по всему, рынок находится на окраине Леренса. Мы остановились перед кованым забором, рядом ещё много припаркованных автомобилей. У соседнего открыт багажник, и две женщины — судя по одежде, госпожа и служанка — шустро загружают в него покупки, упакованные в бумажные пакеты.

Дверь с моей стороны открылась, и муж протянул руку. Я быстро накинула капюшон и, как обычно, съехала в его объятия. Правда, я вроде как ещё дуюсь, поэтому поспешила отстраниться и состроить непроницаемую физиономию.

Почти сразу за воротами расположилась ещё одна «парковка», только для тележек. Да-да, почти таких же, как в нашем мире. Адриэн приложил ладонь к ручке одной из них. Что-то тихо щёлкнуло, и муж потянул тележку на себя. Ого,