Мой темный принц - Паркер С. Хантингтон

– Я вмажу тебе по физиономии так, что она улетит на другую планету, если еще раз спросишь ее об этом, Сан.

– Брось, Олли. Я горжусь своим прошлым. – Брайар схватила меня за колено под столом и, помассировав его, провела пальцами по внутренней стороне бедра, чем едва не вызвала у меня стон. Она вела нечестную игру. – Разве ты своим не гордишься?

Ладно. Теперь я точно знал, что она все вспомнила. Каждую постыдную мелочь, что привела нас к этому моменту.

– Ты права. – Я сосредоточился на том, чтобы не кончить в штаны, как кто-то вдвое меня младше. – Продолжай, пожалуйста.

А заодно скажи, когда к тебе вернулась память? Как долго ты разыгрываешь этот фарс?

В голове царил сумбур. А член, напротив, очень четко выражал свои чувства. Он хотел прорваться через ширинку и улететь на Млечный путь.

– Итак. – Брайар повернулась к Заку. – Помнишь ролик «Две девушки, один стакан»?

– Конечно. – Зак бросил мне мимолетную довольную ухмылку человека, который знал, что мои страдания сравнимы с теми, что испытывал мученик на последнем издыхании. – Это важная веха в порнографии.

– Мы с моим бывшим парнем воспроизвели его с мороженым и яйцами. Сам решай, какие я имею в виду.

Все собравшиеся за столом рассмеялись. Я хотел поскорее перейти к той части, когда меня убьют из милосердия.

– Я серьезно. – Брайар отложила вилку и отодвинула тарелку. – Именно поэтому я решила стать координатором интимных сцен. Цель моей жизни – показать на экране как можно больше обнаженных тел и сексуальных моментов.

Зак отсалютовал ей.

– Благодарим за работу.

– Она такая милая. – Фрэнки принялась обмахиваться. – Честное слово, я ею одержима.

– Я тоже, – поддержал я.

Даллас стащила у Ромео десерт.

– Твой партнер по съемкам – тот бывший, о котором ты говорила в Техасе? Грант?

– Тот самый.

– Экоактивист, спасающий тюленей, – проворчал я в бокал.

Даллас указала на Фэрроу.

– Мы с Фэй его погуглили.

– Что думаете? – Брайар поиграла бровями. – Сексуальный, правда?

– Очень. Если с Олли не сложится, он милаха.

Да к черту. Я жахнул бокалом по столу с излишней силой, и джин выплеснулся через край.

– Что в нем милого?

Брайар тотчас ответила:

– Брови.

– Брови, – невозмутимо повторил я.

Она постучала по подбородку.

– Зубы.

– Зубы?

– И он любит читать эротические книжки.

– О-о-о-ох… – Это привлекло внимание Даллас. Она подалась вперед, позабыв про гаитянские пончики. – В самом деле? Вот это правда сексуально.

Ромео прищурился и сменил тему разговора:

– Скажи мне, Брайар. Ты помнишь что-нибудь о Техасе?

– С нашей поездки? – Брайар кивнула. – Я помню все, что мне рассказывали девочки. Например, как Фэрроу обманом попала на Олимпиаду, но в итоге в ней не участвовала.

Фэрроу пожала плечами с невозмутимым видом. Это не входило даже в первую десятку секретов, которые она хотела бы скрыть. Все знали, что после инцидента на Олимпийских играх Фэй стала кем-то вроде живой легенды, а Даллас считала, что в мире станет спокойнее, если никто не будет работать.

Прелестно. Брайар вела себя деликатно в отношении девушек, но со мной показывала когти.

– А еще помню, что Даллас никогда не работала… – Она повернулась к Дал с безмятежной улыбкой. – И что ее, по сути, принудил к браку отец, который никогда ее не поддерживал. К счастью, она влюбилась в своего похитителя, которому, слава богу, хватает денег, чтобы оплачивать ее шопоголизм.

Черт, она пришла на ужин подготовленной. Я мог только представить, что она скажет обо мне, когда неизбежно настанет моя очередь.

Даллас пожала плечами, стащив остатки десерта с тарелки сестры.

– Я вышла за миллиардера. Мне нет нужды ставить палатку с лимонадом перед домом. Что есть, то есть.

– А это даже немножко весело, – взвизгнула Фрэнки. – Знаю, я с вами не ездила, но можешь и меня тоже высмеять? – Она подняла руку и помахала, как ученица, которой не терпится ответить на вопрос на уроке. – Меня тоже! Меня тоже!

Я не смог сдержать стон. Все плохо… а сейчас станет еще хуже.

Брайар медленно повернулась к Фрэнки все с той же безмятежной улыбкой.

– Я приберегла лучшее напоследок, Фрэнки.

Живот свело. Впервые за вечер Брайар адресовала каменное выражение лица кому-то, кроме меня.

Она выдержала взгляд Фрэнки.

– Когда я наводила сегодня порядок в кабинете своего жениха, то нашла выписки с его банковских счетов.

Брайар заходила в мой кабинет? Когда? Как? Я почти не выпускал ее из виду.

– Вот что самое странное. – Брайар фыркнула, качая головой. – С его кредитной карты множество раз происходили списания в дизайнерских бутиках, расположенных в Джорджии. Я задумалась, какие у Оливера могут быть знакомые в Джорджии? Настолько близкие, чтобы он дал им свою кредитку. Да еще и такие беспечные, чтобы спускать по сорок тысяч на платья и туфли. – Она подперла подбородок кулаком. – Как думаешь, чье имя я нашла?

– Я… эм… Пош Спайс? – в надежде улыбнулась Фрэнки. – Она любит хорошие дизайнерские сумки.

Я закрыл глаза и спрятал лицо в ладонях. Вся ирония в том, что я никогда не притрагивался к Фрэнки и не имел ни малейшего желания.

– Твое, Фрэнки, – невозмутимо ответила Брайар. – Ты крутишь роман с помолвленным мужчиной, который почти вдвое тебя старше. Надеюсь, ты собой довольна. – Брайар встала, сняла с колен салфетку и бросила ее на стол.

– Вовсе нет. – Фрэнки вскочила со слезами на глазах. Бросилась за Брайар, которая пошла обратно в дом. – Клянусь, я к нему даже не прикасалась. Никогда. И не потому, что не пыталась. – Она замолчала и бросила виноватый взгляд на сестру. – Прости, Дал.

Даллас вздохнула.

– Ничего страшного. У нас наследственный дефицит витамина D.

Фрэнки помчалась за Брайар по лужайке.

– Он меня отвергал.

Несмотря на желание спрятаться в брандспойте одного из многочисленных огнеметов Ромео, что-то заставило меня пойти за ними. Может, понимание, что Брайар не хотела убивать Фрэнки. Она хотела получить мою голову на блюде. Вот вам и вегетарианка.

– Он отвергал, и я знаю почему. Потому что он одержим тобой. – Фрэнки задрала платье, чтобы бежать быстрее. – Оливер всегда был тобой одержим. Я поняла это, когда впервые увидела вас двоих в отеле. Ты для него единственная. Остальные – лишь способ отвлечься.

Брайар схватилась за ручку двери, ведшей во двор, и распахнула ее.

– Он кобель.

– Да он святой! – возразила Фрэнки, влетев за ней в дом.

– Он травмирован.

– И ты тоже, – прошептала она. Пожалуй, это единственный момент осознанности, который я наблюдал за Фрэнки. – И я. И все мы. Совершенство скучно. Предсказуемо. Недостатки делают жизнь интереснее.

Я протиснулся мимо Фрэнки и взял Брайар за плечо.

– Фрэнки, выйди на улицу.

– Я не могу уйти, пока она на меня злится. – Фрэнки взмахнула руками,