Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть - Анна и Валентина Верещагины

Прекратить эти игры со смертью, очистить свой путь от врагов, пусть и чужими руками.

Мне, как женщине, не подходит вариант решения проблем силой. Сил попросту недостаточно, но позаимствовать их у того, у кого они есть, задействовав женскую хитрость, напротив, очень даже подходящий вариант.

Пока я размышляла, Карлос беззаботно расшнуровал свои штаны, которые, следовательно, соскользнули с него на пол, говоря:

— За грехи нужно расплачиваться.

Вздрогнув от осознания его действий, я поспешно отвела взгляд в сторону, а кровь молниеносно выдала на щеках румянец.

Карлос коротко хмыкнул тихим голосом и отступил на несколько шагов назад и отвернулся.

Не знаю, тянулось ли время также медленно, как я ощущала, однако, судя по сухости, которую я почувствовала, открывая рот, казалось, прошло действительно много времени.

Не сумев никак возразить его вопиющей выходке, я раздраженно прикусила губы.

Это был не первый раз, когда я видела тело мужчины, и я была не из тех людей, которых смутило бы что-то подобное, но этот человек разрушал мое ощущение нормальности.

Плескающий звук сигнализировал о том, что высокомерный ферзенец погружается в воду бассейна, и я, наконец, повернулась.

Опустить взгляд было таким же слабым действием, как и облизнуть губы. И я поддалась этой слабости.

Это было внушающее благоговейный трепет; совершенное тело, не говоря уже о мускулах, упругой заднице и широких плечах, даже шрамы, свидетельствовавшие о многих битвах, были столь же совершенны, как изящные узоры. Однако в этот момент я услышала голос, в котором отчетливо слышался смех.

— Как и ожидалось, ты наконец-то показываешь свое истинное лицо. Это твое истинное «я», оно прекрасно.

Стоящий в пол-оборота мужчина, погруженный почти по пояс под воду, предлагал мне присоединиться к купанию, тем временем я сделала короткий глубокий вдох и намеренно окликнула его, пытаясь перевести тему в иное русло.

— Итак, затронув эту тему, ты предлагаешь мне помощь, ничего не желая взамен? — мысленно надеясь на то, что он даст положительный ответ, я скрестила под грудью руки.

— По-моему, я никогда не говорил, что мне ничего не нужно...

Чего и следовало ожидать.

«А ты что думала, дорогуша? Что такой мужчина, как он, поведется на твою детскую уловку? Аха-ха! Какой же ты бываешь уморительной и наивной!» — высунулась моя коварная натура.

— Чисто из любопытства: тогда чего же ты хочешь?

Его улыбка была странно ослепительной в солнечном свете.

«Аж бесит, что этот ненормальный так враждебно-шикарно улыбается!» — завистливо завидовала зависть.

— То, что у тебя есть сейчас.

— Что за нелепости ты говоришь. — Включив «дурочку», я округлила глаза, сделав их невинно-честными. — У меня сейчас ничего нет.

— Что заставляет тебя думать, что ты ничего не имеешь?

— Богатства предлагать бессмысленно; земель у меня немного, а бизнес совершенно не развит; реликвиями не располагаю... — Мысленно отметила подаренное Ноа ожерелье Афелии. — Никакими выдающимися способностями не обладаю. Мне нечего тебе предложить.

Моя туманная улыбка наверняка выглядела естественно.

Я прекрасно знаю, чего он желает, но предлагать этого не стану. Пусть и не мечтает!

Карлос был хитрым человеком. Хитрым... и очень коварным.

— Диана, ты знаешь, чего я желаю. — Начал он говорить, медленно подплывая к краю бассейна. Уложив руки на его мраморные края, он внимательно смотрел на меня снизу вверх. — Тебя.

— Тогда мне действительно жаль. — Пожала я плечами.

Как только я закончила говорить, то потянулась за кинжалом Карлоса, который небрежно валялся на полу в ножнах ремня, рядом с одеждами мужчины. Зачем он вообще таскает его с собой?

— Почему?

—...Хм.

В этот момент на лице Карлоса промелькнуло недоумение и встревоженность.

«Шарк».

Аккуратно достав острое лезвие, я отбросила ремень и демонстративно начала вертеть оружие в руках.

Ювелирная работа мастеров, что высекали на рукояти тончайшие узоры и забивали в отверстия маленькие камешки — поражала. Даже на лезвии просматривались узоры и надписи на древнем ферзенском языке.

— Ты же знаешь. Я принадлежу другому мужчине, поэтому обладать мною ты не можешь.

Выражение его лица в этот момент было таким милым: брови угрожающе сведены, а глаза горели адским пламенем, когда я поднесла кинжал к своей шее.

— Я знаю, о чем ты думаешь, Карлос… Наверняка: «Если не моя, то ничья»? Как видишь, я могу сделать это вместо тебя, но... Будешь ли ты удовлетворен моей смертью?

— Диана, убери лезвие.

— А что, если я случайно испорчу это прекрасное лицо? — Холодный металл коснулся моей щеки, а глаза Карлоса на секунду задрожали. — Ведь именно из-за этого лица, что ты впервые увидел на портрете, мне приходится переживать всё это. Будь оно неказистым или даже отвратительным, посмотрел бы ты на меня тогда? Не уверена.

— Диана! — Рыкнул он, подтягиваясь на руках о борт бассейна.

— Но-но! — Махнув лезвием и приставив его снова к шее. — Не нужно шокировать меня своим естеством. Всё-таки я пока невинна и прекрасна.

Взгляд мужчины медленно опустился к моим ногам, и только тогда я заметила длинный волнистый локон, стелящийся по мрамору и его руке.

— Я не угрожаю тебе, ни в коем случае. — Отбросив от себя острое орудие, я перешагнула преграду в виде кучи одежды. — Просто хочу напомнить, что я не вещь и у меня есть право выбора. Жить или умереть, быть сговорчивой милашкой или упрямой сукой... — Последний раз взглянув на холодное выражение лица Карлоса, я продолжила свой путь, не оглядываясь. — Решаю я, а не ты.

* * *

Маленькие снежинки, медленно колышась из стороны в сторону, ниспадали с черного неба. Вечер был холодным, а воздух морозным, от чего у печальной Эйрин выступали слёзы. Аккуратный девичий нос пронзала боль после глубокого вздоха, и она, съёжившись, натянула на лицо мягкий плед из ангорских нитей.

Дарсийка, осознавая, что столь поздняя вылазка может ей навредить, всё же вышла в заснеженный сад, которым каждый день любовалась из своих окон.

Тяжелый вздох вместе с горячим паром сошёл с её губ и превратился в белое облачко, за которым она сумела рассмотреть кого-то, медленно гуляющего вдоль кованной изгороди сада, покрытой тонким слоем снега. Глядя на фигуру с прищуренными глазами, Эйрин, не задумываясь, шагнула ей вслед. Девушке показался знакомым тонкий силуэт, скрытый в темноте, и она смогла распознать его.

Зена была одета в тонкое платье-комбинацию и шаль, при виде которой у принцессы от холода свело челюсть ещё сильнее.

— Какого дьявола? Зена, ты сошла с ума!?

— …Рин?

Словно не осознавая происходящего вокруг, девушка медленно обернулась к спешащей ей навстречу сестре.

— Почему ты здесь? Ты же заболеешь…

Лицо Эйрин на мгновение застыло после того, как она