Верхний мир. Призрак свободы - Майя Олав Глакс

общались лично всего несколько раз в жизни. Поэтому, когда именно случится нападение, я не знала. Я даже не знаю, почему они выбрали именно тот вечер, когда я оказалась рядом с генералом Вагнером, они ведь сильно подставили и меня, — поморщилась она.

— Значит, ты не специально вывела его в сад? — удивился Рейн, а в его голосе как будто прозвучало облегчение. — Я слышал, что он был к тебе неравнодушен…

— Несмотря на то, что мне не раз хотелось лично перерезать глотку этому ублюдку за его скользкие руки, я не самоубийца, Аллард, — обиженно фыркнула Ева. — Именно поэтому ни Эгго, ни симбионты ничего не могли найти в моих воспоминаниях. Поздравляю, ты опередил их. Чтобы узнать, что я передавала им какую-то информацию, нужно было найти в моих воспоминаниях самого Арчибальда Фэрроу, а то, что он причастен к мятежникам, вскрылось гораздо позднее. А уж то, что мы можем быть с ним связаны, и вовсе никто так и не узнал. Ни у кого из симбионтов не было ни одной зацепки. Возможно, если бы Эгго покопался в моей голове как следует, он бы мог многое узнать обо мне, но он…

— … недооценил тебя, — закончил за нее Рейн, выдохнув дым.

Ева удивленно вздернула бровь, молча наблюдая за еще одной затяжкой Алларда, который ни на секунду не сводил с нее глаз.

— Он всегда был слишком поглощен поиском редких эфирных способностей, а в последние годы был просто одержим барьером… — усмехнулась Ева. — Ему не было ни до кого дела, кроме как до самого себя…

— Никто не умеет так пользоваться чужими пороками, как ты, — лицо Рейна как будто по-прежнему ничего не выражало, но отчего-то в этих словах Ева слышала упрек.

— Ты хоть представляешь, каково это — жить, контролируя каждое свое слово, каждый взгляд, каждую мысль?.. — словно пыталась оправдываться она. — Именно поэтому тогда никто не подумал в мою сторону, ведь по факту я и не была причастна к убийству бывшего генерала.

— Силдс? — продолжил Аллард.

— Я передала координаты временного штаба, ты это и так знаешь. Но после этого Фэрроу счёл, что я больше не нужна, и сам решил избавиться от меня. Я понятия не имела, насколько далеко мятежники готовы были зайти, и что они устроят там настоящую бойню, — выдохнула Ева. — Я много раз передавала разные координаты, но это редко приводило к смертельным стычкам.

— Кэсси ведь убили тогда, — впервые за долгое время Рид услышала в голосе Рейна скорбь.

Эта девушка не только верно выполняла приказы Алларда, как капитан эпигонов, но и была близка с ним — в постели. Рейн перестал вспоминать о Кэсси только после того, как его странные отношения с Рид переросли в нечто большее.

— Мне правда жаль ее… Я не думала, что они убьют так много людей тогда…

— Однако мне ты тогда даже помогла, — перебил ее Аллард, очевидно, взвешивая все ее грехи и хорошие поступки на какой-то своей чаше весов.

Ева промолчала. Она и сама не знала, почему именно тогда, в старом замке на севере Амхельна, помогла ему. Двигал ли ею страх, что ее снова могут обвинить в убийстве еще одного генерала, или уже тогда ей управляло что-то другое?

— Маргарет? Та, что ты убила в собственном доме, — коротко продолжил Рейн.

— Она была последней, кто знал о моей связи с мятежниками. Тогда я на них уже не работала. Я просила ее стереть из моих воспоминаний все, что связывало меня с ними, ведь на их стороне был промыватель мозгов Эд Пирс, но в обмен… я должна была убить тебя, — пожала плечами Рид, уже не тая и не скрывая ничего. Сейчас в этом не было никакого смысла. — Итог тебе известен. Эти твари оказались ничем не лучше Эгго и Галбрейта, ты же сам помнишь, что было на приеме у Де Браоза. От меня в очередной раз хотели избавиться. Поэтому я избавилась от Марго. У меня больше не было никакого желания связывать с ними свою жизнь, и именно тогда я окончательно выбрала сторону…

Ева вспомнила, как тогда в подсобке, в которую она убежала, когда появилась стая михрендий, чуть не умерла, когда пришлось сражаться с официантом. В комнате, наполненной сигаретным дымом, вновь повисло молчание.

— Ровно до того момента, пока ты не решила организовать побег эстеровцев из плена… Как тебе вообще удалось спеться с некроманткой?

— Аллард, зачем тебе эти подробности? У тебя уже и так достаточно доказательств против меня, — закатила глаза Ева, всерьез не понимая, почему она вообще должна пересказывать последние десять лет своей жизни.

— Я здесь задаю вопросы, — в холодном тоне Рейна слышалось влияние Орла, отчего Рид даже передернуло.

— Я же сказала, Эгго слишком занят собой, чтоб видеть проблему в тех, кто не достоин его внимания, — фыркнула Ева, вместе с тем горделиво задрав голову. — Я связалась с Дженнифер, оставила ей послание… и она ответила мне.

— Послание?.. — удивленно приподнял брови Рейн.

— Записку. Передела ей. Мы обменялись сообщениями прямо под носом у Эгго. Но он был так увлечен Эфрейн, как своей новой игрушкой, что даже подумать не мог, что она может обзавестись здесь союзницей…

Несмотря на то, что Эстер все равно пал, Рид не могла не гордиться тем, что буквально обвела вокруг пальца самого опасного адепта Тьмы во всем Вусмиоре.

— На допросе ты сказала, что вы разговаривали с Дженнифер, — этот вопрос не требовал ответа, но Ева кивнула. — И симбионт сейчас видел, что вы общались.

— В какой-то момент нам стало сложно пересекаться незаметно, поэтому она устроила целую сцену у Кэтрин Рид. У нее нет способностей и власти, чтобы угомонить некромантку, а единственный человек, к кому она могла обратиться — это я. Но тогда мне казалось, что если у Эстера будет шанс на победу, то я смогу избежать всех этих пыток… — Рид закрыла глаза и выдохнула. — Мне повезло, что от рук Дженнифер тогда пострадало так много симбионтов, и они не смогли увидеть, о чем именно мы говорили с ней.

Ева знала, что Рейн уже в курсе о ее маленькой просьбе к некромантке.

— От ее рук пострадали не только симбионты. Она убила и Лазара…

— Это не входило в мои планы. Она слишком сумасбродна… Я планировала всего лишь вытащить Берч и Хоука из тюрьмы, а не носиться по всему зданию и убивать всех налево и направо. Не с моими способностями, — на этих словах Рид пожала плечами, и только при этом движении она заметила, как удавка на ее шее