Демон Ледяных Звезд - Виктория Олейник

Я осторожно подняла сферу, хмуро всмотрелась в ее глубину. Там, в отражении, сверкали звезды.

— Советую убедиться, что тебе действительно угрожает опасность. Не люблю пустые вызовы.

— А ты смотрю, всё не любишь, — вспыхнув, я положила вещь обратно на стол. Да в самом деле! Словно сама бы его от нечего делать стала вызывать! — То нельзя, это нельзя! Лучше скажи, что можно!

— Все, что не под запретом, можно, — холодно и невозмутимо отрезал демон. Потрясающий ответ!

— Ледышка замороженная, — нахмурилась я и, резко поднявшись, развернулась к выходу. Может, и вышла замуж, но про совместные ужины и обеды речи в контракте не шло! — Спасибо. Я наелась и ухожу.

Ах, как бы хотела сказать, что гордо хлопнула дверью и смогла отстоять свои остатки достоинства. Но, едва сделав шаг, я не удержалась от вскрика. Ашриэль так быстро появился на моем пути, что волосы взметнулись от порыва ветра.

Мелкие снежинки закружились в воздухе, я отпрянула — а поздно. Мне оставалось лишь резко дернуть руку из крепкой хватки демона. Стиснув зубы, упрямо встретила демонический взгляд: правда что, ледышка!

— Ты слишком огненная для этих мест.

— Не всем же быть замороженными! — вырвалось у меня прежде, чем прикусила язык. Вот черт, этот демон пробуждает во мне худшее.

— Это место принадлежит холоду…

— А я теплокровная! Видимо, мне здесь не место, я же сразу говорила!

— Теплокровная, говоришь?

Глаза Ашриэля, которые вечно таили в себе холод, вспыхнули чем-то совершенно иным. Таким, что мое сердце пустилось вскачь; это даже напугало.

Я попятилась, силясь вырвать свою руку их чужих пальцев; но на каждый мой шаг назад приходился вкрадчивый шаг демона ко мне. Он не отрывал от меня взгляда, его хищные, плавные движения напрягали больше любой резкости.

Может быть, пульс участился не только от угрозы. Хотя нет, от угрозы, только… угрожали не моей жизни, вовсе нет. Я судорожно вдохнула, почувствовав себя маленькой и уязвимой перед этим мужчиной. Его желание опалило меня внезапной неотвратимостью; вдруг поняла, что ему достаточно захотеть, и окажусь в полной его власти.

Здесь некого звать на помощь… а одежды на мне с гулькин нос. Если ему вздумается разорвать халат на моей груди и дернуть вверх мою сорочку, а потом развернуть меня, толкнув к столу, который неожиданно быстро очутился за моей спиной, и…

Ох, о чем вообще думаю! Мои щеки потеплели, уж больно яркими были возникнувшие в мыслях образы. А хуже всего, вместе с испугом ощутила… ожидание? Словно мужская сила Ашриэля не только пугала, но и заставляла меня трепетать перед ним.

И как-то не ко времени вспомнилось, что брачная ночь только предстояла… Склонившись ко мне, демон отвел с моего лица волосы и глубоко вдохнул мой запах. Я зажмурилась, почувствовав, как в его груди, почти беззвучно, завибрировало довольное рычание.

— Будь осторожна в своих желаниях, жена. Моя огненная сторона может тебя испугать…

— Вот бы посмотреть, — с упрямым вызовом я продолжала углублять свои проблемы.

Поплатилась за это, когда демон, устав играть в угрожающую нежность, перехватил меня за талию. Почти грубо он притянул меня к себе; его губы накрыли мои жестко и непреклонно. Всхлипнув, попыталась оттолкнуть его, ударила несколько раз в плечо, но быстро поняла: это бесполезно!

Губы Ашриэля не ласкали — они наказывали меня. Жестко, сразу глубоко, сразу жадно, они требовали моего ответа. Я честно пыталась сопротивляться. Мычала, силясь вырваться, держала губы плотно сомкнутыми — пока меня не укусили за нижнюю губу, да еще как болезненно!

А стоило распахнуть губы в возмущенном вскрике, как демон захватил меня. Он целовал меня жадно, его пальцы зарылись под корни моих волос, не позволяя отвернуться. Это было стремительно, быстро, напористо, огненно…

Не успев заметить, рухнула в пламя чужого желания. Кровь застучала в ушах; я ахнула в его губы, ощутив… потребность в нем. Мощным спазмом скрутило низ живота, все внимание сконцентрировалось на мужских прикосновениях.

Может быть, поэтому я лишь всхлипнула, когда меня толкнули к столу. Зазвенели вилки, сорвавшееся с края блюдце разлетелось вдребезги. Уже было все равно, ничего не понимала, не успевала за происходящим!

И стала понимать еще меньше, когда Ашриэль, вновь накрыв мои губы своими, разорвал на моей груди чертов халат. Треск ткани на мгновение вызвал во мне испуг, тут же утонувший под новыми ощущениями, новой потребностью…

Только выдохнула, когда Ашриэль подсадил меня на стол. Сорванный халат он отбросил с яростью и небрежностью, что внезапно отразилось во мне всплеском жгучего желания. Я не сдержала стона, обхватив Ашриэля руками, отклонила шею, разрешая его губам скользнуть по бьющейся под кожей венке…

Одновременно его руки дернули вверх мою нелепую сорочку. Даже зная, что под ней ничего нет, я подпустила его ближе, позволив вклиниться между моих ног. Я всё ему позволяла — всё, всё, чтоб его! Понимание, что спасти невинность уже невозможно, чувствовала не ужас, а потребность в этом.

— Хочешь увидеть моё пламя, жена? — Поймав мои пальцы, потянувшиеся к застежкам мужского одеяния, Ашриэль, однако, отстранился. Его глаза хищно замерцали в сумраке. — Увидишь… ночью.

Я ахнула от неожиданности, едва не свалившись со стола. Мужская поддержка вдруг исчезла — вместе с завихрившейся метелью. Мои пальцы хватанули воздух; спохватилась, отпущенная. Вцепившись в стол, завертела головой, ожидая, что демон вот-вот появится… вот-вот снова захватит меня…

Но комната хранила мертвенную тишину, только стучали напольные часы, да мое сердце колотилось как ненормальное. Тяжело дыша, я прикусила губу, чувствуя себя… обманутой? Возмущенной?

— Проклятье… — Спустя продолжительное время, я все-таки рухнула на ближайший стул. Судорожно вдохнула, нервно свела вместе края выреза.

Меня колотило от напряжения — вовсе не того напряжения, которое должно бы. Сжав вместе бедра, я зажмурилась и потянула вниз сорочку. Мои руки подрагивали, чувствовала себя, мягко говоря, не очень.

Желание вспышками опаляло меня, и сильнее всего, там, внизу. Живот скрутило узлом; дать бы этому Ашриэлю пощечину! Только отомстить ему хотелось не за