Жена – калека дракону (не) нужна - Кристина Юрьевна Юраш

Мы миновали лестницу, ведущую на второй этаж, и свернули к застеклённой галерее. Двери там уже были открыты настежь. Один из слуг придерживал створку, кланяясь, но Руаль остановил кресло перед самым выходом.

— Дальше сад, — сказал он. — Там ветер. И солнце.

Я увидела солнечный свет.

Настоящий, яркий, золотой. Не тот, что пробивался сквозь грязные стёкла дома матери, а живой, тёплый.

Он лежал на каменных плитах дорожки, на зелени газона, на воде небольшого фонтана в центре двора. Воздух за дверью двигался. В комнатах он всегда казался неподвижным, застоявшимся, пропитанным лекарствами, нагретой тканью и пылью.

Здесь пахло землёй. Сырой, плодородной землёй. Травой. Влажными листьями после недавнего дождя.

Я закрыла глаза и вдохнула полной грудью.

Пять лет в этом мире я не думала, что обычный воздух может казаться свободой. Что запах мокрой земли может лечить душу лучше любых зелий.

— Продолжить? — спросил Руаль.

Я открыла глаза.

Он снова ждал моего решения. Не вёз меня, как экспонат. Вёз меня, как партнёра.

— Да.

— Плед! Быстро! — приказал Руаль, а слуга бросился бежать. Через минуту он вернулся с пледом, вручая его герцогу. Тот накрыл мои ноги пледом, а я вздохнула. Мне так и хотелось сказать, что жалость мне не нужна… Но может, ничего кроме жалости я не заслуживаю? Эта предательская мысль показалась мне очень горькой.

Кресло выехало в сад.

Солнце коснулось лица, согревая кожу. Ветер подхватил несколько прядей волос и бросил их на губы. Я подняла руку, чтобы убрать их, и вдруг рассмеялась.

Просто так.

От света. От ветра. От того, что передо мной была не стена и не потолок, а бесконечное небо и зелень.

Мелли шла рядом и тоже улыбалась, глядя на меня с обожанием.

Руаль молчал. Но я чувствовала его присутствие. Тёплое, надёжное.

Дорожка была ровной. Очевидно, её недавно очистили от мелкого гравия и выступающих камней, подготовили для моего проезда. По обеим сторонам цвели поздние розы. Некоторые уже осыпались, роняя лепестки на камни, но другие всё ещё держали тяжёлые, бархатные бутоны, полные влаги.

— Куда вы хотите? — спросил он.

Я посмотрела вправо, где дорожка уходила к фонтану, сверкая брызгами.

Потом влево — к деревьям и дальней беседке, утопающей в тени.

Раньше меня просто отвезли бы туда, куда сочли нужным. Но сейчас меня спросили. И я посмотрела в оба направления. И вдруг сама решила.

— К фонтану, — решила я.

Руаль повернул кресло. Колёса мягко заскрипели по гравию.

Мы остановились у воды. Струи поднимались вверх и рассыпались мелкой прохладной пылью, создавая радугу в солнечных лучах. В каменной чаше плавали жёлтые листья, кружась в медленном водовороте.

Я положила руки на подлокотники. Дерево было тёплым.

— Красиво, — выдохнула я.

— Это самый обычный фонтан, — заметил Руаль. — Ничего особенного. Я бы даже сказал, что видел в своей жизни фонтаны куда красивей этого…

— Вы не понимаете разницы. Вы приходите сюда, когда захотите. Вы не знаете, каково это — видеть мир через узкую щель окна. Я тоже раньше бы сказала, что это самый обычный фонтан. Но… после того, что я пережила, я вижу, что он… прекрасен….

Он посмотрел на меня. Ответа не нашёл. Молча принял мою правду. И почему-то задумался.

Ветер снова растрепал мне волосы. Мелли потянулась поправить, но я остановила её движением руки.

— Пусть. Пусть будет беспорядок.

Она улыбнулась и опустила руку, понимая, что сегодня правила другие.

Руаль отошёл на полшага от кресла. Он был рядом, но не держался за ручки. Не контролировал каждое движение, каждое направление. Не диктовал маршрут.

Просто стоял. Наблюдал. И думал о чем-то своем. Я видела, как меняется его лицо, как хмурятся и расходятся брови.

— Устали? — спросил он через некоторое время.

— Немного. Спина напоминает о себе.

— Вернуться?

Я посмотрела на дверь галереи.

До неё было всего несколько десятков метров.

Но сейчас она не казалась тюрьмой, в которую меня возвращают после кратковременной свободы. Я знала, что смогу выйти снова. Завтра. Послезавтра. Когда захочу.

— Через пять минут, — попросила я. — Мне нужно привыкнуть к этому виду.

— Хорошо.

Он не стал спорить с назначенными Вейреном пятнадцатью минутами. Не сказал, что знает лучше, сколько я могу выдержать. Не развернул кресло, решив, что я переутомилась.

Мы остались у фонтана.

Мелли собирала упавшие лепестки роз и складывала их на ладонь, создавая маленький букет. Руаль смотрел на воду, задумчивый и тихий. Я сидела между ними и впервые после падения арки не чувствовала себя грузом, который кто-то вынужден нести. Не чувствовала себя обузой.

Кресло не вернуло мне ноги, но оно вернуло выбор. Куда смотреть, куда ехать, когда остановиться, кого подпустить к себе.

Я повернула голову к Руалю. Он почувствовал взгляд и обернулся.

— Что?

— Ничего.

— Вы всегда так говорите, когда собираетесь сказать что-то неприятное или важное, — усмехнулась я, — Я думала, что вы умеете только отдавать приказы. И ожидать немедленного исполнения.

— Я тоже так думал, — признался он. — До встречи с вами.

— А сегодня дважды спросили разрешения.

Он помолчал, глядя на меня. В его глазах не было насмешки. Только спокойное признание факта.

— И как ощущения?

— Непривычно, — ответила я честно.

На этот раз он улыбнулся чуть заметнее. Уголки глаз собрались в морщинках.

И я вдруг подумала, что впервые вижу перед собой не герцога Эдельгейма, не древнего дракона, не мужчину, которому обязана лечением и будущим фиктивным браком.

Просто Руаля.

Человека, который учился заново взаимодействовать с миром, где люди не являются предметами.

Он оказался не таким непроницаемым, как хотел казаться. Не таким холодным, как утверждал.

А это было опаснее любой холодности. Потому что холодного человека легко ненавидеть. Легко держать на дистанции.

Гораздо труднее ненавидеть того, кто спрашивает:

«Можно?». И искренне ждёт твоего ответа.

Глава 100

Дракон

Она смотрела на самый обычный фонтан так, словно я привёз её к одному из чудес света.

Я видел фонтаны, возле которых этот показался бы жалкой лужей. Видел, как потоки воды взлетали выше дворцовых башен, меняли цвет и складывались в фигуры драконов. На одном из южных островов вода текла по ступеням из чистого золота, омывая ноги танцующим.

В столице Ардента фонтаны пели человеческими голосами, сплетая