Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Бран даже не шевельнулся.

Он со скукой наблюдал за тем, как виконт вытаскивает меч, как идет на него, проделывая разные финты оружием… а потом один раз коротко взмахнул рукой.

Маленький нож почти без рукояти, но с идеальным балансом, глубоко ушел в горло самонадеянного болвана. Виконт захрипел и повалился на пол.

Бран подождал, пока прекратятся последние корчи, вытащил свой нож так, чтобы не испачкаться, и вытер его об одежду поверженного врага.

– Свидетельствую, что все было по правилам, – произнес ритуальную фразу Эдоард. – Альдонай свершил свой суд. Глава Гардрена, вы могли убить его клинком?

– Любым оружием по вашему выбору, ваше величество. Но тратить ваше время я счел неправильным.

Эдоард хмыкнул.

– Тогда – прошу.

Через четыре дня Бран Гардрен и ее высочество Анжелина сочетались браком в главном храме Лавери.

За следующую неделю Бран получил восемь вызовов на дуэли.

Принял все восемь, выбрал на этот раз оружие… мечи, сабли, один раз даже арбалет. В этот раз секундантом выступал его высочество, решивший оказать услугу сестре, а заодно показывающий дворянству, на чьей он стороне.

Умные приняли к сведению.

Потом дураки закончились. Естественная убыль от рук более сильного противника.

Эдоард, Ричард, Бран, Анжелина… все понимали, что будут и еще попытки. Но… куда от них деваться?

Разберемся.

Бран первый никого вызывать не собирался, ну а кто нападет…

Сам напал, пусть сам и защищается. И – нет. Это не анекдот, это печальная правда.

***

Обратная дорога показалась Лилиан вдвое легче.

Почему так?

Ни приключений, ни нежелательных знакомств, ни лишних проблем.

Разбойники временно притихли, по первому снежку их слишком легко было выследить, так что они старались не нарываться.

Дворяне… не то, чтобы притихли, но известия о событиях в столице широко разошлись по стране.

Балы? Приемы?

Нельзя.

Год после смерти короля в стране вводится малый траур. Одежда – по желанию, но большинство людей повязывали на руку зеленую ленту, показывая, что соболезнуют.

Разделяют горе ее величества.

Кто-то, может, и искренне. Милию в народе любили, о ее любви к королю тоже знали, а история их брака была красивой и романтичной. Как раз для влюбленных девиц и пожилых дам.

Приемы проводить можно, но очень тихо и кулуарно. Какие там шумные гуляния?

До двадцати гостей.

Нет, можно и больше, но… некрасиво. Ладно бы еще повод достойный, свадьба сына, к примеру. Или рождение наследника…

А просто принимать гостей….

Люди не поймут.

Так что длительных остановок в городах не было. День, максимум, два.

Дать отдых лошадям и людям, пополнить припасы, рассказать градоправителю о том, что случилось в столице – и снова вперед.

Всем хотелось оказаться дома.

Исключение составляла принцесса Мария. Ей было тревожно.

Как-то ее встретит жених?

Каким он окажется?

Как отнесется к ней?

Вопросов было много, но и впечатлений тоже много. И путешествие ее даже немного успокаивало.

Лилиан клялась, что Ричард – умный добрый и хороший. Мария слушала и успокаивалась. За время знакомства она успела убедиться, что графиня Иртон старается не врать. Она бы честно сказала, будь что не так.

Но прошел месяц… и вот, наконец, на горизонте появились очертания Лавери.

Шпили Храма, башни дворца… Томас Конкор послал вперед гонца. Голубя он послал еще три дня назад, а теперь, вот, и человека. Рассказать, кто, что, как, где…

Не просто ж так въезжать в столицу?

Невесту везут! Принцессу, будущую королеву, понимать надо! И встречать тоже!

***

Получив известие с почтовым голубем, его величество начал готовиться к встрече еще три дня назад. И теперь оставалось только собрать людей.

Да и тех-то…

Все, кто нужен – уже во дворце.

Сказать церемониймейстеру, что надо запускать механизм, сказать Ричарду, послать письмо Анжелине…

Дочь жила отдельно, вместе с мужем. Это немного огорчало Эдорарда, он бы предпочел, чтобы Анжелина тоже была под крылышком, во дворце, но…

Отговорили его все сразу.

Бран, который считал, что дворец неподходящее место ни для вирман, ни для детей, ни для его жены.

Сама Анжелина, которая была сыта по горло придворной жизнью.

Ричард, который видел напряженность между сестрами. Джолиэтт все же завидовала. Видела, как Бран относится к супруге, и понимала, что вряд ли такое будет у нее.

И завидовала.

Увы, не белой завистью, когда радуешься успеху подруги, сестры… нет, зависть Джоли была самой обычной. И что из нее вырастет – неизвестно.

Хотя что там может вырасти?

Выдать ее замуж, а пока не мозолить глаза, вот и все.

Томас так подгадал, что у его величества было больше пяти часов на сборы и выезд.

Один кортеж медленно приближался к Лавери, второй собирался и двигался по улицам города.

Горожане ждали.

Город ждал, затаив дыхание. Ждал свою новую королеву…

***

Мария вертелась, как на иголках. Хорошо, в карете были только те, от кого не надо скрываться. Графиня Иртон и виконтесса Иртон. Остальных принцесса попросила выйти.

Потом графиня и виконтесса уйдут, их сменит жених…

Они с Ричардом проедут по улицам города в Храм, там будет заключена помолвка. Потом отправятся во дворец… страшновато.

Лиля поправила на девушке накидку из черно-бурой лисы.

– Красавица. Просто картинка.

Мария поежилась.

В бело-розовом платье она была безумно хороша. А темный мех подчеркивал блестящие глаза, темные волосы…

– Все будет хорошо? Правда?

Лиля убедительно кивнула.

– Все обязано быть хорошо. Мы ведь живы…

Принцесса улыбнулась и стала ждать.

Приближался кортеж его величества.

Звенела музыка, барабаны, тамбурины, трубы, литавры, развевались штандарты, летела пыль из-под копыт коней…

Мария с удовольствием выглянула бы в окно, но нельзя. Она принцесса, это обязывает.

Наконец карета остановилась, и Мария медленно вышла на утоптанную дорогу.

И стояла, ждала…

Ждала, пока из рядом встречающих не вышел мужчина. Эдоард уступил сыну право встретить невесту.

Ричард шагал вперед.

Мария смотрела на него, и девичье сердечко таяло.

Его высочество был настоящим сказочным принцем.

Высокий, с золотыми волосами, с очаровательной улыбкой, он шел и улыбался ей.

И Мария робко улыбнулась в ответ.

Она не знала, что на сердце у Ричарда скребла целая банда голодных тигров.

Его невеста.

Совсем другая…

Темноволосая, с громадными карими глазами, и нежной мечтательной улыбкой…

Тира походила на клинок, сплетенный из полос стали и лунного света. Мария напоминала меховую муфточку. Хорошенькая, мягкая, уютная…

Совсем другая.

Не та, не та, не та…

А той самой, единственной, предназначенной для Ричарда, на земле уже нет.