Хранить ее Душу - Опал Рейн

Следы тяжёлых шагов Орфея оставили отчётливые вмятины в земле. Она могла бы идти по ним, как по указателям.

У меня есть амулет.

Она ощутила его тяжесть, лёгкое покачивание сапфировой слезы, щекочущее лоб.

Если только какой-нибудь сильный демон не попытается коснуться её — остальные обожгутся, как она видела той ночью, после того как он подарил ей амулет.

И я стала лучше владеть мечом.

Кинжал был детской глупостью — она понимала это теперь. Но тяжёлое, острое лезвие, длинное и сбалансированное, способно нанести смертельный удар.

Она оглянулась вокруг.

Сейчас здесь нет демонов.

Орфей либо убил их, либо отпугнул, когда она была в крови. Они придут вечером, когда его чары ослабнут, но сейчас никто не смотрит на дом.

Дорожка была свободна.

Он искупал её прошлой ночью, чтобы запах не тянулся за ней издалека. Изначально она именно поэтому и попросила его мыть её каждый день — собственными руками, а не в перчатках. Это давало ей больше времени. Больше свободы.

Путь был проложен, в руках — меч, которым она как-то уже владела, и она была защищена и скрыта.

Это был шанс Реи. Её момент.

У меня достаточно еды и воды, чтобы взять с собой.

Она могла собрать сумку на несколько дней и скрыть свою человечность, взяв один из его чёрных плащей и подрезав его под свой рост.

Он сказал, что вернётся через день или два.

Впервые он уходил так надолго, и Рея знала — он постарается вернуться раньше. Он не захочет надолго оставлять её одну, мучаясь мыслью, что она сбежит.

И она думала об этом.

Она могла бы.

Всё готово. Она готова.

Сумеречные Странники бродят по миру, даже ночью. Ночь наверху, за Покровом, опасна — возможно, не меньше, чем путь через лес днём. Солнечный свет не касался земли между деревьями. Только возле дома Орфея свет пробивался — и лишь на той стороне, где был сад.

Я уйду далеко прежде, чем он вернётся и попробует меня найти.

Она могла бы скрыть запах, обтираясь снегом и корой, втирая их в кожу и ступни.

Так почему же я всё ещё стою здесь?

Почему она не несётся внутрь, собирая всё нужное для выживания?

Она опустила взгляд на меч в своей руке.

Я убила несколько демонов, но… но я не так уж хороша.

Если она столкнётся с сильным — она может не выжить. Она не могла застать Орфея врасплох, не могла сравняться с его силой или быстротой. Сильный демон ничем не отличался бы.

Я… я просто не хочу идти, потому что ещё плохо владею мечом. Да. Вот почему.

Рея развернулась и пошла к центру двора, чтобы размахивать мечом, привыкая к тяжести и ускоряя реакцию.

Я… э-э… пойду в следующий раз, когда он снова уйдёт охотиться. Тогда я буду лучше.

Она точно не оставалась из-за Сумеречного Странника.

Не могла.

Орфей переживёт. Он пережил и тех, что уходили до неё — так или иначе.

Ледяная вина сжала её сердце.

Нет. Не пережил — и она знала это.

Где-то в глубине его человечности, среди боли и одиночества, он, должно быть, заботился о каждой из принесённых ему жертв. Он обращался с ними так же бережно, как с ней. И их исчезновение — ранило.

Я не остаюсь из-за него.

Она взмахнула мечом вправо.

Не потому что мне его жаль.

Удар влево.

Не потому что я не хочу, чтобы ему было грустно или чтобы он скучал.

Она прокрутила меч в круг у бедра и рубанула вниз сквозь воздух.

Он — Сумеречный Странник, а я — человек. Мы не можем быть вместе.

Её пальцы дрогнули на рукояти. Она не могла быть его подругой, его спутницей. Она не хотела быть его женой.

Он — чудовище. Я не могу испытывать чувства к чудовищу.

Существу с когтями, клыками, мехом, которое пыталось съесть её не раз. Странному существу с красивыми светло-синими глазами, переливавшимися на солнце, сквозь которое он мог идти.

Он чудовище.

С белоснежным костяным звериным черепом и рогами, с костями, выступавшими из его твёрдого тела — тела, за которое было так чертовски приятно цепляться пальцами, когда она касалась его.

Он чудовище.

С тёплым телом и запахом лесной чащи, и глубоким голосом, от которого у Реи дрожали уши. С кем-то нежным, внимательным и добрым, с заботливыми прикосновениями, от которых её тело пело от удовольствия.

Рея бросила меч на землю.

Он не чудовище.

Она опустилась на корточки, села на пятки и обхватила колени руками, уткнувшись лбом в них.

Мне он нравится. Я не хочу причинять ему боль.

Ей было всё равно, что он другой, что он страшный и пугающий.

Она хотела быть его другом.

Но это означало — остаться здесь.

Это мой чертов шанс сбежать, а я придумываю оправдания, чтобы остаться. Она сильнее обхватила ноги руками, вжимаясь в себя в попытке унять напряжение. Он там, охотится для меня. Он не обязан был уходить, не обязан был мне доверять. Он мог бы и дальше заставлять меня давиться пресными супами и фруктами.

Я хочу остаться ради него. Я хочу уйти ради себя. Рея была на распутье. Я не хочу быть его невестой. Но она хотела касаться его, хотела наблюдать, как он возится по дому, хотела говорить с ним.

У неё всё еще было столько вопросов, и она никогда не получит на них ответы, если уйдет. К примеру, кто эта таинственная женщина и как выглядит деревня Демонов?

Она поднялась и взяла меч, чтобы продолжить тренировку. Я… я стану лучше. Когда я стану достаточно сильной, тогда и приму решение. Оба варианта были болезненными. Выбрать «уйти» или «остаться» — и то, и другое выбьет её из колеи. Быть запертой здесь, но с Орфеем, или быть свободной, но беспокоиться о нем и скучать.

У меня полно времени. Она пробыла здесь всего месяц. Целый месяц. Дольше, чем кто-либо другой. Она пережила побег и нападение жуткого Паукообразного Демона. Пережила его беспамятство, сражалась, защищая его и себя, пока затаскивала его внутрь. Пережила грозу. Пережила то, что она просто женщина, у которой раз в месяц идет кровь.

Но она знала, что она не первая. Та таинственная женщина тоже пережила всё это. Она, судя по всему, провела с ним годы, так что Рея знала, что может быть здесь в безопасности.

У неё полно времени, чтобы стать сильнее и мудрее. Прошел