Неприятности с нами - Кэт Т. Мэйсен

— Да, миллион раз, — пролепетала я, безнадежно ухмыляясь.

— Ты доверяешь мне?

— Конечно, я доверяю тебе, Уилл.

— Тогда следуй за мной, пожалуйста.

Он берет меня за руку, и я следую за ним в часовню. Когда дверь открывается, там оказывается вся моя семья, и все они улыбаются, как только видят нас. Мои родители и сестры, тети и дяди, кузены и даже Эрик и Тристан.

— Что? — я поворачиваюсь к нему, шокированная тем, что вижу всех. — Как ты спланировал это без моего ведома?

— Это все Чарли и Адриана, — хвалит он с блеском в глазах.

Я качаю головой, пытаясь успокоиться, чтобы мыслить здраво: —

Подожди, так мы поженимся здесь?

— Только если ты захочешь. Я знаю, что это не грандиозно, и если ты этого хочешь, мы можем сделать это позже. Я не хотел, чтобы что-то помешало тебе закончить учебу, но я эгоист. Я хочу, чтобы ты стала моей женой сейчас. Я слишком долго ждал.

Он наклоняется и нежно целует меня.

— Это прекрасно, Уилл. Мы слишком долго ждали. Пока наши семьи с нами, все остальное не имеет значения.

— Хорошо, — прерывает тетя Адриана. — Можно я тебя украду?

— Украдешь меня?

— Ну, ты же не собираешься выходить замуж в джинсах и майке с заниженной талией.

— Подождите, — встает между нами Никки. — Нам нужно быстро съездить в соседний дом, чтобы получить разрешение на брак. Мы вернемся через пять минут. Я уже поговорила с Джо, и он ждет вас.

Мы отправляемся в соседний дом, чтобы заглянуть в округ Кларка, но моя голова находится в другом месте, я наполовину слушаю, но не особо забочусь о том, как подписываю необходимые документы. Все это время Никки болтает без умолку, и прежде чем я успеваю вставить хоть слово, мы возвращаемся в часовню.

Прежде чем уйти переодеваться, я кладу руки на грудь Уилла и делаю глубокий вдох. Потерявшись в его любящем взгляде, я не сомневаюсь, что он всегда должен был быть тем самым.

— Увидимся у алтаря?

— Я буду там, — он подмигивает и целует меня еще раз. — Последний поцелуй в качестве одинокой женщины. Что ты чувствуешь?

— Мне кажется, что время слишком медленно течет, и я просто хочу, чтобы ты стал моим мужем, — взволнованно говорю я ему.

Тетя Адриана ведет меня в заднюю комнату, но просит закрыть глаза. Когда мы входим, она говорит мне открыть их, и на вешалке появляется потрясающее кружевное платье цвета слоновой кости с силуэтом русалки.

Я провожу пальцами по нежному кружеву, восхищаясь деталями вокруг декольте, затем поворачиваю его, чтобы увидеть низкий подол сзади. От этого дизайна у меня перехватывает дыхание, я никогда не думала, что буду чувствовать себя в свадебном платье.

— Тебе нравится?

— Мне нравится, — задыхаюсь я, не в силах скрыть свои эмоции. — Оно идеально.

Тетя Адриана хлопает в ладоши: — Ну тогда поторопись. Давай устроим твою свадьбу!

Платье, конечно же, сидит идеально. Ава делает мне прическу и макияж, но минимальный. Рядом со мной тихо сидит мама, но без своей обожающей улыбки.

— Ты прекрасна, — тихо говорит она мне. — Твой отец нервничает.

Я делаю глубокий вдох, но не от нервов, а от волнения. Час назад я жаловалась на неисправный самолет Уилла и размышляла, что надеть в понедельник в офис. Теперь же я нахожусь в нескольких минутах от свадьбы.

— Ты нервничаешь? — спрашивает Ава, поглаживая мои скулы.

— Я взволнована. Я просто хочу выйти за него замуж.

Ава наклоняется к ней со знающей ухмылкой: — Это искра. У вас, ребята, она всегда была. Даже когда вы думали, что ненавидите друг друга до глубины души.

В дверь тихонько постучали, когда Ава закончила рассматривать мое лицо. Я смотрю в зеркало и вижу в отражении своего отца. Он одет в смокинг, несмотря на то что мы поженимся в часовне в Вегасе. Я поворачиваюсь и встаю, подходя к нему ближе.

Его взгляд падает на меня и сопровождается негромким вздохом. Я протягиваю к нему руки и крепко сжимаю их.

— Я всегда буду твоей маленькой девочкой, — мягко напоминаю я ему. — Это никогда не изменится.

За всю мою жизнь было всего несколько случаев, когда папа проявлял какие-либо сентиментальные эмоции. Это не значит, что мы не чувствовали себя любимыми. Просто он всегда держал себя в руках и знал, что передать словами, а не выражениями.

Но сейчас, стоя передо мной, его глаза стекленели — смесь грусти и почтения.

— Ты прекрасно выглядишь, Амелия, — говорит он, а затем улыбается. — Ты готова?

— Я ждала этого целую жизнь...

Двадцать девятая глава. Амелия

Когда я иду к алтарю в этой часовне в Вегасе, мое сердце бьется в такт гармоничной мелодии — все мои мечты сбываются в этот самый момент.

Кажется, будто время остановилось и никто не имеет значения, кроме человека, стоящего у алтаря рядом со священником. Наступает эйфорическое состояние, обостряются все чувства, и ничто в мире не сравнится с моментом, когда два человека официально становятся одним целым.

С каждым шагом мой будущий красавец-муж становится все ближе. Почему-то он одет в смокинг, а его волосы идеально уложены. И хотя его красота навсегда лишит меня дара речи, я фиксирую улыбку, украшающей его лицо, зная, что никогда не забуду, как его взгляд упал на меня, когда я шла к нему.

Как одним простым взглядом он забрался в мою душу и сделал нас домом.

Мы доходим до конца, и отец нежно целует меня в щеку. Я затаила дыхание, предвкушая, как пройду все формальности и смогу официально выйти замуж.

Наш священник, пожилой мужчина в полностью белом костюме и туфлях из кожи крокодила, начинает церемонию, а я стою рядом с Уиллом, отчаянно пытаясь держать руки на расстоянии и не прикасаться к нему.

— Дорогие мои, мы собрались здесь перед лицом Божьим, чтобы соединить Уильяма Рокфорда Романо и Амелию Грейс Эдвардс в священном браке.

Я стою неподвижно, на моем лице застыла улыбка, и я пытаюсь сосредоточиться на священнике.

— Кто дал этой женщине право выйти замуж за этого мужчину?

Мои родители встают и, стоя позади меня, говорят: — Мы.

Невольно мой желудок вздрагивает при звуке голоса родителей. Моя улыбка, хотя и не сходит с лица, маскирует внезапную волну эмоций. Я умоляю себя не плакать. Между моими родителями и мной ничего не изменится. Более того, они приветствуют сына. Так почему же мне кажется, что это конец эпохи? Как будто я