О проклятиях и ухаживаниях - Эль Лаванделль

Родители Эмира, как бы они ни не одобряли меня, организуют нашу помолвку с огромной скоростью. Похоже, они торопятся со свадьбой, даже если она с той, на кого смотрят свысока.

С такой, как я.

Но сегодня никто не посмеет смотреть на меня свысока. Когда я плыву по залу в своем шампань-платье, некоторые, может, и шепчутся, что он слишком быстро движется дальше, но мне все равно.

Хелена рядом со мной, и это тоже кажется судьбоносным. Она была моим первым другом во дворце, кроме самого Эмира, и она здесь не как работница, я бы этого не позволила. Сегодня она наша гостья.

Ее платье почти так же великолепно, как мое, чудесного лесного зеленого цвета, и пока Эмира весь вечер таскают по залу фейри, которых я не знаю, мы с Хеленой развлекаемся искристыми напитками и маленькими бутербродами.

— Ты уверена, что твой жених не нуждается в тебе? — шепчет она. — Он выглядит совершенно несчастным.

Я смотрю в сторону Эмира. Он говорит с фейри мужского пола, который кажется старше всех, кого я видела, с редкими волосами и обвисшими щеками. Ему, должно быть, тысячи лет. Сладкая улыбка Эмира с каждой минутой исчезает.

— Он, кажется, в прекрасном расположении духа. — Я улыбаюсь и прижимаюсь губами к краю бокала. — Он сказал, что справится с худшими частями нашей спешной свадьбы, и я бы отнесла это к одной из них.

— Никто не знает, откуда она, — громко шепчет кто-то.

Я морщусь.

— Похоже, она Лунная Фейри, — говорит кто-то еще, — но…

Хелена ахает, ее пальцы взлетают к приоткрытым губам.

— Они, должно быть, не понимают, что ты их слышишь.

— Нет, — говорю я. — Им все равно, и мне тоже.

Я беру Хелену под руку и увожу ее.

Люди будут судачить о нас, Эмир уже предупреждал меня. Хотя я никогда не считала себя загадочной, они будут, и им будет что сказать о наших расцветающих отношениях. То, что мы поженимся всего через несколько недель, только подольет масла в огонь слухов. Они подумают, что я беременна, как бы ни было трудно фейри обычно забеременеть, или придумают какой-нибудь другой скандал.

— Я всегда знала, что королевские особы грубы, — бормочет Хелена, — но не думала, что они будут настолько грубы, особенно с той, кто станет их королевой.

Стать их королевой? Нет. Я не готова думать об этом.

Я шмыгаю носом.

— Я нисколько не удивлена.

Это все так похоже на мою мачеху. Как только кто-то считает себя выше тебя, будь то по статусу или моральным принципам, они попытаются опустить тебя еще ниже. Несмотря на статус, который я получу после нашей с Эмиром свадьбы, они все равно смотрят на меня как на служанку. Неважно, что я больше не могу выполнять свою работу по королевскому указу.

Хелена смотрит в сторону.

— К сожалению, здесь есть кое-что, что может тебя удивить. Надеюсь, ты готова.

Моя мачеха.

Должно быть, это она.

Я не знаю, как она получила приглашение, но мое сердце колотится. Ждет. Ждет.

— Нет… — Я оглядываюсь в поисках стены, на которую можно опереться.

— Здесь Принцесса Минетта, — шепчет Хелена. — И она направляется прямо к нам.

О. О нет. Это лучше или хуже, чем я ожидала? Я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы она оказалась передо мной, с ярко-рыжими волосами и блестящими губами. Ее крылья идеально подходят к моим, но, в отличие от меня, она знает, как управлять вниманием зала. Все смотрят на нас. Шепот прекращается.

Это женщина, на которой должен был жениться Эмир.

После мгновения тишины шепот, преследовавший меня весь вечер, усиливается. Это гудящий, оглушающий звук в моих ушах. Если принцесса Минетта и приветствует меня, я не слышу этого из-за шума пульса и шепота.

Все шепчутся обо мне.

— Ваше Высочество. — Не думая, я делаю реверанс. — Как чудесно видеть вас.

— Нет нужды в любезностях, не так ли? — Минетта вращает вино в бокале. Теперь, когда она ближе, я понимаю, что она выглядит нездоровой. У нее запавшие глаза, волосы растрепаны, а губы бледны. Конец ее помолвки идет ей не на пользу. — Я здесь только чтобы поздравить вас.

— Вы не обязаны… — Я качаю головой. — Кто вас пригласил, принцесса?

— Королевская семья, конечно. Мы союзники. Я всегда буду получать приглашение. — В ее мягко произнесенных словах скрыта смутная угроза.

Я нервно смеюсь и убираю прядь волос за ухо.

— Конечно. Я бы не ожидала иного.

Мне просто придется привыкнуть к ее присутствию.

Видеть бывшую невесту моего жениха — не самая ужасная часть. Я не считаю себя ревнивой, и меня тошнит не от того, что она когда-то хотела выйти за Эмира, — а от того, что она обманула его. Полагаю, я тоже хранила свои секреты, но это было другое. Я никогда не хранила секрет, чтобы заставить его быть со мной, и не стала бы.

— Я хотела дать вам знать, что не питаю к вам зла. — Ее голос понижается. — Я вижу, вы делаете его счастливее, чем когда-либо могла я, как бы ни старалась.

— Я…

— Что странно, — говорит она, — так это то, что мы с вами из одного дворца, но я никогда о вас не слышала. Никто не слышал. Как ваше полное имя?

Я держу голову выше.

— Офелия Феллоуз.

Она щурится.

— Хм. Нет. Это имя даже отдаленно не знакомо. Где вы выросли, Офелия Феллоуз?

Моим родным городом нечем гордиться.

— Фар-Уотер, — бормочу я.

— Нет! — Она издает лающий смешок. — Это смертный город. Там не может жить ни один фейри. Вы не… боже, вы не можете быть…

Хелена тянет меня за руку, пытаясь освободить.

— Нам нужно быть в другом месте.

— Прошу прощения. — Улыбка Минетты становится жесткой. — Вы должны простить мое потрясение. Я не знала, что принц женится на полукровке.

У меня отвисает челюсть.

— Он не⁠…

— Надеюсь, вы не принесете этому королевству больше разрушений, чем оно уже видело. Прощайте!

У меня звенит в ушах. Она права. Я скрывала правду, даже от себя самой, дни и недели. Так легко забыть, кто я есть на самом деле. Погибель этого королевства.

Совершаю ли я ужасную ошибку?

— Я.… — начинаю я.

Минетта уходит, прежде чем я успеваю произнести ложь. Я едва могу смотреть на Хелену, чьи глаза широко раскрыты — от страха, понимаю я. Моя самая дорогая подруга боится меня.

— Ты… правда полукровка? — шепчет Хелена. — Этого не может быть. Ты сказала мне, что тебя воспитали смертные, но я никогда не думала…

Слова застревают в сжатом горле. Как долго я