Невеста короля наг - Александра Вячеславовна Миронова

сам себе объяснить не мог: вот она, девушка, которую он искал столетиями, которую должен был сразу заключить в объятия, и которую он не собирался больше никогда отпускать… Но, думая об этом, грудь сдавливало словно стальное кольцо, а перед глазами всплывал образ Таисы. Между ними уже возникла связь, которую Накарат не мог игнорировать, и любое намерение приблизиться к новому воплощению Маюрин отзывалось в нем чем-то, что Вирай вчера очень точно обозначил «предательством».

Накарат не мог понять, почему девушек было две, запутался в своих собственных чувствах, и именно поэтому всё рушилось.

— Ты помнишь… по какой причине я выбрал в невесты именно тебя? — спросил он Ниру.

Она посмотрела на него очень внимательно, считывая каждую эмоцию, потом вздохнула. Он всё еще ей не доверял…

— Ты говорил… что выбрал меня задолго до ритуала, и что наша связь… была определена судьбой и небесами, — ответила Нира.

Накарат следил за ее реакцией в ответ и не мог ни к чему придраться. Это была правда.

— Что насчет проклятия? — продолжил он. — Сначала ты приняла обет стать моей королевой… но после передачи жемчужины скоропостижна умерла, обрекая меня на одиночество и поиски твоего нового воплощения.

Нира выглядела виноватой и опустила глаза.

— Мне очень жаль… Как я и сказала, клан Гаруды хотел подобраться к тебе через меня. Они знали, что я важна для тебя, поэтому я попыталась подыграть им, чтобы ввести в заблуждение и отвадить от тебя, но… получилось так, как получилось.

— Клан Гаруды и так обратил моих родителей в камень, — мрачно усмехнулся Накарат. — Они совершили кровную месть, но этого им было мало? Ты тоже… стала жертвой их интриг?

Нира не поднимала на него взгляд, но весь ее покаянный вид говорил о глубокой скорби. У Накарата дрогнуло сердце, и он почувствовал порыв подойти к ней и обнять, но стоило только сделать шаг навстречу, как что-то внутри… остановило.

— Я так и думал, — констатировал он с печальной улыбкой. — А что… насчет жемчужины?

На этот раз Нира подняла на него глаза и первая сделала шаг вперед, сокращая расстояние между ними.

— Она… где-то очень глубоко спит внутри моей души. Я пыталась ее призвать, но не смогла, — сказала девушка с сожалением, а потом добавила, смотря прямо на Накарата: — Но ты должен знать способ ее пробудить.

Ее слова заставили Накарата вздрогнуть. Нира заметила, что это его как будто… не то чтобы испугало, но ввело в легкое замешательство. Она подошла совсем близко и взяла его за руку.

— В чем дело? Или ты забыл… как мы были близки?

Накарат резко вдохнул. Ее прикосновение вызвало труднообъяснимую реакцию. Конечно же, это было не отторжение… но и ответной тяги, которая порывисто заставила бы сжать ее руку в ответ, почему-то не последовало.

— А раньше… ты говорил, что найдешь меня в любой жизни, — продолжила Нира, и в интонации ее голоса можно было различить горечь. Она осторожно коснулась пальцами запястья Накарата. — Что даже если я буду стерта из памяти мира… то из твоего сердца — никогда.

Девушка не хотела произносить это как упрек, но Накарат всё равно испытал чувство вины. По его коже наконец-то прошел знакомый отклик, глубинный и старый, но странно пустой. Нира всё еще не отпускала его из своих пальцев, а он потонул в своих мысленных и сердечных ощущениях. Она знала слишком много… Одна связь накладывалась на другую, и этот дисбаланс стал похож на поединок между нагой и Гарудой, где стихия воды сталкивалась с неукротимой стихией огня, вызывая настоящий хаос в душе Накарата.

— Я понимаю, — добавила Нира мягче, видя его смятение. — Ты ждал меня слишком долго. За это время могло случиться многое.

Она приблизилась настолько, что их разделяло почти только одно дыхание.

— Но я просто хочу напомнить тебе… кем мы были.

Накарат хотел ответить и не смог. Одно его движение, и вместо слов за них мог заговорить язык тела, который мог бы пробудить то, что спало слишком глубоко, но мужчина не отважился на этот шаг и отстранился первым. Нира не скрыла боли в глазах.

— Ты… изменился.

— Прости… — произнес Накарат виновато. — За семьсот лет успело произойти действительно очень многое, и мне… требуется время.

— Время на что? Выбрать между мной и ею? — Тон Ниры стал более холодным.

Накарат тяжело вздохнул. Он никогда не думал, что когда-нибудь окажется меж двух огней, и что его непоколебимые чувства к Маюрин… пошатнет кто-то другой.

— Если ты Маюрин… то кто же Таиса? — спросил Накарат то, что его волновало в первую очередь. — От нее тоже исходил отклик, который я почувствовал. Она здесь… появилась раньше, поэтому я и подумал…

— Предполагаю, что она может быть реинкарнацией кого-то из нашего прошлого, — сказала Нира, а потом чуть помедлила: — Но… разве это имеет значение для тебя?

— Теперь… имеет, — признал Накарат.

— Хочешь отказаться от нашей связи в пользу другой? — не скрывая обиду, спросила его Нира. — Или… сделать ее своей второй женой? В прошлом это было незазорно. Хотя когда-то… я была единственной для тебя.

Накарат ничего не ответил. Видя, что возражать он не собирался, Нира вздохнула и добавила:

— Так или иначе… если тебя интересует жемчужина, я пока не могу вернуть ее, даже если бы захотела. К тому же… она моя по праву, ты сам принес мне ее в дар. Я не смогла стать твоей королевой в прошлой жизни, но могу стать в этой. Неужели, ты не позволишь мне этого сделать?

Накарату понадобилось несколько мгновений на размышление, а потом честно сказал:

— Я не могу решить это сейчас.

Нира не смогла скрыть своего разочарования, но молча проглотила его ответ.

— Я поняла тебя, и я… дам тебе время. Может быть тогда… твои угасшие чувства снова смогут вспыхнуть ко мне.

Накарат покинул ее с ощущением внутреннего разлома.

Тем временем Таиса проснулась от ощущения, будто кто-то осторожно поправил одеяло. Она разлепила отяжелевшие веки и увидела, что Вирай сидел рядом, почти не шевелясь, чтобы не потревожить ее сон. На столе стояла чашка с травяным отваром, какие-то лекарства и таз с прохладной водой и сложенным полотенцем, а в воздухе витал запах от эвкалиптового ингалятора.

— Вирай?.. — сипло позвала Таиса. — Что ты тут делаешь? А как же школа…

— Ты проснулась? — спросил он, будто испугавшись, что своим неосмотрительным движением разбудил ее раньше, чем нужно было, потом пояснил с мягкой улыбкой: — Уроки уже закончились. Я пришел проведать тебя.

Таиса почувствовала горечь в горле, поморщилась и попыталась откашляться.

— Подожди, я налью тебе