Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

– Наверное, это было травматично.

Он швыряет в меня салфеткой.

– Это мой должок. Я внес его в список. Поэтому мы и приехали, – объясняет он.

– Один из пунктов твоего списка – прокатиться на детской горке?

– Если честно, в моих воспоминаниях горка была гораздо… внушительнее.

Меня охватывает смех.

– А что потом?

– Потом можно будет насладиться остальной частью парка. Я слышал, что в большом бассейне для взрослых есть трамплины. Если они открыты, мы могли бы выполнить еще один пункт. – Он кусает бургер. Я знаю, о чем он говорит, потому что это единственное, что он рассказал мне о своем списке, когда мы только начали эту затею: он хочет прыгнуть в воду с высоты. – Если ты, конечно, не страдаешь акрофобией.

Закончив есть, мы идем к шкафчикам и оставляем телефоны и личные вещи. Потом Коннор заставляет меня бегом пересечь детскую зону, чтобы первыми встать на горку, когда ее откроют после обеденного перерыва. Забавно видеть его таким воодушевленным, особенно учитывая, что горка от силы метров семь высотой.

– Не могу поверить, что мы это делаем, – шепчу я, протискиваясь между ним и перилами, чтобы спрятаться от людей. Позади нас выстроилась очередь из детей с родителями. Мне не нужно знать финский, чтобы понять – они нами недовольны. Если Коннор и слышит их ворчание, ему совершенно все равно.

– Это лучший день в моей жизни.

Я придвигаюсь к нему ближе.

– Кажется, одна мама только что наградила меня убийственным взглядом.

– Правда? Почему?

– Может, потому что мы первые в очереди на детскую горку?

Он оглядывается на семьи позади нас.

– Не обращай внимания. Они просто завидуют. Знают, что у нас-то рост подходящий, а у их детей – нет.

– Сколько тебе было лет, когда ты сюда приезжал?

– Девять.

– Наверное, ты был примерно такого роста, – говорю я, показывая на детский ростомер в виде морского чудища у входа на горку. Минимальный рост для катания – метр двадцать. Я легко могу представить маленького Коннора, который встает на цыпочки в отчаянной попытке дотянуться до красной черты.

– Я был намного ниже. В школе меня часто дразнили из-за этого. Я вытянулся только в старших классах.

Хмурюсь. Теперь счастливый мальчик в моем воображении вынужден терпеть насмешки одноклассников, и мне это совсем не нравится.

– Дети в таком возрасте бывают жестокими, – добавляет он.

– Я знаю, о чем ты. Когда я была маленькой, меня тоже дразнили. Не из-за роста, а из-за… – Я показываю на себя. Больше объяснять не нужно. Обычно я никому об этом не рассказываю, но почему-то с Коннором это кажется правильным, почти естественным. Он смеется и качает головой.

– Что такое?

– Ничего. Просто подумал, как глупо чувствовали бы себя все эти люди, если бы увидели тебя сейчас.

По телу пробегает легкая дрожь.

– Я не так уж сильно изменилась.

– Нет, ты всегда была потрясающей. Разница в том, что раньше ты в это не верила, а теперь веришь.

У меня даже нет времени осознать, как на меня действуют эти слова. Мужчина в форменной футболке парка пробирается сквозь очередь.

Коннор широко распахивает глаза.

– Черт, он уже идет. Наша очередь, Мэйв. Наша очередь.

Мне кажется, он едва сдерживается, чтобы не начать подпрыгивать, пока служащий открывает калитку и запускает горку.

Тот хмуро поглядывает на нас, наверняка гадая, какого черта мы здесь делаем. Возможно, будь я с кем-то другим, не выдержала бы стыда и сбежала. Но с Коннором это невероятно весело. К тому же он выглядит таким счастливым, что у меня не хватит духу попросить уйти и разбить ему сердце.

К счастью, на этот раз нет ограничений по росту и весу, которые помешали бы нам прокатиться. Служащий вздыхает, когда видит, что Коннор все равно встает у детского ростомера, после чего пропускает нас на горку.

– Ты точно хочешь, чтобы я поехала первой? – сомневаюсь я, принимая нужное положение.

Он кивает:

– Только постарайся громко кричать. Не опозорь меня перед моими новыми друзьями.

Я оглядываюсь на малышню.

– Эти дети тебя ненавидят.

– Ерунда. Меня никто не может ненавидеть. – Он переводит мне инструкции служащего и снова показывает свои ямочки на щеках. – Увидимся внизу.

Он отходит, и мужчина дергает рычаг.

Я готовлюсь кричать.

Однако горка даже не набирает скорость. Вместо острых ощущений получается просто спокойный спуск. Я плавно скольжу по воде три поворота, застреваю в конце, и мне приходится отталкиваться руками, чтобы упасть в бассейн. Высовываю голову, как раз когда наступает очередь Коннора, и не могу сдержать смех, глядя, как такой здоровый парень катится по такому нелепому аттракциону. В отличие от меня, он падает прямо в воду и сразу выныривает, улыбаясь так, будто это был лучший опыт в его жизни.

– Давай прокатимся еще раз?

Я никогда не чувствовала себя настолько нелепо.

Но я все еще смеюсь, поэтому говорю «да».

Если персоналу парка и кажется странным, что двое взрослых постоянно встают в очередь на детскую горку, то они хотя бы деликатно молчат об этом. Мы скатываемся еще пару раз – в один из них Коннор настаивает, чтобы съехать головой вперед, – и наконец мне удается уговорить его пойти во взрослую зону, где аттракционы гораздо больше и действительно страшные. В итоге мы стоим в очереди на горку, где катаются на надувных кругах в форме пончика. Очередь как раз рядом с бассейном, где находятся трамплины.

– Ни за что на свете я не прыгну оттуда, – сообщаю я Коннору, который успел быстро окунуться, спасаясь от жары, пока мы ждем, и уже вернулся мокрый.

Он наклоняет голову и отряхивается, как собака.

Женщина впереди бросает на нас недовольный взгляд.

– С трамплина, ты про это? Ну, придется прыгнуть. Это пункт из моего списка.

– Я не смогу. – Никогда не любила экстремальные аттракционы, а прыгать с такой высоты, без страховки, без чего-либо, что защитило бы меня – это точно за пределами моих возможностей.

– Мэйв, ты можешь сделать все, что захочешь.

– Я в этом не так уверена.

– Спорим?

Он кладет руку на перила рядом со мной, отгораживая нас от остальной очереди и любопытных взглядов. У меня учащается пульс, когда я чувствую его тело так близко. Он все еще мокрый с головы до ног. И все равно от него исходит жар.

– Ты хочешь поспорить со мной, потому что уверен, что я смогу прыгнуть с трамплина?

– Именно. – Он придвигается еще ближе. Капля скользит по его подбородку на шею и ниже. Мне приходится