Тени тебя - Кэтрин Коулc

Я резко выдохнул:

— Я знаю, что это такое — когда люди отворачиваются от тебя.

Лоусон выругался.

— Мне приходится жить с этим знанием. Но мне легче от того, что моя семья сделала все возможное, чтобы защитить Аспен. Это помогает мне верить, что с ней все будет в порядке.

Мышца под глазом у Лоусона дернулась:

— Так, как с тобой должно было быть в безопасности.

— Я не скажу, что жалею, — сказал я ему. — Потому что это привело меня туда, где я сейчас. Сюда. Сейчас. И даже несмотря на весь этот хаос вокруг — это самое счастливое время в моей жизни.

Я позволил старшему брату увидеть это. Я не прятался за маской спокойного равнодушия. Я показал ему страх. Но вместе с ним и чистую радость.

Проблема была в том, что быть таким счастливым означало — теперь мне есть что терять.

46

АСПЕН

— Она уснула, — тихо сказал Роан, устраиваясь рядом со мной в кровати. С пола доносилось размеренное похрапывание Чонси.

Единственным источником света в комнате была моя прикроватная лампа. Я повернулась на бок, чтобы видеть Роана полностью — резкую линию его подбородка, эти гипнотизирующие голубые глаза. Я жадно рассматривала каждый миллиметр его лица.

— Как ты?

Его семья пробыла у нас до тех пор, пока Кэйди не пора было ложиться спать. Я не винила их. Я бы и сама не захотела уходить после такого признания. Мы заказали пиццу, сделали мороженое с добавками. Это немного помогло, но я понимала — Роан вымотан.

Он провел пальцем по моему темнеющему синяку.

— Это мне стоило бы спросить у тебя.

— Это ты выложил секрет, который хранил десять лет. Мне нужно знать, как ты на самом деле. Не красивый ответ, чтобы меня успокоить, а настоящий.

Губы Роана дрогнули.

— Чувствую себя так, будто меня переехал грузовик.

Я убрала прядь волос с его лба.

— Ты рад, что рассказал?

Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Да. Ненавижу, что им больно. Но впервые мне кажется, что между нами больше нет стены.

Мои пальцы скользнули вниз, к его шее.

— Теперь они смогут увидеть тебя настоящего. Это подарок. Но вам всем нужно время, чтобы это пережить.

— Я знаю. И я дам им это время.

Я улыбнулась.

— Придется и поговорить. А я знаю, разговоры — не твоя сильная сторона.

Он поморщился, и я не смогла сдержать смех.

— Для вас это будет хорошая растяжка.

Роан притянул меня к себе и уткнулся лицом в изгиб моей шеи.

— Я хотел просто вернуться домой к тебе и Кэйди. А вместо этого у нас тут было полдеревни.

— А мне это дало почувствовать, что меня любят, — призналась я.

— Тогда, пожалуй, я рад, — проворчал Роан.

Я снова рассмеялась.

— Ты сейчас надо мной смеешься? — возмутился он.

— Ничего не могу поделать. Ты смешной.

— Сейчас я тебе покажу, что такое смешной. — Роан навалился на меня, щекоча по бокам.

Я вцепилась зубами в его плечо, чтобы не разбудить Кэйди.

— Ай! Больно же, — выдохнул он.

Я укусила его снова.

— Вот тебе.

Взгляд Роана потемнел.

— Если уж говорить о наказаниях…

— Ма-а-ама! — закричала Кэйди. — Мне страшный сон приснился!

Мы вскочили мгновенно, весь жар куда-то исчез. Роан вылетел за дверь и понесся по коридору быстрее меня. Как только он распахнул дверь в ее комнату, Кэйди бросилась ему на руки.

Он прижал ее к себе и начал раскачивать из стороны в сторону.

— Все хорошо, Маленькая Танцовщица. Я рядом.

— Под моей кроватью был монстр, и он хотел меня схватить, — всхлипывала Кэйди.

— Ни один монстр не доберется до тебя, пока я здесь, — сказал Роан хриплым голосом.

Мое сердце сжалось так сильно, что стало больно. Этот мужчина был всем, о чем я когда-либо мечтала для своей девочки, и даже больше.

— Смотри, я проверяю, Божья Коровка. — Я наклонилась и заглянула под кровать. — Тут ничего нет, только пара плюшевых зверей.

— Ты… ты точно уверена? — спросила она.

— Абсолютно.

Кэйди прижалась к Роану еще крепче.

— Побудешь со мной немного?

— Всегда, Маленькая Танцовщица. Сколько захочешь.

Элси поморщилась, направляясь к кассе:

— Тебе вообще стоило сегодня выходить на работу? Вид у тебя так себе.

Я натянуто улыбнулась:

— Приятно слышать, спасибо.

— Прости. Я про твой фингал. И вообще, ты выглядишь усталой.

Я вздохнула. Чувствовала себя так, будто меня переехал тот самый грузовик, что и Роана.

— У Кэйди прошлой ночью было несколько кошмаров, и нам понадобилось время, чтобы она снова уснула.

— Сочувствую, — сказала Элси. — С ней все в порядке?

— Сегодня утром она была немного сонная и капризная, но держалась молодцом. Надеюсь, сегодня уснет пораньше.

— Скажи, если я могу чем-то помочь, — предложила Элси.

— Спасибо. Очень ценю это. А теперь что тебе приготовить?

— Один из тех маффинов с шоколадом и арахисовым маслом. Я от них теперь зависима.

Я засмеялась, доставая маффин:

— Приятно это слышать.

Элси протянула мне несколько купюр:

— Сдачи не надо.

— Спасибо, — сказала я, добавляя чаевые в банку.

Я растворилась в привычном ритме клиентов. Солнце сияло, и сегодня было куда оживленнее, чем в последние дни. За столиками сидели не только Джонси с Элси — заглянули несколько туристов, местные, сбежавшие на обеденный перерыв, и мама с младенцем. А офицер Холл по-прежнему стоял снаружи, следя, чтобы к нам не пожаловали нежеланные гости.

Суета и движение были как глоток свежего воздуха. Они отвлекали от всего, что происходило вокруг. Один час плавно перетекал в другой, люди приходили и уходили нескончаемым потоком.

Из кухни донеслось ругательство, и я поморщилась:

— Все в порядке, Зик?

— Или подмени меня у плиты, или вынеси мусор, — отозвался он.

Я совсем не хотела рисковать и испортить то, что он готовил.

— Мусор — мой вариант.

Он был прав: бак был доверху заполнен и требовал немедленного внимания. Я подняла мешок и выругалась — казалось, он весил больше, чем я сама. Дважды пыталась завязать его, прежде чем у меня получилось, и закинула его себе на плечо.

Я отперла новый засов, который Холт поставил на заднюю дверь, и вышла в переулок. Лес за зданием встречал меня пением птиц и шелестом ветра. По крайней мере, ветер немного приглушал запах мусорного контейнера. Я подняла крышку и швырнула мешок внутрь.

Поворачиваясь обратно к кафе, я краем глаза заметила движение. Но было уже поздно.

Что-то с силой ударило меня в висок. Вспышка ослепляющей боли