Спасая Грейс - Александра Бэнкс

это не сделал Морли — загадка. Хотя… я и не спросил. Патрульная машина становится отчётливее, и я подаюсь вперёд. Отправляю Гарри координаты, молясь, чтобы это был тот самый Вольво. И ещё сильнее — чтобы с ней всё было в порядке. Если этот ублюдок хотя бы пальцем её тронул…

Морли не сказал, что её били. Но если она сопротивлялась, а она точно сопротивлялась, Джоэл бы её схватил. Из машины выходят два офицера, руки вытянуты вперёд, оружие наготове.

Господи.

Вольво стоит под углом. Как будто остановились резко.

Чёрт.

Если он хотя бы…

— Я не вижу её, — Рид мчится по шоссе, приближаясь к месту. Я скидываю телефон на панель, бросив Гарри точку.

Оба мужика выходят из машины. С поднятыми руками.

Но Грейс всё ещё нигде нет.

Оба урода разворачиваются и опираются на машину, один из офицеров держит на них оружие, второй защёлкивает на их запястьях наручники.

Офицер, что ближе к багажнику, делает шаг вперёд.

Мы всего в нескольких метрах.

Крышка багажника подскакивает вверх, и патрульный нагибается.

Я замираю. Сердце грохочет, словно молнии срываются прямо в венах. Внутри меня бушует ярость — настолько чистая, что тело начинает трясти.

Грейс появляется из багажника.

Руки связаны.

Рот заклеен скотчем.

— Иисус Христос, — выдыхает Рид, тормозя так резко, что грузовик заносит. Я вылетаю из кабины ещё до того, как он полностью останавливается.

Грейс кивает полицейскому. Он перерезает ей ленту, и она сдёргивает скотч с рта.

Она замечает меня за секунду до того, как я влетаю в её пространство. Мы отшатываемся назад от столкновения.

— Со мной всё в порядке, — сипит она, голос срывается на последнем слове.

Меня трясёт. Смесь гнева и отчаяния кружит голову. Грейс цепляется за меня, а я обвиваю её руками, инстинктивно пытаясь заслонить собой, хотя не был рядом, когда это было нужнее всего.

Я сдавленно стону, уткнувшись в её волосы, и она отстраняется, ловя мой взгляд.

— Дыши, Мак. Со мной всё хорошо. Правда.

Я хватаю её за руки.

— Нет, Грейс. Всё было очень далеко от «хорошо».

Челюсть подрагивает.

От Вольво доносится мерзкий, высокий смешок. Я выпрямляюсь и отодвигаю Грейс за спину. Джоэл ухмыляется. Даже в наручниках этот самодовольный ублюдок не теряет наглости. Полицейский, который вытащил Грейс, поправляет шляпу и уходит к своей машине.

Это мой шанс.

Тремя шагами я оказываюсь перед ним. Хватаю за воротник и с размаху врезаю его в борт убитой тачки.

— Если ещё раз подойдёшь к ней ближе, чем на три округа, я прикончу тебя.

Кулак сжимается у бедра. Мой рост и комплекция полностью перекрывают его — дряблого, худого, как наркоман. Он кивает. Глаза затуманены.

Он что, под кайфом?

Он щурится, но я уже решаю, что этот кусок мусора не стоит ни секунды моей жизни. Я разворачиваюсь к Грейс. Она обхватила себя руками, спрятавшись под рукой Рида. Он прижимает её к себе — тот самый поза-защитника, как с Адди, когда Морли полез с идиотскими выходками.

Серебристая Шеви Гарри сворачивает за наш F250, когда я иду к ней.

— Ну, ничего. Наслаждайся отбросом, — бросает Джоэл. — Жалкая дырка — это всё, что она из себя представляет. Можешь любить мои объедки, кретин.

Слова — как кислота. Я замираю. До того, как успеваю подумать, кулак летит вперёд, врезаясь ему в лицо. Вторая рука держит за рубашку. Он шатается на носках, пока я удерживаю его у машины.

Хрящи под рукой ломаются с глухим хрустом, когда я врезаю снова. И снова. Кровь стекает по его подбородку. Нос, губа — всё разбито. Он уже обмяк, но я не могу остановиться.

Ещё удар.

И ещё. Что-то под пальцами сдвигается.

— Макинли, — мягкий, как дыхание, голос Грейс проникает сквозь злость, прямо в грудную клетку.

Я замираю.

Она рядом. Вижу её боковым зрением.

Её рука касается моего предплечья.

— Хватит, Мак.

Я вдыхаю так, будто кто-то может отнять этот воздух. Впервые смотрю ей в глаза.

Она улыбается — грустно, с покачиванием головы.

— Отвези меня домой?

Мой кулак разжимается, и Джоэл валится на асфальт. Офицер появляется сбоку, проверяет пульс.

Чёрт.

Он кивает и отступает, давая нам уйти.

Я ковыляю обратно к своим. У пикапа Рида Гарри заключает Грейс в долгие объятия, потом осматривает её с вытянутых рук. Затем он и мама садятся в Шеви. Как же он умудряется говорить так много, не произнеся ни слова?

Рид поправляет кепку.

— Оставлю вам немного пространства, — говорит он, садясь за руль.

Я прислоняюсь боком к кузову и притягиваю Грейс к себе.

— Господи, Грейси, я никогда в жизни так не боялся.

Я беру её лицо в ладони, поднимаю, чтобы взглянуть в глаза. И нахожу в них покой. Силу.

Ноги подкашиваются, я опускаюсь на землю, прижавшись лбом к её животу. Из груди вырываются тяжёлые рыдания, уродливые и бесконтрольные. Её пальцы гладят мои волосы, и она опускается на колени.

Я встречаюсь с ней взглядом, и она шепчет:

— Я знала, что бы ни случилось, куда бы меня ни увезли — я найду дорогу обратно. Я бы не перестала пытаться.

Моё лицо ломается.

Эта женщина.

Я не могу дышать.

— Как… — начинаю я, но воздух исчезает из лёгких.

— Потому что мы с тобой сильные, помнишь? Мы справимся. Вместе. Это моё место — быть рядом с тобой.

Она говорит не о себе. Как всегда. Такая чёртова самоотверженная. Я опираюсь о кузов F250, пытаясь прийти в себя. Когда дыхание выравнивается и нервы отпускают, я поднимаюсь на ноги. Грейс сразу же рядом, открывает мне дверь:

— Дом сейчас звучит как настоящая мечта.

— Есть, мэм, — это всё, что я могу выдавить.

Я смотрю на неё и не могу не восхищаться. Брошенная в багажник, связанная, с заклеенным ртом, а выходит из всего этого с поднятой головой. Боец. Я никогда в жизни не был так горд и так потрясён.

— Мисс Уэстон? — слышится голос за её спиной.

Она оборачивается.

— Да?

— Как только вы немного придёте в себя, нужно будет приехать в участок. Дать показания и подать заявление.

— Хорошо. Можно завтра?

Он кивает и на миг улыбается. Потом его взгляд находит меня. Задерживается. Он приподнимает край шляпы и разворачивается, направляясь обратно к машине. Похоже, в этих краях ковбойская справедливость кое-где ещё в цене — никто из полицейских даже не попытался остановить меня, когда я месил ублюдка. Словно ничего и не было.

Грейс забирается в кабину и устраивается между мной и Ридом. Её трясёт. Я снимаю куртку