Переплет розы - Айви Фокс

– Эй, я пытался остановить ее. Кол был тем, кто рассказал, где ты, ― объясняет Шэй, поднимая руки вверх, как бы снимая с себя вину за то, что привел меня сюда.

Тирнан скосил глаза на Колина.

– Твое неповиновение в последнее время начинает меня злить, Кол.

Колин не отвечает, но я могу сказать, что ему не нравится быть объектом гнева Тирнана.

– Убери ее отсюда. Сейчас же, ― приказывает он, как будто его приказ обязан быть выполнен.

Я оглядываюсь вокруг и понимаю, что во всем спортзале стало жутко тихо. Если я не сделаю что-нибудь сейчас, то кто-нибудь утащит меня отсюда, прежде чем я успею высказаться.

– Нет! ― восклицаю я, выходя с ним на ринг. – Ты выслушаешь меня, даже если это произойдет на глазах у всех твоих лакеев. ― Я указываю на всех мужчин, которые приближаются к рингу, чтобы лучше видеть.

Тирнан рычит, бросая свои боксерские перчатки на мат.

– Роза, ― произносит он мое имя сквозь зубы, измельчая его на мелкие кусочки, как будто он может так же легко проглотить меня. – Я не буду повторяться. Возвращайся в квартиру с Шэй и Колином.

– Хватит! ― кричу я, дойдя до предела своего остроумия.

Моя неженственная вспышка испугала его, и какая-то часть меня получает удовольствие от того, что я шокировала его.

– Ты мой муж. Возможно, это не было моим выбором или делом, но факт остается фактом. Мы поклялись перед Богом и семьей, что теперь мы одно целое. Я обещала повиноваться и быть верной тебе, пока смерть не разлучит нас. Но в этой клятве я ожидаю такой же формы верности. У тебя есть обязательства, которые ты должен выполнять.

– Обязательства? Ты говоришь так, будто это какая-то форма делового соглашения? ― Он насмехается.

– А разве это не так? Разве я не была продана твоей семье, чтобы держать в бизнесе таких мафиози, как ты? Разве мое обручальное кольцо не является доказательством такой сделки?

Его ноздри раздуваются, когда я указываю на свой безымянный палец.

– Моя семья не занимается продажей женщин, ― выплюнул он.

– Правда? ― Я маниакально смеюсь. – Если бы это было правдой, я бы вернулась домой в Мексику со своими братьями. Как бы ты ни хотел обрисовать наши обстоятельства, они именно таковы. Меня продали тебе за цену мира. И этот мир может быть достигнут только при соединении твоей крови с моей.

– Что ты несешь, Роза? Перестань играть в слова и просто говори, что думаешь.

Я сжимаю руки в кулаки, ненавидя, что этот человек заставляет меня произносить для него заклинания и унижаться еще больше, чем я уже сделала.

– Как я могу родить наследника, если мой муж отказывается жить со мной в одном доме? Даже прикасаться ко мне?

Его взгляд становится темным, и он сжирает расстояние между нами так, что мое сердце буквально подпрыгивает к горлу. Я не смею пошевелиться, не желая, чтобы он подумал, что я слабая или что он меня запугивает.

Но он это делает.

Я вижу босса семьи, когда он кладет руки мне на шею и прижимает меня к одному из канатов боксерского ринга.

– Эта истерика – просто твой способ сказать, что ты хочешь, чтобы тебя снова трахнули, Роза?

Его грубые слова, прошептанные мне на ухо, должны были бы оскорбить меня, но вместо этого они заставили нижнюю часть моего живота скрутиться в предвкушении. – И это все? Ты так жаждешь члена, что решила прийти в мой спортзал и показать себя перед моими мужчинами? Ты этого хочешь? Чтобы я вытрахал из тебя всю наглость, раз и навсегда?

– Я хочу, чтобы ты выполнил свою клятву, данную мне и моей семье.

– Я не помню, чтобы траханье твоих мозгов входило в условия договора, ― насмехается он, только усугубляя мое унижение.

– Нет. Но если ты сможешь придумать какой-нибудь другой сценарий, при котором я смогу родить ребенка твоей крови, то я только за.

Его черты меняются от насмешливых до откровенно смертоносных. Это должно быть лицо, которое его враги видят вблизи, когда он собирается зарубить их и отнять у них жизнь.

Тирнан наклонился ко мне еще ближе, пока его потная грудь не стала тереться о мою, вызывая дрожь в моем теле, не позволяя мне стоять на месте. Его дыхание целует мою кожу, мое сердце бежит со скоростью мили в минуту от того, как близко он находится. Но в то время как его тело пышет жаром, его взгляд холоден, как Антарктика.

Его глаза похожи на грозу, готовую ударить меня током там, где я стою.

Он не произносит ни слова, но в этот самый момент ему это и не нужно.

Он ненавидит меня.

Ненавидит во мне все.

И мое сердце замирает внутри и умирает, оплакивая жизнь, которую я могла бы прожить с мужем, который действительно заботился обо мне. Я не трушу и не опускаю взгляд, хотя уверена, что он видит написанную в нем печаль. Но отвести взгляд означало бы поражение. Пусть он прочитает, как я несчастна. Пусть он захлебнется моими страданиями, как и я с тех пор, как ступила на землю Бостона. Я чувствовала себя чужой и врагом с самого первого дня.