Искры льда - Елена Хантинг

Ее телефон вибрирует. Звучит песня про павлина.

– Надо ответить.

Она отходит подальше, чтобы я не слышал, но мне не нужно слышать – я вижу язык ее тела. Она проводит ладонью по волосам, упирается в хвост. Поднимает глаза к небу.

Вайолет сжимает челюсть, глаза блестят. Я знаю это выражение лица. Она пытается не плакать. Она поднимает руку, солнце выглядывает из-за облаков, свет отражается от бриллианта, пуская лучи танцевать по лицу Ви. Она снова разворачивает камень и сжимает кулак. Подносит его ко рту.

Может, будет лучше, если я оставлю Санни в покое, даже если только от одной такой мысли мне больнее, чем от паучьего укуса в яйца. Не знаю, хочу ли влюбляться так сильно, как Ви любит Уотерса. Кажется, это слишком больно.

* * *

Видимо, Лили не очень понравились фотографии Рэнди со сбора средств. На всех его вещах, разными цветами, маркером написано «Козел». На трусах – «Внутри маленький член». Это было бы смешно, если бы случилось с кем-то другим.

Обычно они с Лэнсом над таким смеются. Но не в этот раз. Рэнди плохо, и не в плане «о нет, у меня новый сталкер», а в плане «я все испортил». Он закидывает свои испорченные вещи в сумку и застегивает ее.

– Надо ехать в больницу, тебе нужны швы. – Он тычет на мой лоб.

– Ви меня отвезет.

– Я буду ехать следом на арендованной машине. – Рэнди берет со столика записку, открывает и читает, а потом сует бумажку в карман.

Ви появляется в дверном проеме.

– Все хорошо, езжай в Торонто, если хочешь. Мы можем там застрять. Я сама отвезу Бака в аэропорт.

– Тебе точно не сложно ехать аж туда?

– Нет, я не против.

У меня слишком болит голова, чтобы спорить. Позволяю Рэнди разобраться с арендой. Придется гадать, поедет ли он в Гуэлф. Если да, то ему стоит сначала заехать в магазин экипировки и прикупить ракушку.

Как только все загружено в машину, Ви бежит обратно в дом, потому что забыла там что-то. Возвращается с пластилиновой фигуркой члена в супергеройском плаще. Обнимает его, а потом кладет на заднее сиденье, аккуратно завернув в толстовку.

– Объяснишь?

Она похлопывает его по головке.

– Это ЧЧ. В честь важного момента.

Вероятно, не стоит задавать следующий вопрос, потому что не хочу знать ответа.

– Какого момента?

– Когда я чуть не задушила ЧЧ Алекса, нарядив его в костюм супергероя. Поверь, ты не хочешь знать подробности, но, может быть, кто-нибудь расскажет об этом на нашей свадьбе. Если свадьба будет. Я еще надеюсь уговорить Алекса сбежать.

Я был прав. Не хочу это слышать.

* * *

Находим в Брейсбридже больницу. Она меньше, чем любая из больниц Чикаго, но люди тут приятные. Как правило, в Канаде везде так. Кто-то узнает мое имя, Вайолет все завуалированно объясняет, и меня тут же принимают. Травмы головы всегда первостепенны. У меня сотрясение, но средней тяжести. Нос сломан, на лоб накладывают шесть швов. До этого момента я прожил без единой травмы лица, помимо прилетевшей в детстве шайбы в зубы. Неудивительно, что это Уотерс подправил мне статистику.

Мне читают привычную лекцию насчет того, что меня надо будить каждые несколько часов. Врач вправляет мне нос и накладывает гипс. Фингалов пока нет, но, уверен, будут. Жду, пока кто-нибудь принесет мне обезболивающее и отпустит, проверяю сообщения. В почте висят письма от Эмбер. Если бы я прочитал их вчера, то лучше бы знал, что это за сбор средств и почему не стоит на него ходить. Жаль, что я этого не сделал. И что не проверил голосовую почту, потому что, оказывается, я пропустил еще и звонок от Эмбер. Иногда я чувствую себя таким же тупым, каким меня считают люди.

Санни ничего не написала. Надеюсь, Уродская Борода там ее сейчас не успокаивает. Вроде бы и хочется ей написать, а вроде бы и нет. Разрываюсь.

Из больницы мы едем в Торонто. Ярко-голубой холст неба в белую пушистую крапинку начинает розоветь по краям, солнце тонет в верхушках высоких деревьев вдоль трассы. Уже так поздно, а в Торонто мы доберемся только затемно. Мне стыдно, что Ви приходится меня везти. Я под обезболами, мне нельзя садиться за руль.

– Позвоню в аэропорт и узнаю, есть ли на сегодня рейсы.

– Может, съездишь со мной в Гуэлф?

– Нет смысла. Я уже ничего не изменю. Санни мне не доверяет, Уотерс и Лили меня ненавидят.

– Лили тебя не ненавидит.

– Рэнди тоже так сказал. Но мне сложновато в это поверить.

– Даже она пыталась успокоить Алекса. А вот Рэнди… Не знаю, что между ними произошло, но, фух, как же она разозлилась. А еще тебе повезло, что в вашу спальню первой попала я. Вы вообще знаете, что такое мусорное ведро?

– Зачем ты пошла в комнату Санни?

– Алекс попросил посмотреть на ее волдыри. Бедняжка. Сиськи выглядели просто ужасно. – Ви хватает собственную грудь, как будто от сочувствия у нее самой все заболело. – Мне не хочется дожидаться Алекса из тюрьмы, а если бы он нашел разбросанные по комнате презервативы, сломанным носом ты бы не отделался.

Мне хочется восстановить справедливость и напомнить ей, что я буквально застукал их в раздевалке, но, видимо, это другое дело и мои проколы перевешивают его.

Когда мы подъезжаем к Торонто, я настаиваю, чтобы Ви везла меня в аэропорт.

– Уверен? Может, тебе отлежаться в отеле ночь и поспать?

– У меня дома есть дела.

– Ты про сбор средств? Все еще в силе?

– Не знаю. Наверное. – Я вспоминаю Майкла и насколько его жизнь сложнее моей. – Да. В силе.

– Круто. Пора тебе показать людям свое большое сердце.

– Ненавижу интервью.

– Придется перетерпеть.

– Мне столько надо будет запомнить. Ты не представляешь, каково это – жить с дислексией.

– Нет, не представляю. Но я знаю, что такое быть неловкой.

– Это даже в сравнение не идет. В средней школе я умирал на каждой презентации.

– Презентации? Всего-то? Думаешь, проще было быть девчонкой в классе с углубленной математикой? Да прям уж. Было стремно. Я и так была ботаничкой. Мои одноклассники даже не пытались регулярно мыться. А ты? Тебе постоянно нужна была «помощь». – Она показывает кавычки пальцами. – А на самом деле всех своих помощниц ты пялил. Все вокруг тебя бегали, будто ты Шкаф-король Говноляндии. Быть твоей сестрой в старшей школе было пыткой. Но я это пережила. И тебе пора.

– Да, но тебе легче, ты же капец какая