Маленькая слабость профессора некромантии - Таня Свон

Кожей чувствовала взгляды, которыми меня прошили. Никто не сказал вслух, но все точно подумали о том, что этого «гостя» притащила именно я.

— Распутница, — шикнула старшая, а я лишь улыбнулась.

Не удивлена… Сестры точно думают, что магии и своего статуса я лишилась из-за слабости характера. Думают, что я поменяла силу на чувства. И хоть они знали, как все случилось на самом деле, верили мне неохотно.

И пусть.

— Прогонять гостя нельзя. Пусть смотрит, если хочет, — неохотно произнесла одна из женщин, и остальные согласились с ней, а я выдохнула.

Хорошо. Зная, что Люциус рядом, буду чувствовать себя спокойнее.

Скоро настал час, когда мне пора было выходить в главный зал.

Коленки дрожали. Несмотря на закрытый фасон платья, я дрожала будто от холода.

Двери в зал открылись, сестры начали читать молитвы Пустоши. Все шло, как положено, кроме одной детали.

Все знали, что этот ритуал – обман и завершится ничем.

Я позволила себе нарушить одно правило, и, когда шла к статуе, нашла взглядом Мора и слабо улыбнулась ему. Он сделал то же самое в ответ и кивнул.

«Я рядом», — различила в этом я, и стало так хорошо на душе!

Прочитала молитвы и заклинания, опустилась на колени и низко опустила голову. Воцарилось тяжелое молчание.

Если бы все было правильно, то сейчас мое тело бы объяло тенями. В них бы исчезла Лирида, но родился бы новый оракул.

Но ничего не происходило.

Минуту, две… Я просидела в такой позе около четверти часа, покорно ожидая хоть чего-то. Уже собиралась встать и уйти, оставив позади эту часть своей жизни. Как вдруг статуя зашевелилась.

Вопреки правилам, я вскинула голову.

Никогда не слышала, чтобы подобное случалось на церемониях! Уже успела надумать самое страшное, решила, что это конец!..

Глаза статуи стали непроглядно черными. Каменное изваяние медленно, со скрежетом, подняло руку и указало на Мора.

«Живи и неси мои знания людям», — прозвучал в голове знакомый голос Пустоши. Но в этот раз он обращался не ко мне.

Похоже, все в этом зале услышали богиню. Ведь каждая пара глаз сейчас смотрела на Люциуса Мора, который выглядел растерянным…

«Пока я был у Пустоши, я почерпнул знания, которые живым еще недоступны», — вспомнила слова профессора я и пораженно уставилась на него.

Быть не может!

Пустошь не получила оракула, но избрала Мора вестником ее знаний?

— Буду служить во славу вам и науке, — пообещал Мор, опускаясь в поклоне.

«Я больше не трону вас, — пронеслось в мыслях, и я поняла, что теперь богиня говорит лишь со мной. – Я видела будущее и знаю, что вместе вы добьетесь многого и прославите меня. Этот мужчина совершит великие открытия с помощью знаний, что я вручила ему на той стороне».

На той стороне… Она о смерти Мора.

«С помощью знаний… И благодаря тебе», — договорила Пустошь, а затем черные глаза статуи стали обычными холодными камнями.

Я не решалась пошевелиться еще с минуту, пока Мор первым не подлетел ко мне. Он опустился на колени рядом и крепко обнял, унимая дрожь.

— Мне показалось, или нас только что благословила сама Пустошь? – спросила, цепляясь за плечи Люциуса, как за спасательную соломинку.

Он держал крепко, уверено. С улыбкой кивнул на постамент статуи, где что-то шевелилось… Что-то маленькое, костлявое. И безумно похожее на скелет кошки!

Скелла, радостно мяукая, кинулась к нам. Она ластилась, терлась мордочкой о мою щеку и о ладони Мора. Глядя на мою ожившую малышку, я не могла сдержать слез счастья.

Несмотря ни на что, Пустошь со мной. И Скелла – еще один ее подарок.

— Определенно, — выдохнул Люциус, целуя меня в висок. – Богиня хочет, чтобы мы жили долго и счастливо, прославляя ее. И кто мы такие, чтобы спорить?

КОНЕЦ