Забавная история - Эмили Генри

Краем глаза я вижу, как Джулия входит в комнату с цветами в вазе. Она очень ловко разворачивается и направляется обратно на кухню.

Папа говорит:

— Мы так счастливы быть здесь, ребёнок. Двоюродная сестра Старфайр, Сандра, говорит, что нам нужно съездить посмотреть на дюны, пока мы здесь.

— Она тоже экстрасенс, — говорит Старфайр, кивая с энтузиазмом.

— Кто? — спрашиваю я.

— Сандра, — говорит она. — У неё есть дар.

Жаль, что она не предупредила их, что в нашей квартире для них нет места.

— У меня самой тоже есть немного, — продолжает Старфайр. — Мой психотерапевт говорит, что я экспат.

(Вообще слово" экспат" означает человека, который живёт и работает за пределами своей родной страны, часто это по приглашению иностранной компании, — прим)

— Ты хотела сказать «эмпат»? — подсказываю я, на мгновение отвлекаясь от своей глобальной цели.

Она качает головой.

— Нет, я отношусь к другому типу. Я излучаю сильные эмоции.

Я делаю паузу, чтобы вспомнить, в какой момент этот разговор сошёл с рельсов.

— У нас нет комнаты для гостей, — говорю я папе. — У нас даже дивана сейчас нет. Джулия живёт с нами, — я слабо машу в сторону башни из одежды, подушек и постельного белья.

Папины тёмно-русые брови сходятся на переносице — выражение замешательства, вероятно, из-за того, что ему отказывают в том, о чём он даже не удосужился попросить. Затем он смеётся.

— О, нет, — говорит он, качая головой. — Мы бы не посмели навязываться.

С каких это пор?

— Нет, нет, я снял нам номер в мотеле, — говорит он. — Это далеко от города, но мы не против того, чтобы ездить туда и обратно.

Это действительно сюрприз.

— Подожди секунду, — глаза Старфайр широко распахиваются. — Я думала, здесь две спальни.

— Так... и есть? — Майлз прищуривается, как будто если он сосредоточится, то сможет уловить её логику, витающую в комнате.

— И вы не используете одну из них как комнату для гостей? — спрашивает она.

— Нас двое, — уточняю я.

— Вы не делите одну комнату? — встревоженно спрашивает папа.

Впервые улыбка Старфайр увядает.

— О нет, — по её голосу можно подумать, что она вот-вот заплачет. Она переводит взгляд с Майлза на меня. — Вы хотите поговорить об этом? Мы могли бы стать, типа, вашими наставниками. Вашими наставниками в любви.

— Что? — спрашиваю я, а Майлз вопрошает: — В любви?

Старфайр понижает голос до шёпота, как будто это может помешать остальным услышать, и наклоняется, чтобы похлопать Майлза по колену.

— Вы двое справитесь с этим.

— С чем справимся? — Майлз качает головой, снова прищуриваясь.

К сожалению, я не так растеряна, как он.

— Мы не вместе.

Он вздрагивает, когда приходит понимание.

— О нет, — восклицает Старфайр. — Вы расстались? — её плечи подрагивают. Я искренне думаю, что эта женщина, которую я никогда не встречала, вот-вот расплачется из-за отношений, которых никогда не было.

— Мы друзья! — уточняет Майлз, даже слишком лихорадочно. — Просто друзья. Отдельные комнаты.

— Ой, фух! — папа смотрит на меня и большим пальцем показывает на Майлза. — Мне нравится этот парень. Рад, что теперь я не должен испытывать к нему неприязни. Особенно после того, что случилось с предыдущим парнем! Кто-нибудь хочет есть? С радостью запоздало отпраздновали бы твой день рождения, ребёнок.

— Конечно, мы не хотим мешать, — Старфайр кладёт наманикюренную руку на сгиб папиного локтя. — Раз уж вы нас не ждали.

— Определённо, — говорит папа. — Мы подстроимся под твоё расписание, будем довольствоваться тем временем, которое ты сможешь уделить паре старых пердунов.

Старфайр фыркает и хлопает его по руке.

— О, возьми свои слова обратно, ДжейДжей. Тебе ровно столько лет, на сколько ты себя чувствуешь.

— Большую часть времени я чувствую себя на двадцать два, — говорит мне папа, и в его глазах искрит обожание.

Это вызывает у меня в груди целый шквал непонятных эмоций.

Смягчение по отношению к этому его новому воплощению, у которого есть партнёрша, подходящая по возрасту, и предусмотрительность, чтобы забронировать номер в мотеле.

Но также и пробуждение старой обиды. Напоминание о том, что мой отец так и не нашёл человека, которого не смог бы полюбить сильнее, чем он когда-либо любил меня или маму, на нашёл место, где он не хотел бы быть больше, чем дома.

— Что скажешь, ребёнок? — спрашивает он. — У тебя есть время поиграть в гида для своих папы и мачехи?

Майлз бросает на меня взгляд, приподняв бровь, ожидая, что я подам сигнал «Перепрыгни через журнальный столик и подожги что-нибудь, пока я буду вылезать в окно!»

И, может быть, мне стоит... Может быть, папа просто ставит коробку с кексами на самодельную мину-ловушку.

Но он здесь. С женой, с уже забронированным номером, и, насколько я помню, впервые он спрашивает, свободна ли я, а не предполагает, что я брошу всё, потому что он соблаговолил появиться.

— В наших планах есть место ещё для двоих? — спрашиваю я Майлза.

Он поднимает голову. Я вижу, что он ждёт чего-то большего, чем этот сигнал, поэтому добавляю:

— Возможно, мы сможем скорректировать планы?

Он на секунду задерживает на мне взгляд, давая мне шанс передумать и во всю глотку закричать «Райан Рейнольдс!».

Я этого не делаю.

Он адресует им более сдержанную версию своей озорно-очаровательной улыбки.

— Вы все взяли с собой купальные костюмы?

Джулия просовывает голову обратно в комнату, нисколько не стыдясь того, что она, очевидно, подслушивала, стоя на одной ноге вне поля зрения.

— Я так и знала! Мы идём плавать на лодке, не так ли?

Глава 25

«Лодка» — это старый понтон, принадлежащий другу Майлза. Владелец хозяйственного магазина / парикмахерской, где он покупает инструменты и стрижётся. Майлзу разрешено пользоваться понтоном, когда тот свободен. Я веду машину, а папа едет впереди, Майлз, Джулия и Старфайр втиснулись на моё заднее сиденье, и Майлз даёт указания устно, а не с помощью GPS, потому что не помнит адреса парня.

Я предполагала, что мы будем кататься на лодке по озеру Мичиган, но дальше от озера Мичиган площадью двадцать две тысячи квадратных миль есть десятки озёр поменьше. Мы направляемся к одному из таких, к озеру в более традиционном смысле этого слова, с деревенскими коттеджами вдоль берега и тростником, колышущимся на мелководье.

Мы паркуемся на длинной лесистой дорожке перед великолепным зданием, которое либо наполовину построено, либо наполовину реконструировано. Судя по заросшей траве вокруг припаркованных автофургона и старого грузовика, я склоняюсь к последнему варианту. Что это место принадлежит умельцу, который самостоятельно и неспешно