Мажор и заноза. Нам нельзя - Ника Княжина

Сейчас я хочу слышать её громкие стоны, хочу видеть, как она раскрывается передо мной, как шепчет моё имя, как от накатывающих эмоций с её глаз срываются слёзы наслаждения. Впиваюсь в её губы, бешено целую. Забираю её удовольствие себе, выпиваю его, вбираю в себя её сбившееся дыхание.

Переключаюсь на шею. Стараюсь не переходить за грань и больше не кусать её, хотя на каких-то странных первобытных инстинктах хочется снова вгрызться зубами в её кожу. Оставить как можно больше засосов, чтобы все кругом знали, чья она.

– Яр…

Да. Кричи моё имя, Тенёчек.

Усиливаю напор. Толчки выходят ещё глубже, ещё жёстче. Она впивается ногтями в мою спину, царапает. До боли. Но я как грёбанный мазохист только ещё больше возбуждаюсь от её дикой реакции.

Да, впивайся ногтями в меня, терзай, кусай, целуй… Отзывайся на меня, Тенёчек.

Это и есть пытка. Сладкая. Обоюдная. Словно у нас вообще никогда не было тормозов. Мы на всех парах влетели в это чувство. Без перерыва, без передышки. Нырнули с головой на самый океан порока. И поняли, что там идеальное для нас место.

Осталось только услышать её «да». И я не шутил. Всю ночь буду её трахать, доведу до исступления, лишь бы она призналась, что тоже хочет этого. Быть со мной. С таким вот чокнутым психом.

– Ты волшебная, Тенёчек. Невозможно же тобой насытиться, – шепчу ей в ухо.

Целую, прикусываю мочку, за ушком, ниже. Изучаю каждую её реакцию. Понимаю, что хочу бесконечно получать эту дозу удовольствия. Вечность. С ней. Только с ней. С той, кто выворачивает все мои желания наружу, достаёт из глубин то, что я про себя и не знал. Не думал…

Это крышесносное ощущение. Заниматься сексом с той, которую… любишь.

И самое невероятное во всём этом – не моё удовольствие, не мои ощущения, а её. Я не могу оторвать взгляда от её приоткрытых губ, которые она периодически соблазнительно облизывает. Не могу не смотреть на вертикальную складку между бровей, когда из её груди вырывается стон. Не могу не кайфовать от вида трепещущих длинных ресниц, от вида вздымающейся от прерывистого дыхания груди.

Она… идеальна.

И её реакция на меня – залипательна.

Я ей дарю эти эмоции. От меня она кончает. Я в ней. И каждый мой толчок заставляет её тело петь. Для меня. Лучшей музыки я никогда в жизни не слышал. Ни один инструмент не сравнится с ней.

– Иди наверх, – командую.

Переворачиваюсь, устраивая её сверху. И она подчиняется. Скользит по мне, а я смотрю, как подпрыгивает её грудь. Протягиваю руки и сжимаю её. Да, восхитительно. Растираю соски между пальцев, вызывая в её теле дрожь.

– Ммм… Ярослав…

– Да, давай, Тенёчек. Пой.

Она на миг застывает, открывает глаза. Опускает на меня смущённый взгляд.

– Петь?

– Мне нравится, как ты звучишь.

Опускаю руку и щипаю её за задницу. Тенёчек вскрикивает, а я ухмыляюсь, как идиот. Не реагирую на её недовольный взгляд. Вместо этого поднимаюсь и ссаживаю её с себя. Пара секунд, и она уже лежит на кровати, пятой точкой ко мне.

Врываюсь сзади. Давлю на поясницу, чтобы прогнулась ещё сильнее. И дерзко, глубоко толкаюсь в ней. Шлёпаю по ягодице. Алёна выгибается ещё, стонет и впивается пальцами в покрывало.

– Ну что? Готова стать моей девушкой?

– Ни за что! – возмущается Тенёчек, упираясь лицом в кровать.

Ладно. Нужна тяжёлая артиллерия. Я опускаю руку вниз и накрываю чувствительный бугорок. Медленно, почти издевательски поглаживаю. Чувствую, как она вся подрагивает в моих руках.

– Яр… Ещё… Быстрее, – захлёбывается она от эмоций, двигает бёдрами, пытаясь меня ускорить.

Но я торможу процесс везде. Толчки становятся ленивыми, пальцы едва шевелятся на ней. Алёнка почти уже хнычет в покрывало. Просит, чтобы я не останавливался, чтобы я ускорился, но я игнорирую.

Наклоняюсь к ней. Второй рукой обхватываю её волосы и наматываю себе на кулак. Чуть приподнимаю её голову.

– Что ты хочешь, Тенёчек? Чтобы я был активнее? – усмехаюсь.

– Да. Пожалуйста…

– Ты знаешь, что нужно сделать. Просто скажи мне, что ты – моя. И всё продолжится.

Сдавленно ругается. Кажется, даже с матами. Ничего себе, не ожидал от неё, как же её задевает, однако. Сквозь ругань слышу даже «ненавижу».

Да-да. Именно это ты ко мне и испытываешь, Тенёчек. Так ненавидишь, что желаешь мне отдаваться. Снова и снова. Это ведь так логично.

– Скажи, – настаиваю.

– Да, я – твоя, – вздыхает. – Пожалуйста… продолжай.

– Не так. Ты должна