Злой дьявол - Сиенна Кросс

— Итак, — наконец говорит Шон, — ты правда та, кто в прошлом году пустил пулю в череп Конора Уорда?

Я смотрю на него краем глаза.

— Это то, что говорят?

Он усмехается.

— Говорят много всего. Красивая, смертоносная, призрак, когда нужно. Ты вроде как легенда для той, кто исчез после смерти Имона.

Моя челюсть сжимается.

— Ты слишком много болтаешь. — Сколько информации Papà вообще дал этому парню обо мне? Не похоже на него.

Шон смеется, ничуть не обидевшись.

— Да, ну, я не думал, что ты будешь такой тихой. Или красивой. Я думал, ты будешь более кровожадной.

— Подожди, пока я не выпью кофе.

Еще один смешок.

— Ты остановишься у меня, — добавляет он после паузы, теперь более серьезно.

Я не уверена, как к этому отношусь, но пока держу язык за зубами. Papà не поселил бы меня у парня, если бы не доверял ему.

— Это на верхнем этаже, Вест-Виллидж, — продолжает он. — Там безопасно, тихо и незаметно. У тебя будет одноразовый телефон, коды доступа и все, что нужно. Хочешь есть?

— Нет.

— Захочешь. Ты слишком худая, чтобы совершать убийства.

Я бросаю на него взгляд, способный убить менее стойкого мужчину.

— Потише, девица. — Он усмехается. — Просто наблюдение.

Остаток поездки проходит в тишине, нарушаемой лишь низким гулом двигателя и резким стаккато клаксонов в пробках. Снаружи Манхэттен пролетает мимо размытой полосой. Сверкающие башни, мигающие рекламные щиты, пар, поднимающийся из люков. Красивый хаос. Прямо как я его запомнила.

— Тебе здесь понравится, — говорит Шон спустя какое-то время.

Я не нахожу нужным говорить ему, что это не мой первый визит. Лучше, если он будет меня недооценивать, как они все обычно и делают. Это то, что делает меня хорошей в своей работе.

— Просто береги спину. Город кишит людьми Росси, и большинство из них слишком самоуверенны, чтобы оглядываться через плечо. Особенно Маттео.

Я не отвечаю, но моя рука сжимается в кулак на колене.

Он косится на меня.

— Ты убьешь его, да?

Этот парень проверяет меня или просто оценивает? Я встречаю его взгляд сквозь солнечные очки.

— Таков план.

Его улыбка слегка гаснет.

— Хорошо. — В его голосе появляется что-то жесткое. Что-то личное.

— У тебя проблемы с Маттео Росси?

— Мой кузен попал в ту перестрелку в поместье Куинланов. Пуля Маттео или, может, кого-то из других Росси задела его позвоночник. Он больше никогда не будет ходить.

От этого мой пульс сбивается.

Потому что, как бы я ни создавала образ Маттео как монстра в своем сознании, я прекрасно знаю, что кровь, пролитая той ночью, была не с одной стороны. Росси тоже потеряли людей. В конце концов, это Коналл похитил девушку, и она чуть не умерла. Это была война.

Война, о которой я не просила, но которую теперь должна закончить. Как хороший солдат.

Шон заезжает в узкий кирпичный переулок, затем в частный гараж, железные ворота с лязгом закрываются за нами. Здание наверху элегантное и тихое, спрятанное на улице из таунхаусов из бурого камня и бутиков-кафе.

— Верхний этаж твой, — говорит он, ведя меня вверх по узкой лестнице. — Я этажом ниже. Здесь ты будешь в безопасности.

Он отпирает дверь и отступает в сторону. Квартира минималистична и современна, вся из стали, шифера и теней. Чисто. Тихо. Холодно.

Мне нравится. Полная противоположность моей теплой, уютной и яркой квартире в Сицилии тем летом.

— Если что-то понадобится, звони мне. — Он протягивает мне одноразовый телефон. — И когда будешь готова нанести удар в Vault...

— Я дам тебе знать. — Ложь. Я работаю одна. У меня нет намерения брать Шона с собой, когда я сделаю свой ход. Но ложь таким мужчинам, как он, — это то, что сохраняет мне жизнь.

Он задерживается в дверях, взгляд скользит по мне, словно он пытается разгадать загадку.

— Только не влюбись в этого парня.

Мои глаза резко встречаются с его.

— Что ты сказал?

Он пожимает плечами.

— Ничего. Просто не подходи слишком близко. Он не просто так в списке самых завидных женихов Манхэттена. У этих мальчиков Росси есть способ заставить даже обученных убийц колебаться. Все они — очаровательные слова и быстрые усмешки.

Я выдавливаю улыбку.

— Поверь мне, это не будет проблемой. Я не буду колебаться.

Он кивает один раз и исчезает. И когда дверь за ним закрывается, я наконец позволяю себе дышать. Потому что он прав. Одной ошибки достаточно.

И я никогда больше не позволю Маттео Росси быть моим.

ГЛАВА 4

ВЗРЫВ БЛЕСТОК

Маттео

Настоящее время

Квартира Изабеллы выглядит как после взрыва блесток. По обеденному столу разбросаны ленты, на стойке шатко громоздятся стопки журналов о свадьбах, и полупустая бутылка просекко оставляет влажное кольцо на подставке в форме обручального кольца.

Алиссия устроилась на диване с ноутбуком, тараторя о цветовых палитрах так, будто ведет враждебное поглощение для Gemini Corp, а не помогает планировать свадьбу, в то время как Серена и Рори спорят о цветах с энтузиазмом, обычно приберегаемым для кровной мести.

А Антонио, бедный bastardo, просто сидит в кресле, позволяя своей невесте давить на него. Он потягивает виски с тихой обреченностью человека, который знает, что его все равно победят. Некогда гроза Рима, похитивший Серену ради мести, он теперь низведен до кивания над цветочными композициями. Если бы его отец мог видеть Антонио сейчас, он бы умолял о той пуле в голову.

Раф, его брат, конечно же, подливает масла в огонь, нашептывая предложения на ухо Изабелле, от которых она закатывает глаза так сильно, что я удивляюсь, как она их еще не потеряла. Для этих двоих — это лишь вопрос времени. Скоро вся печально известная команда кузенов переженится.

Я откидываюсь на кухонный остров, покачивая янтарную жидкость в бокале, наблюдая за всем этим разворачивающимся действом, словно за личным комедийным шоу.

— Мэтти, ради бога, скажи ей, что оранжевые розы — это безвкусица, — требует Серена, указывая на Рори взмахом наманикюренной руки.

Рори, босая и раскрасневшаяся от смеха, парирует:

— Они осенние. Свадьба в...

— Мае! — рявкает Серена. — А не осенью. У вас в Белфасте что, времен года нет? Это имеет смысл, если ты выходишь замуж за тыкву, а не за Феррара.

Антонио поднимает бокал, его акцент становится сильнее после нескольких напитков.

— Я бы женился на тыкве, если бы это заставило тебя перестать кричать на меня из-за складывания салфеток.

Комната взрывается смехом, даже Алиссия криво улыбается за экраном.

Вот что значит быть в команде кузенов. Шумно. Свое