Лекарка из другого мира - Ольга Кобзева

— Даргара нужно спустить сюда, — выдохнула Евсия, так и не восстановив дыхание. — Почуют его. Тащи! — отрывисто командовала она.

Глава 7

Даргара? Шестеренки в мозгу проворачивались с трудом. Парня! — наконец поняла я, о ком говорит Евсия.

Послушно пошла к топчану. Когда стаскивала с кровати, в очередной раз удивилась собственной выносливости. Тяжеленный! И как я смогла волочь его по лесу так долго?

В какой-то момент парень открыл глаза и посмотрел прямо на меня. В темноте хижины блеснули ярко-синие глаза. На несколько секунд замерла, завороженно рассматривая. Не удержавшись, дернулась и провела ладонью по небритой щеке. Мягко коснулась надбровных дуг, подушечками пальцев мягко провела по векам.

Я ничего не могла с собой поделать. Этот взгляд манил, гипнотизировал, затягивал…

— Не смотри ему в глаза! — дернула за плечо Евсия, вырывая из вязкого состояния. — Арх! — прошептала она ошарашенно. — Высший арх!

Евсия тоже замерла. Сложила руки на груди крест-накрест, склонила голову, что-то исступленно шепча. Я разобрала лишь имя Богини, о которой Евсия уже упоминала — Валрея.

В это время парень моргнул и отключился. Мне кажется, он хоть и открывал глаза, в себя до конца так и не пришел.

Все же стащила его с кровати. Тяжелый. Евсия помогла, проявив недюжинную силу, какой невозможно было ожидать от сухой скрюченной старой женщины.

Вместе мы спустили его в подвал. Евсия наказала сидеть тихо и не высовываться ни при каких обстоятельствах. Дала наставления и с грохотом закрыла крышку.

Клаустрофобией никогда не страдала, но оказаться в кромешной темноте в узком тесном земляном мешке было некомфортно. Поежилась, обхватывая себя руками за плечи.

Что ж, зато у меня есть время на честный разговор с самой собой. Кажется, пора признать, я — больше не я. Точнее, не та я, какой я себя знаю. Вариантов тут, на самом деле, несколько, один хуже другого. Я могла сойти с ума, резко, внезапно, и теперь бреду в плену своих фантазий. Второй вариант — скорее вариация первого. Наркотический сон, бред, кома… Ну или третий.

Сделала глубокий вдох, прежде чем озвучить это, пусть и в уме, пусть и наедине с собой. Третий вариант — самый безвозвратный, самый бескомпромиссный, самый окончательный. Та я, которую я себя помню, Ирина Владимировна Измайлова тридцати пяти лет от роду, умерла. Точнее не так. Погибло тело, только оно. Ведь сознание, мой дух, моя память, я сама — вот она. В другом месте, радикально отличном от привычного мне мира, в другом теле, но с тем же сознанием.

Боже, — еще плотнее обхватила себя руками. Даже не верится, что я правда всерьез рассматриваю вероятность переселения душ! Но этот вариант кажется мне самым правдоподобным. Отказываюсь я верить в то, что сошла с ума! Просто отказываюсь!

Ровное дыхание парня умиротворяло и даже немного успокаивало. Подсела к нему поближе, обхватила теплую, сухую ладонь, спиной привалилась к холодной стене. Закрыв глаза, стала прислушиваться к звукам извне.

Евсия затихла. Поначалу слышались ее шаги, теперь же сверху царила тишина. Криков и другого шума сюда тоже не доносилось. В домик, к счастью, никто так и не пришел.

Несмотря на то, что проспала почти весь день, все равно уснула, слишком уставшая и измученная переживаниями последних дней. Так мы и спали с неизвестным синеглазым парнем — он на земле, я рядом, привалившись к теплому боку.

Проснулась от того, что кто-то убрал волосы с моего лица. Открыла глаза, в первые секунды не видя ничего. Как и потом, собственно. Но как-то все же догадалась, что он на меня смотрит. И даже, кажется, видит.

— Где мы? — впервые услышала тихий голос.

Еще не мужской, но уже не детский. Голос взрослого юноши. Чуть хриплый, но уверенный.

— В лесу.

— Информативно, — хмыкнул парень, шевелясь, меняя позу. — По мне, так в какой-то яме, — заметил он.

Поддержал меня, чтобы не упала, сам тоже сел.

— Мы в жилище старой женщины где-то посреди леса. Ночью что-то случилось, — сбивчиво стала рассказывать я. — Она сказала, что тут безопасней. Это подвал ее дома.

— Как мы сюда попали? — спросил он, копошась, ощупывая стены нашего убежища. — Кто смог вытащить из того мрака? Адилхан? Джабир? — предположил он. — Сколько времени прошло после нападения? Мне, признаться в тот момент казалось, что погибли все охранники, — выдохнул тяжело.

— Я не знаю количества погибших, — пришлось сообщить мне. — Я… вообще ничего не знаю. Увидела, что ты ранен, решила, что смогу помочь…

— Подожди, Эурика, — перебил парень, а я замерла. — Хочешь сказать, что это ты меня спасла? — парень передвинулся, я не могла видеть в темноте, но мне кажется, он смотрел на меня.

— Эурика? — облизала вмиг пересохшие губы. — Ты знаешь, как меня зовут?

— Знаю, — ответ услышала после небольшой заминки. — А ты?

— Нет. Я не знаю своего имени.

— Если это шутка, то не смешная, так и знай! — рассердился парень. — Мое-то хоть помнишь? С кем, по-твоему, ты говоришь?

— Прости, — извинилась, хотя моей вины в незнании никакой. — Твоего имени я тоже не знаю.

— А я-то думаю, почему ты так раскована? — почти весело хмыкнул синеглазый.

В этот момент крышка подпола над нами поднялась. От резанувшего по глазам света зажмурилась. Быстрый взгляд на синеглазого… то есть… парень больше не был синеглазым! Обычные глаза, светло-серые, кажется. Ничего не понимаю! Даже головой мотнула, глядя на спасенного настороженно. Он же все свое внимание сосредоточил на Евсии.

Старуха прятала глаза, на парня старалась не смотреть, при этом весь ее вид выражал почтение и едва ли не раболепие.

Парень выбрался первым, легко вытащил и меня.

Евсия смотрела на меня исподволь, словно чего-то ждала. Я же совершенно ничего не понимала.

— Арх? — выдохнула она вопросительно, почтительно склоняя голову.

— Я приходил в себя? — вопросом на вопрос ответил парень.

— Открыл глаза лишь раз, — пояснила старуха.

— Кто был рядом?

— Только мы с Иргой.

— Ее зовут Эурика, — нахмурился парень, метнув на меня короткий взгляд. — Ты ведь ворожея, я правильно вижу? — спросил он у Евсии.

— Носительница Искры Великой Валреи, — подтвердила старуха. — Арх не ошибся,