Укуси меня - Пенелопа Барсетти

Я сопротивлялась изо всех сил, но это было похоже на борьбу с приливной волной. Я уперлась руками в его живот, а затем стукнула его по голове:

– Ты чертов…

– Довольно.

Он схватил меня за шею и швырнул в грязь. Сила была такой, что мне показалось, будто на меня упало дерево. Его пальцы впились в мою кожу, словно он хотел меня задушить. Он сжимал все туже и туже, но, сдержав себя, не стал окончательно перекрывать мне подачу воздуха. Но я чувствовала его желание покончить со мной, чувствовала, как он хотел свернуть мне шею и заставить мои глаза потускнеть.

Языки пламени были такими горячими, что переливались черным. Они опаляли землю, опаляли все, кроме него. Неописуемая ярость.

Меня пощадили лишь потому, что он нуждался во мне, только это заставило его пальцы отпустить мою шею.

Схватив конец веревки, он встал, а затем потащил меня по земле, пока не закрепил веревку вокруг ствола дерева. Мой рюкзак и вещи остались возле лошади, а я не могла пошевелиться, но, даже если бы и могла, защищаться было нечем.

– Послушай, я обещаю, что не буду пытаться убить тебя, если ты меня развяжешь.

Он прикрепил свое оружие к лошади, а затем перешел к скатке, которую разложил на земле. Змей на ветке над ним уже спал мертвым сном. Казалось, никто из них меня не услышал.

– Это варварство.

Он заложил руки за голову и закрыл глаза.

– А что, если кто-то нападет на меня?

Он ответил с закрытыми глазами:

– Ничто не нападет на тебя, пока я здесь.

Я прислонилась к стволу дерева, уставшая от полуночного побега, но слишком нервная, чтобы закрыть глаза. Некоторые деревья были покрыты густой листвой, и листья их были малиново-красными и оранжевыми, будто застрявшими в вечной осени. Другие засохли и умерли, но не из-за холодной зимы. Горы вдалеке были покрыты снегом, и я боялась, что нам придется вскоре идти по этой коварной местности. Я едва смогла пережить эту ночь на склоне горы. И не была уверена, что выживу в более суровых условиях.

В какой-то момент я все-таки задремала… заснула в тени могучего дерева.

* * *

– Вставай.

Я вздрогнула, когда почувствовала, как меня пнули ботинком.

Были сумерки. Солнце стояло низко в небе, свет проникал сквозь деревья и создавал драматичные тени. Вечером было намного холоднее, чем днем, и я видела, как пар вырывался из моих ноздрей.

Кингснейк развязал меня, и змей сполз с дерева, оказавшись рядом со мной. Его кожа переливалась. Он тихо зашипел, проползая мимо, и его огромному телу потребовалась целая минута, чтобы миновать меня. Его близость представляла собой явную угрозу.

Я действительно ненавидела змей.

Я схватила свой рюкзак и стала искать что-нибудь поесть. Наспех я схватила лишь несколько свертков – сушеные орехи и абрикосы.

– Идем.

Я осталась лежать на земле, глубоко засунув руку в пакет с закусками.

– Можно мне сначала поесть?

– Нет.

– Ну, я не буду вкусной, если буду голодать, верно?

Его темные глаза смотрели на меня, щель в зрачке такая же, как у его питомца, и то количество презрения, которое он выказал мне в этом единственном взгляде, было огромным. Его красота была запятнана гневом, тень скрывала его совершенство. Наконец он отошел, и его плащ издал легкий шорох, когда он очень быстро развернулся.

Я пыталась насладиться обедом… или ужином, что бы это ни было. Вдруг заметила движение вдалеке. Это произошло так быстро, что я не была уверена, случилось ли это на самом деле или просто показалось. Но я прищурилась и увидела это снова: что-то черное, что-то громоздкое. Оно переместилось в темноту, а что-то другое скользнуло за дерево. Мои глаза просканировали все деревья, и когда я присматривалась достаточно внимательно, то видела силуэты повсюду.

Кингснейк подготавливал лошадь, повернувшись ко мне спиной.

– Там что-то есть…

– Я в курсе.

– Они повсюду, вокруг нас.

О еде можно было забыть, поскольку я чувствовала себя окруженной врагами, которых просто не смогла бы пережить.

– Стражи Мертвого леса.

– Стражи? Ты их так называешь? Просто мы называем их монстрами.

– Название зависит от твоего статуса друга или врага – и мы оба знаем, кем являешься ты.

Я поднялась на ноги и подошла ближе к нему. Его змей тоже не выглядел обеспокоенным.

– Мы собираемся проехать по их территории?

Он подтянул подпругу и посмотрел на меня сверху вниз. Для девушки я была высокой, но Кингснейк все равно возвышался надо мной как минимум еще на фут, а возможно, и больше.

– Пока ты со мной, тебя никто не тронет.

– Почему?

– Потому что я не только король вампиров, я – повелитель тьмы.

* * *

Мы ехали всю ночь, и Кингснейк ориентировался в густом лесу так, словно знал тропу, знал каждый перевернутый корень и низко свисающую ветку. Мы добрались до второй части нашего пути – сквозь метели и снег.

Я, наверное, умру от переохлаждения.

Он дошел до подножия скалистого выступа и слез с лошади.

– Почти рассвет?

Он проигнорировал меня и подошел к стене.

Было так темно, что я с трудом разбирала его действия, но поняла, что он прижимал ладонь к разным точкам, будто это были скрытые спусковые крючки, запускающие невидимый механизм. Как только он нажал на четыре точки, твердая скала сдвинулась, и открылся проход.

– Идем под гору…

Ветра нет. Никаких метелей.

– Дальше пойдем пешком.

Я оторвалась от лошади и украдкой оглянулась. Было слишком темно, чтобы что-либо разглядеть, но я чувствовала их присутствие. Чувствовала их взгляд. Чувствовала их голодные глаза на моей бледной коже. Кингснейк взял поводья лошади и направился в пещеру.

Я последовала за ним, и, как только мы оказались внутри, дверь за нами закрылась.

Проход был освещен коридором факелов. Факелов, освещавших бесконечный путь.

– Кто зажег эти факелы?

– Остальные уже прошли тут.

Он взял поводья своей лошади и направился вперед. Туннель был двенадцать футов в высоту и не менее десяти футов в ширину – достаточно большой, чтобы провести армию сквозь гору, но сама земля была каменистой и неровной, что представляло опасность для всадников на лошадях.

Я шла следом, а змей полз далеко впереди, скользя по неровному полу. Мы проходили факел за факелом, звук каждого шага усиливался сводами каменного туннеля. Мы шли медленно, и я уже даже начала считать количество пройденных нами факелов, пока не потеряла счет.

– Сколько времени это займет?

– Три дня.

– Мы проведем тут три дня?

В темноте. Без света. Запертые в туннеле, который