Сладкие булочки мадам попаданки - Анна Пфари

Я говорю это довольно громко, в надежде, что она сейчас проснется, вскочит, может быть, испугается, или начнет кричать. Но нет.

Очень хочется промочить горло, потому что голос хрипит. Эта несносная графская дочка даже ухом не ведет и продолжает крепко спать!

Где это видано?! Сон истинной леди должен быть легким и невесомым, чтобы её покой нужно было охранять! А эта…

Я откидываю одеяло, чтобы убедиться в своих подозрениях и закашливаюсь.

Она и правда совершенно без одежды! Изогнулась змеёй на моих простынях, обняв подушку и бесстыдно спит! Что я там думал о груди?

Вот это Грудь с большой буквы. Два сочных, кремовых полушария, прикрытых нежной рукой не оставляют простора для воображения. Вожделенная мечта любого нормального мужчины, отпечатанная на веках и в разнообразной тайной литературе. Хочется опустить на них руки, сжать, попробовать на вкус и...

– Герускаль* тебя побери! – Я быстро набрасываю на неё одеяло.

Несносная, раздражающая женщина! Моя собственная жена! Как так вышло?!

И ведь придется спать рядом с ней! Ну не может же Герцог просто уйти в другие покои от своей же жены в первую брачную ночь. Но и силой брать женщин не в моих правилах. И я укладываюсь рядом, отодвигаясь от неё на самый край.

Но предмет моего раздражения даже и не думает покидать мои мысли. Нелогичная девчонка! Кто научил её раздеваться для сна?!

И тут я чувствую движение. Леди Элис Арлингтон поворачивается во сне и бесстыдно закидывает на меня ногу. Моя реакция на её простое движение поражает – всё естество восстает и каменеет в желании обладать ей.

А эта заноза лишь мягко вздыхает и устраивается поудобнее, упираясь щекой в мою грудь.

Кажется, я проклят. Да-да! Сомнений нет!

____________________

*Герускаль – огненный дух мира, куда переместилась наша героиня.

Глава 7.

Мне снится что я лежу в огромной кровати с шикарным бархатным балдахином. Свет проникает сквозь высокие окна, играет в моих длинных светлых локонах… Они отливают чистым золотом и раскидываются на мягких подушках.

Хм, длинные волосы снятся… Это же к деньгам, так всегда говорила моя бабушка, а она никогда не ошибалась!

Может все-таки поднимут зарплату? Или в лотерею выиграю? Надо прикупить билетик прямо сегодня. А лучше два!

Я потягиваюсь, жмурясь от удовольствия.

– Просыпайтесь, Ваша Светлость, – слышу я низкий голос и еще сильнее зажмуриваю глаза.

Нега тут же слетает с моего расслабленного тела. Черт, где я? У меня что, мужчина в постели? Откуда он тут взялся?!

О, боже, этот злосчастный корпоратив… Я, наверное, притащила кого-то оттуда… Неужели костюм Золушки оказался счастливым?!

Я вообще не такая! Никогда со мной такого не случалось и не могло, это удел плохо воспитанных профурсеток, но… Но я ничего не помню. Ноль. Зеро.

Ну что за жизнь? Можно мне обратно в теплый и приятный сон?

Балы, замки, наряды… А какой мне снился Герцог, мммм, сладкая булочка!

Хоть и унылая, и немного занудная, но так даже интереснее! Я так и вижу, как запускаю руки в его длинные волосы, как он прижимает меня к себе и я чувствую эти твердые мышцы… Эх, где мои двадцать лет?

Я лениво поворачиваюсь и только потом решаю посмотреть, кого мне подсунула алкогольная суббота. И тут же вздрагиваю.

Потому что передо мной тот самый аппетитный герцог. А я, стало быть… О, боже! Воспоминания тут же обрушиваются на меня удушливой волной.

А я – его жена, попаданка, магичка, с которой требовали брачную ночь и быть хорошей девочкой!

Мне это не приснилось.

Но позвольте, какого черта он тут делает?! Мы же договорились: после свадьбы - ни-ни!

– Вы что тут забыли, милорд? – хмурюсь я, заправляя непослушный локон за ухо.

Я и правда лежу в огромной кровати с шикарным бархатным балдахином, и свет проникает сквозь высокие окна, играя в моих длинных светлых кудрях. Герцог тоже имеется: одна штука. Сидит у меня в ногах. Наглец какой!

Неги больше нет, есть только пугающая реальность.

– Вы в моих покоях, – говорит он, иронично приподнимая брови. Тактично напоминает. Что ж, об этом-то я напрочь забыла.

– Понятно. Значит мне пора в свои, – я тут же резко сажусь на кровати и нервно оглядываюсь. – А как в них попасть?

Вот уж вопрос на миллион. 2gis тут вряд ли работает! Да и мобильного нет!

Герцог поспешно отворачивается, разглядывая узоры на стенах, а потом рисунок на изысканном покрывале, что валяется на полу у кровати.

– За вами скоро придет горничная, – быстро отвечает он. И я вдруг понимаю, что теперь он всё время смотрит куда-угодно, только не на меня.

Почему он избегает смотреть меня? Я вроде бы чудо как хороша! А грудь-то какая! Как в мультике про Мартынко*

И тут же я зажмуриваюсь в понимании, мысленно хлопая себя по лбу.

Ну, конечно! Я вообще-то совершенно обнаженная и прикрываюсь только тонкой простыней, которая еще и находится в миллиметре от падения. Кажется, она не просто игриво приоткрывает мою новую гордость – высокую и красивую, буквально выдающуюся грудь, а почти не оставляет простора для его воображения.

Я пристально смотрю на моего свежеполученного мужа и отмечаю, что он не просто избегает смотреть на меня, а еще и красноречиво закинул ногу на ногу.

Скрываешь реакцию, дорогой? Ха, так-то! А говорит, я не в твоем вкусе! Как говорится, выкуси!

С таким-то новым телом меня ждут великие дела.

Надо бы, конечно, научиться делать нормальные прически, а не то убожество, что было у меня на голове вчера. Или найти того, кто это умеет.

Ну и, конечно, необходимо разобраться с гардеробом. Мне совершенно точно нужна нормальная одежда. Правильного цвета и фасона, с вытачками, нормальным декольте и выраженной талией, которой я теперь могу похвастаться. И уж точно без жесткого каркаса под юбкой размером с каноэ. В моих нынешних балахонах хоть и нет никаких каркасов, но в них я выгляжу скорее коровой, чер Кардашьян.

Надо хорошенько подумать об этом позже. Кстати. А балахоны-то мои, парашюты кружевные, куда это все делось? Я же помню, что снимала их и собственноручно бросала прямо тут.

Пристально осматриваю комнату, но искомого так и не нахожу.

– А где мои вещи? – я осторожно шевелю ногой, привлекая внимание Алана. Довольно удачно, надо сказать, потому что он буквально подпрыгивает от этого слабого движения.