Рождество у Уоллесов - Таня Нордсвей

больницы, он слишком замкнулся в себе и часто хамил, отказываясь даже есть где-то кроме своей комнаты. Я старалась говорить с ним и проводить время, но он как с цепи сорвался и хорошо вел себя только с Иядом, Алексом да своим щенком Бартоном. Его, к слову, тот исправно выгуливал и любил.

Улыбнувшись поднявшему на меня глаза Лукасу, я сняла с себя куртку и повесила верхнюю одежду вместе с шарфом и шапкой на вешалку. Несса тем временем вытащила Оливочку из кармана и усадила котенка на диванчик, к которому тут же поспешили Джони и Рози.

— Вы принесли Оливочку! Ура, она будет с нами играть!

Я сомневалась на счет последнего, но спорить с детьми не стала. Для них даже то, что котенок будет носиться за ними с непреодолимым желанием распустить их свитера на нитки, считалось игрой. Поэтому я оставила Оливочку на попечение двух маленьких монстров и подошла поцеловать по очереди наших мам в щеки.

Они о чем-то увлеченно болтали, поэтому мы с Нессой выкрали со стола витую корзиночку с печеньем и сели хомячить сласти в одиночку за дальним столиком в углу, смотря на прохожих в окне и сплетничая. Впрочем, удалось нам это делать недолго, потому что уже скоро старшие братья Несс примостились рядом и принялись расспрашивать меня о жизни.

— Ты давно к нам не заходила, Ливи, — аргументировал Майкл, старший брат Нессы, которого при родах Чуни я видела в их семейной ветклинике. На его руках сейчас методично отдирал обертку от леденца Ронни — самый младшенький из детей Монесьели.

Зак, второй старший брат Нессы, легонько пнул меня в бок:

— Секретики завела, Браун?

Он тоже работал ветеринаром, и они с Майклом подменяли друг друга, пока другой сидел с Ронни. Рыжий маленький трехлетка часто болел, из-за чего почти все время проводил дома, и старшие братья оставались с ним на время, пока родители не вернутся с работы.

В целом мне нравились Майкл и Зак, которые являлись к тому же еще и близнецами, которых я вечно путала. Они всегда были добродушными и компанейскими, хоть оба и имели за собой дурную славу учинять разные вещи, от которых потом волосы вставали дыбом. Их умение влезать в авантюры настолько возведено в абсолютную степень, что рядом с ними даже Несса с её безумными идеями казалась ангелом.

С её слов в старшей школе на Хэллоуине они затопили спортзал искусственной кровью, а после врубили диско шар и разбили пять пиньят с неоновым конфетти, в мгновение ока преобразив тухлый вечер в вечеринку века Уеллоу-стоун колледжа. После этого зал и коридоры еще два месяца не могли отмыть от красных разводом, ввиду чего обоих чуть-было не отстранили от занятий, но близнецам было все равно. Уже через месяц те чудом не подорвали класс по химии, решив проверить найденный рецепт вещества, из которого братья планировали собрать салют на Рождество. Так что сейчас семья Монесьели выдохнула, когда им удалось направить энергию близнецов в правильное русло и остепенить их. Однако теперь уже начала переживать я, ведь с них начал активно брать пример Лукас. При этом пример не с адекватных взрослых лбов, а с их пагубных подростковых версий, закатывающих в свое время самые улетные вечеринки. Поэтому весь этот вечер я планировала ограждать его от общения с Заком и Майклом насколько, настолько это будет возможным.

— Как вы собираетесь проводить Рождество, ребят? — задала я близнецам и Нессе самый невинный вопрос из всех возможных.

— Как как… сначала разумеется дома, — весело подмигнул мне Майкл, растягиваясь в улыбочке. — Но в этот раз приедут бабушка с дедушкой. А потом мы спихнем на них мелких, а сами пойдем отрываться после рождественского ужина!

— Как круто, а можно с вами? — буквально из ниоткуда появился мой братец и тут же подскочил к близнецам. — Не хочу тухнуть на официальном приеме, о котором мне рассказал Алекс.

— Эй, козявка, — окликнула Лукаса я. — Вообще-то там будет интересно, тем более после мы будем встречать Рождество несколькими семьями все вместе!

Уоллесы пригласили мою маму, меня, Лукаса и семью Фабио встречать праздник вместе. Родители Фабио отказались, а вот его сестры согласились, ввиду чего мы планировали довольно домашний праздник в небольшом кругу. И я надеялась на то, что Лукас будет с нами в ночь на Рождество.

— Фу, там будут сплошные взрослые разговоры, — поморщился брат.

— Кажется, еще недавно ты заявлял, что уже взрослый и с тобой нужно общаться соответствующе.

— Но не сидеть же мне на вашем скучнейшем фуршете! Особенно после всего того, что я сейчас подслушал в разговоре мамы с Дани и Харпер. Там будет ск-у-у-у-ка, — протянул Лукас, нахохлившись. — Поэтому я и хочу отмечать с парнями. Там будет круто. А подарки можете положить в мою комнату, я их обязательно открою утром.

— А ты не обнаглел маленько, а? — офигела от такой наглости брата я.

— Эй, эй, малышка, — попытался меня охладить Зак. — Слушай, братан. Мы, конечно, были бы не против, но у нас тоже свои, взрослые развлечения. И с собой мы тебя взять не сможем. Да, Майкл? — его близнец кивнул и тот продолжил. — Даже Несси-Лохнесси брать не будем, она еще козявка, хоть и старше тебя. Да и если будешь праздновать у нас, то будешь сидеть за детским столом с Розалин, Джонни и Роном. Кушать детское меню и смотреть новогоднего Тома и Джерри.

— Что? Не-е-ет! — возмутился Лукас.

Он явно не ожидал такой подставы и выглядел крайне расстроенным.

— А что ты хотел? — подхватил Майкл. — Тебя даже с нами в клуб не пустят. Скажут сидите с мелким в яслях. Так что выбирай: куча деликатесов у Уоллесов либо драка за фруктовые леденцы у Монесьели.

— Думаю, я бы выбрала вариант с Уоллесами, — мечтательно вздохнула Несса. — Всегда мечтала о красивом Рождестве в их особняке.

— Но… — уж было начал растерявший настрой Лукас, как его прервали Зак:

— И вообще, отмечать Рождество с такими суровыми акулами бизнеса — это престижно, пацан.

Впрочем, разъяснить причины, почему он не согласен с Заком Лукасу ну дали: на входной двери звонко зазвенел колокольчик и внутрь вошли Алекс и Екатерина Уоллес. Кейт буквально вплыла в кофе, завораживая своей русской красотой и грацией. Она была одета в белоснежный свитер до бедер, кожаные черные штаны, высокие сапожки из натуральной кожи и мягкую дубленку. Её длинные, русые волосы волнами опускались до самого пояса, а на лице Кейт сияла самая ослепительная из всех её улыбок.

Алекс рядом с ней, такой невесомой и сияющей,