Мой кремень - Зоя Огнева

На грани уголовного кодекса.

Нет, она не собиралась его бросать. Она собиралась забрать его жизнь в свои руки и заставить воскреснуть из пепла, даже если он сам этого не захочет.

Глава 6. Сделка с дьяволом

— Ну уж нет, полковник, — процедила Вера сквозь зубы, зло чеканя шаг по ступеням. — Ты у меня встанешь. Даже если придется привязать тебя к костылям колючей проволокой.

Она быстро спустилась по массивной деревянной лестнице на первый этаж. Внизу, у панорамного окна, нервно ходил взад-вперед начальник службы безопасности Сергей. Увидев Веру, он замер, с надеждой всматриваясь в её строгое лицо.

— Ну как он? — спросил Сергей, понизив голос до шепота.

— Спивается. Быстрыми, профессиональными темпами, — Вера остановилась перед мужчиной, скрестив руки на груди. Её карие глаза сузились, превратившись в две холодные щелки. — За ночь ушел ящик виски. Точнее, полтора. Твои парни снабжают его по первому щелчку пальцев, верно? Думают, что проявляют преданность командиру?

Сергей виновато отвел взгляд, дернув воротник форменной рубашки.

— Вера Михайловна, вы не понимаете... Полковник для нас — бог. Он нас из таких передряг вытаскивал. На руках выносил из горячих точек... у парней сердце кровью обливается. Он же командир. Был.

— Вот именно: был, — жестко припечатала Вера. — А сейчас он превращается в агрессивное, разлагающееся животное. И если это продолжится, через неделю у него начнется сильный тремор, полетит печень, и повезёте вы его не в суд, а на кладбище. Твои парни готовы нести его гроб через месяц? Потому что алкоголь в сочетании с его сильными антидепрессантами — это гарантированная остановка сердца во сне.

Сергей побледнел. Его широкие плечи заметно поникли.

— Что делать? Он никого не слушает...

— Жди здесь и не смей подниматься к нему.

Она отошла вглубь холла, достала из кармана мобильный телефон и решительно набрала номер Марины. Бывшая жена Кострова ответила на третьем гудке. На заднем плане слышался шум офиса, шуршание бумаг и стук каблуков.

— Я занята, — сухим, деловым тоном отозвалась Марина без приветствия. — А вообще хорошо, что ты позвонила. Через две недели подписание документов. Получилось форсировать события. Руслан в норме?

— Руслан в угаре, — без обиняков заявила Вера. — Просыхать он не планирует. Через две недели в суде его адвокаты оспорят любую его подпись, заявив, что он находился в состоянии глубокого алкогольного психоза и сильной депрессии. Вы потеряете всё.

В трубке воцарилась паническая тишина. Марина шумно, со свистом втянула воздух. Вера буквально кожей почувствовала, как на том конце провода у расчетливой бизнес-леди зашевелились волосы на голове. Контроль над активами компании был для Марины приоритетным делом, и перспектива остаться у разбитого корыта из-за запоя бывшего мужа приводила её в ужас.

— Боже... Какая же он скотина, — прошипела она, и её голос сорвался на визг. — Предыдущие сиделки хотя бы не давали ему пить! Вы там совсем не работаете, Леонова? Мне плевать, что вы будете делать, мне нужны его подписи! Накачайте снотворным, седативными! Сделайте с ним что-нибудь!

— Любые дополнительные препараты его убьют. Его нужно изолировать, Марина, — ледяным тоном произнесла Вера, чеканя каждое слово. — Полностью. Увезти туда, где нет связи, нет интернета, нет его преданных бойцов, готовых принести бутылку по первому требованию, где вообще нет ни единого шанса достать алкоголь. Я беру его под свой личный, круглосуточный контроль в закрытом месте. Гарантирую, что через четыре месяца он подпишет любые ваши бумаги. Но и мне нужны гарантии.

— Ты спятила, сучка тупая? Смеешь диктовать мне условия? Ты уволена! — послышалось яростное шипение на другом конце провода.

— Хорошо подумали, Марина Сергеевна? — вздёрнула бровь Вера, прекрасно умея манипулировать людьми. Особенно, когда на кону стоит всё. — Скольких сиделок вы поменяли за это время? Ни одна не продержалась и двух дней. Я здесь нахожусь уже пятый день. Охрана подставила меня, пошла на поводу у вашего бывшего мужа. Ночью принесли ему выпивку без моего ведома. В таких условиях я работать не намерена. Или вы предоставляете мне ответные гарантии и выполняете мои условия. Или носите цветочки на могилку бывшего мужа, который такими темпами не доживёт до подписания важных для вас документов.

— Угрожаешь?

— Констатирую.

— Почему сроки такие? Документы будут готовы уже через две недели, — прозвучало раздражённое после долгого молчания.

Вера победоносно усмехнулась. Бывшая Кострова повелась.

— Документы, может, и будут готовы, но ваш бывший муж — нет.

— Откуда вообще такая уверенность, что у тебя получится его убедить? Он упрямый, как...

— Я уже это поняла, — перебила ворчание Костровой Вера. — Через четыре месяца вы получите вменяемого, юридически дееспособного Кострова, который подпишет вам всё, лишь бы избавиться от меня.

— Мне не нравится твой тон и вообще всё это не нравится, — устало выдохнула Марина, сдаваясь. — Но выбора, я так понимаю, этот ублюдок мне не оставил. Говори свои условия.

— Мне нужен контракт на полгода с полной изоляцией и финансовым обеспечением клиента. Я справлюсь за четыре месяца, два месяца — запас, учитывая форс-мажоры и своенравный характер клиента.

— Да уж... своенравный — мягко сказано, — фыркнула Марина, явно не желая вникать. Ей было всё равно: как, в каких условиях и с кем проведёт эти четыре месяца её бывший ненаглядный. Вере даже не верилось, что когда-то эта женщина любила Кострова. Наверное, она любила только его деньги и статус. — Куда ты собралась его утащить?.. Хотя, нет. Мне плевать. Но если ты лжешь мне, и ничего не выйдет с подписями, ты ни то, что денег не получишь, я найду тебя и прикончу, поняла?

— Вполне.

— Документы я пришлю тебе вечером. Для переезда возьми ребят из охраны. Финансовые расходы я покрою и выделю тебе ежемесячную выплату, укажешь сколько тебе нужно. Отключаюсь.

Марина сбросила вызов. Вера медленно опустила телефон, выдыхая. Вернулась в холл, где Сергею уже что-то наговаривала в телефон госпожа Кострова.

Сергей внимательно выслушал сбивчивый, истеричный приказ хозяйки, и его лицо окончательно осунулось. Он нажал отбой и посмотрел на Веру с суеверным страхом.

— Марина Сергеевна приказала выполнять любые ваши распоряжения. Вплоть до применения силы. Вера Михайловна... вы ведь понимаете, что это безумие? Полковник не простит нам этого.

— Если ты с ребятами действительно хотите для него лучшего, позвольте мне сделать свою работу.

— Он правда сможет ходить? — Вере даже жаль стало беднягу Сергея. Он искренне переживал за своего командира и заботливой наседкой оберегал его, не понимая, что вредит.

— Правда, сможет. И помните: Марине ни слова. Если она узнает, что я реабилитирую вашего полковника, она убьёт меня, уволит