Келин. Я вам не прислуга! - Мелисса Моррис

На другом конце ненадолго замолкают.

— Салтанат, мне нужен человек, который сможет приходить по графику. У вас получится?

Я смотрю на собранный диван, на свою сумку возле стены.

— Я сейчас живу отдельно. Мне не нужно подстраивать рабочий день под домашних. График я готова обсудить.

— Хорошо. Завтра к десяти приезжайте. Если что-то изменится, предупредите меня сами, пожалуйста.

— Я приеду. Спасибо.

Кладу телефон на подоконник и держу на нем ладонь. Сердце стучит так, будто я только что куда-то бежала.

Мадина допивает кофе.

— Договорились?

— Завтра к десяти.

— Вот и хорошо. Адрес у тебя есть.

Она идет одеваться. Я записываю время встречи, потом считаю, сколько осталось на поиски комнаты.

Шесть дней.

У меня есть куда пойти завтра утром. Но пока нет работы, а через шесть дней нужно будет где-то жить.

Глава 7. Я пришла по поводу работы

— Я пришла по поводу работы.

Женщина за стойкой поднимает голову. В руке у нее карандаш с обгрызенным концом.

— Салтанат? Я Роза Сериковна. Проходите, только дайте мне минуту.

Она отдает посетителю конверт и показывает на дверь за стойкой. Я пришла без десяти десять, но дважды прошла мимо входа, прежде чем решилась войти.

Из дальней комнаты слышен голос Мадины. Ко мне она не выходит. Я рада этому и одновременно чувствую себя брошенной.

В кабинете Роза Сериковна убирает со стула коробку, предлагает сесть.

— Расскажите про прежнюю работу. Что делали, с чем справлялись сами?

Про это я могу. Принимала заказы, записывала на съемку, выдавала фотографии, считала оплату. Роза Сериковна слушает, делает пометки.

— А после ателье где работали?

— Занималась семейными делами. Организацией мероприятий, приемом гостей…

На секунду я сама верю, что это похоже на работу.

— Частные заказы? — уточняет она.

— Нет. Для семьи.

Карандаш останавливается над листом.

— То есть последние шесть лет вы не работали?

Я расправляю на коленях ткань брюк.

— Не работала. После свадьбы ушла, думала, на время. Потом все откладывала. А праздники — обычные, домашние. Я готовила, убирала. Зарплаты за это не получала.

Последние слова звучат сердито, хотя она ни в чем не виновата.

— Простите. Я волнуюсь.

— Вижу. С компьютером за это время работали?

— В основном с телефона. В старой программе я хорошо разбиралась, но у вас другая. Мне придется учиться.

Она кладет карандаш.

— Придется. Мадина говорила, что вы спокойно общаетесь с людьми. Это пригодится. Но еще нужно правильно оформлять заказы, следить за оплатой, не путать сроки.

Я киваю, хотя пока не знаю, со всем ли справлюсь.

— Готова попробовать, — говорю я.

Роза Сериковна объясняет график, называет зарплату и дни выплат. Я прошу повторить и записываю. Она ждет.

— Сегодня до пяти можете остаться? Попробуем поработать. Смена оплачивается, расчет вечером. Если решим продолжать, начнете с испытательного срока.

— Даже если не подойду, за сегодня заплатите?

Роза Сериковна пододвигает лист с условиями, показывает сумму за смену.

— Да. Вы же здесь будете работать.

Комнату на эту сумму не снять, но я все равно перечитываю цифру.

— Останусь.

Она проводит меня к стойке. Мадина выходит из дальней комнаты, коротко улыбается.

— Ну что, показываю?

Я ставлю сумку под стол и сажусь к компьютеру.

Окна в программе меняются слишком быстро. Я уже не понимаю, как мы попали в карточку клиента.

— Можно помедленнее?

— Конечно. Давай сначала. С оплатой пока ко мне или к Розе Сериковне, сама ничего не проводи.

Я достаю блокнот. Мадина показывает все еще раз, ждет, пока запишу.

Сначала я стою рядом, слушаю, выдаю конверты. Руки помнят, как придерживать снимки за края. Хоть что-то не придется осваивать заново.

Мужчина в расстегнутой куртке кладет на стойку телефон.

— Жена переслала сообщение, что заказ готов. Семейные фотографии. На ее номер оформляли, она мне велела по дороге забрать.

Мадина занята у принтера. Я прошу назвать номер и ввожу его в поиск.

Пусто.

Пробую еще раз. Потом нахожу знакомую кнопку, нажимаю, и на экране открывается чистая карточка. Теперь я вообще не понимаю, где заказ и как вернуться.

Мужчина смотрит на часы.

— Девушка, мне просто забрать. Все оплачено.

— Сейчас найдем. Я пока учусь в этой программе, одну минуту.

Я уже готова объяснять, что раньше работала, что не случайный человек за стойкой, но он просто кивает и убирает телефон.

— Мадин, помоги, пожалуйста. Я не туда зашла.

Она смотрит на экран.

— Ты новый заказ открыла. Искать надо вот здесь.

Карточка находится сразу. Я пыталась искать в другом разделе.

— Ничего страшного, — говорит мужчина. — Я сам вчера в телефоне полчаса кнопку искал.

Я улыбаюсь ему слишком благодарно.

Мадина достает конверт, мы сверяем заказ и отдаем фотографии. Когда посетитель уходит, она возвращает экран в начало.

— Давай сама еще раз. Не торопись.

Я повторяю все по своему блокноту. На третьем шаге останавливаюсь.

— Покажи, пожалуйста, еще раз, где это.

Она показывает.

К обеду ноют плечи. Хочется пройтись, но каждый раз открывается дверь, и я снова поправляю блокнот. Роза Сериковна смотрит на часы.

— Салтанат, идите поешьте. Полчаса у вас есть, мы здесь справимся.

Я чуть не говорю, что сначала все закончу. Потом вспоминаю, что здесь посетители будут до вечера.

Покупаю рядом булочку, возвращаюсь в комнату для сотрудников. Я сегодня ничего не приготовила, а устала почти как дома. Но ни разу не захотелось плакать.

После перерыва меньше боюсь спрашивать, хотя все равно путаюсь.

За полчаса до конца смены Роза Сериковна зовет в кабинет. По дороге я успеваю решить, что она передумала.

— Как вам первый день? — спрашивает руководительница.

— Труднее, чем я думала.

— Мне тоже показалось, что программа пока дается тяжело. Будем разбираться. С клиентами вы разговариваете хорошо, не суетитесь перед ними. Только не кивайте, если не поняли. Лучше переспросите.

Я не сразу замечаю слово «будем».

— Вы готовы меня оставить?

— На испытательный срок. Посмотрим, как пойдет. Сейчас договоримся по сменам. Условия те, что обсудили утром.

Я держу блокнот обеими руками. Хочется позвонить маме: меня взяли. Она раньше всегда радовалась, когда у меня что-нибудь получалось.

Но три дня назад я просила ее пустить меня на ночь.

Возвращаюсь к стойке. На вопросительный взгляд Мадины киваю. Она показывает мне большой палец и поворачивается к посетителю.

В этот момент звонит Данияр.

Я смотрю на его имя и почему-то опять жду другого начала разговора.

— Салта, ты к шести приезжай, — говорит он. — Папин брат с женой будут, они на юбилей не попали. Мама одна не успеет. Надо стол накрыть.

За спиной шуршит принтер. Передо мной блокнот