Предавшие крылья - Елена Яр

– Да хватит! – Гром резко дернул руки на себя, высвобождаясь. Я и не заметила, что уже не просто касалась его – я как клешнями вцепилась в своего учителя. – Хватит! Очевидно, что не выходит. Я не собираюсь оставлять тебя калекой!

Я посмотрела на свои руки: на коже вздулись волдыри. Я готова была признать, что ничего не выходит, но сдаваться не желала. Но и что с этим делать – придумать не могла.

Птичий стрекот раздался над головой. Я подняла лицо и увидела Гара. Он описал узкий круг над нами, со свистом разрезав воздух, а затем низко проскользил над землей в сторону спуска. Проследив за ним, я не поверила свои глазам: по скалам к нам поднимался Алекс Шеффилд.

Отшельница 3

Я готова была признать, что тоже нахожусь на пути к сумасшествию. Очевидно же, что Алекс не мог очутиться здесь. Даже если он сразу же кинулся за мной, на самой быстрой лошади он не смог бы добраться сюда столько быстро.

С другой стороны, спасительная галлюцинация должна выглядеть роскошно, а не так утомленно и потрепанно. Полагаю, парень выглядел примерно так же, как я: с тенями под глазами, с лохматой головой и в мятой грязной одежде.

Гар орал так, что и переводчик с птичьего был не нужен. Даже тупой догадался бы, что фамильяр сыплет отборным матом.

Моя галлюцинация подошла ко мне, ни слова не говоря, и сгребла меня в охапку. Ткнувшись носом в его ключицу, я вдохнула родной запах, и слезы полились по щекам, словно прорвало какую-то плотину. Мне не нужно было разумное объяснение, как он мог бы попасть сюда. Я просто еще чуть-чуть повоображаю, что он и правда со мной, а потом с новыми силами за решение главной проблемы.

Грудь Алекса завибрировала, когда он начал говорить:

– Господин Гром, вы меня наверное не помните…

– С чего бы? Я схожу с ума, а не тупею. Бывший жених моей Фимки.

– Не бывший.

Я выпуталась из объятий и уставилась на него:

– Ты что, настоящий?

– Конечно, а ты что, думала, я шучу, когда говорю о том, что ты моя невеста?

– Да я не об этом! Ты мне не чудишься?

– Однозначно нет, но это неважно. Давай, Эф, в двух словах, что у тебя за план и чем я могу помочь?

Я не успела открыть рот, как Басбарри Гром перехватил инициативу:

– Забирай ее и валите отсюда. Скоро тут будет жарковато.

Я сердито на него зыркнула и порадовалась, что для Алекса Шеффилда мое мнение важнее, чем мнение знаменитого темного отшельника. Он внимательно выслушал то, что я рассказывала, и не перебивал, даже когда я заявила, что наши с ним наработки, по моему мнению, могут спасать темных отшельников.

– Мы с учителем не подходим для передачи, – закончила я свое торопливое и сбивчивое повествование. – Но, может, у тебя получится.

Я с надеждой заглянула ему в глаза. Алекс улыбнулся, давая свое согласие.

– На руки ее посмотри, – резко сказал Гром.

Я тут же спрятала кисти за спину.

– Я все равно попробую, – Алекс не дал себя отвлечь, и я с благодарностью улыбнулась. Понятно, что делает он это для меня. Но разве это не лучше любого даже самого романтичного признания в любви?

Они взялись за руки. Учитель всем своим видом выражал скепсис, и мне хотелось его стукнуть. Но я даже рта не раскрыла, опасаясь хоть что-то испортить. Магическое напряжение расползалось волнами по округе. Даже как будто воздух искажался и плыл. Сжимать кулаки было больно, но вот скрестить пальцы мне никто не мешал. «Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!» – билось бесконечным повтором у меня в голове.

Это не могло кончиться так. Просто не могло.

Это несправедливо по отношения к Грому. И это несправедливо по отношению ко мне. Мы не закончили обучение, но уже успели стать семьей. Впереди великие дела, и они ждать не могут. Имя Басбарри Грома не должно попасть в одну корзину с бесславно сгинувшими темными отшельниками. Время шло, и я уже начала верить, что все получается.

И тут запахло паленой кожей.

Я зажмурилась и отвернулась. Слезы брызнули через прикрытые веки. Меня сильно затрясло.

Сзади выругался Алекс, и раздался шум.

Повернувшись обратно, я увидела, как учитель завалился на один бок, не сумев устоять на подкосившихся ногах, но парень успел его подхватить. Я бросилась к ним.

Коснувшись Грома, я едва не отдернула руку: он стал еще горячее.

Вдвоем мы усадили его на один из камней. Учитель поймал мой взгляд – в его глазах плыло все то же кошмарное безумие, но в голосе была глухая уверенность и твердость.

– Ты не представляешь, каких сил мне стоит держаться, – сказал Басбарри Гром. – И я делаю это только из-за тебя, Фимка. Я в голове уже перебрал все варианты. Даже если я прямо сейчас спрыгну со скалы, то детонация произойдет в тот самый момент, когда мое тело коснется камней внизу. А значит, эта часть хребта осыплется вниз и погребет тебя под своими обломками. Я вижу, что ты слаба и даже взлететь не сможешь. Так что, Фимка, есть только один выход: вы со всех ног мчитесь отсюда, а я стараюсь дать вам уйти подальше.

Я замотала головой, отчаянно ища выход – и не находя. Алекс пытался положить руку мне на плечо, но я ее сбросила.

– Фимка… Я не конец твоего пути. Я лишь тот самый трудный участок, который пытается заставить тебя испугаться и свернуть. Не сворачивай. Иди. Я верю, что ты найдешь для себя лекарство. И спасешь всех остальных темных отшельников. И с этим знанием мне уйти намного проще. Спасибо, что принесла эту весть. Но теперь тебе надо…

– Нет! – я заорала так, что птицы в долине сорвались с веток и испуганной стаей ринулись прочь.

Басбарри Гром перевел тяжелый взгляд на Алекса и негромко сказал:

– Ты же знаешь, что я прав. И не так уж много времени осталось. Поэтому, если она тебе дорога, уведи ее отсюда.

– Нет! – снова закричала я, видя, что Алекс не торопится ему возражать.

– Уведи ее! – зарычал не хуже горного льва учитель. – Мне ты уже не поможешь. А вот ей еще можешь. Уведи – я держусь из последних сил!

–