Создатель злодейки. Том 1 - Sol Leesu

На глазах у всех, перед самой Шарлоттой, он был выставлен на посмешище. В груди закипала неведомая раньше ярость. Он чувствовал, что не успокоится, не заставив эту буйную, неуправляемую кобылу пасть на колени к его ногам. На этот раз он намеревался вызвать Айлу к себе и лично объяснить ей, какая судьба ее ждет, если она не подчинится.

Он почти открыл рот, когда Айла сказала:

– Тот, на кого я зла… Это вы, ваше высочество.

Вернер застыл.

– Это вы, ваше высочество. Именно вы меня разочаровали.

Вернер молчал, словно вдруг разучился говорить. Ведь Айла произнесла те слова, которые он никак не мог предвидеть.

«Она сердится на меня? Разочаровалась во мне?»

Эту фразу он слышал лишь от своих родителей, императора и императрицы. Даже наставник, ответственный за образование наследного принца, не осмеливался произносить подобное.

«Да что она себе позволяет?! Или это ее способ вновь завоевать мое внимание?»

Если это отчаянная попытка оставить след в памяти – что ж, отчасти ей это удалось. Такую дерзость он не забудет никогда. Вернер называл ее помехой, но он до сих пор не думал, насколько раздражающей она может быть.

Но любовь так не завоюешь. Это лишь оковы для нее самой. Кто бы вел себя так опрометчиво по отношению к человеку, на которого хотел произвести впечатление? Вернер щелкнул языком, думая, что глупость Айлы осталась при ней.

Однако она заговорила вновь, и ее слова совсем не соответствовали его ожиданиям.

– Я больше не буду вмешиваться в ваши отношения. Это конец. Пусть два ваших сердца будут счастливы, даже в следующей жизни.

Сухо произнеся это без каких-либо эмоций, она спокойно выскользнула из банкетного зала.

Что, и все?

Но ведь она клялась в любви, каждую ночь ее признания звучали в его снах! Как же она могла теми же губами, тем же голосом сказать обратное? Вернер бросил взгляд на уходящую Айлу. Это было слишком абсурдно.

До сих пор весь мир был расставлен им по клеточкам, словно фигуры на шахматной доске. Но одна фигура начала двигаться сама по себе.

«Впервые в жизни кто-то осмелился так со мной обойтись».

Совершенный мир, совершенная жизнь.

В идеальном механизме возник сбой.

* * *

«Злодейка Айла. Ее глубоко ранило публичное унижение; обезумев, она поклялась в кровавой мести Шарлотте».

Так должно было быть.

Но все изменилось.

«Айла, не справившись с нахлынувшим чувством после признания Вернера, не выдержала и плеснула ему в лицо напиток».

Однако петля не запустилась. На следующее утро я проснулась как обычно. Но вместо радости испытала сомнение. По правде говоря, я подозревала об этом с тех пор, как благополучно перешла в следующий день в первую ночь бала на празднике урожая.

Так вот. Что, если… если предположить…

– А вдруг петля исчезла еще раньше? – пробормотала я в пустоту, расширив зрачки. Вдруг все это время я бессмысленно металась в сомнениях?

Со Дня Палингеи петля не запускалась ни разу. Конечно, можно было предположить, что я просто слишком хорошо играла роль злодейки. Но вдруг дело в том, что сама петля исчезла навсегда?

Ведь с самого начала мысль о том, что цикл прервется, стоит мне исполнить роль злодейки, и что петля возникает только в тех эпизодах, где появляется злодейка, была лишь моим предположением.

Едва открыв глаза, я в тревоге бормотала себе это под нос. Если петля исчезла, то мне стоило бы прыгать от радости. Но я чувствовала, словно все, чем я занималась, вдруг рассыпалось в прах. Остались лишь пустота, тяжесть и тревога. И именно в тот момент Киллиан подал мне поднос с утренним чаем, как делал каждое утро.

– Только проснулись, и уже такие упаднические речи. К несчастью, петля никуда не делась, миледи.

– Откуда ты это знаешь?

– Потому что сила Резерв по-прежнему явно ощутима. Я ведь уже говорил: управлять временем способна лишь сама богиня.

Услышав это, я почему-то почувствовала некоторое облегчение.

«Нет, почему же я это испытываю?»

Ведь петля все еще мешает моей золотой жизни счастливой наследницы. Я похлопала себя по щекам, будто пытаясь стряхнуть остатки сна. Затем сделала большой глоток густо заваренного эрл грея, для бодрости.

После окончания бала в честь праздника урожая у меня вновь появилось свободное время, и я задумалась о следующей петле. Она могла возобновиться лишь будущей весной. Осень клонилась к закату, близилась зима, и выходило, что ожидание займет целый сезон.

Значит, роль Айлы в сюжете вовсе не так велика, как мне казалось. Впрочем, и неудивительно: злодейка ведь как приправа в истории. Если добавить не в меру, то ничего кроме остроты и не почувствуешь.

«И что теперь делать?»

Внезапно оказавшись свободной, я вспомнила все перенесенные до этих пор трудности, и мне захотелось превратиться в каменную статую. Ноги сами принесли меня в библиотеку, где я раскрыла давно отложенный томик. Конечно, если есть время, стоит провести его как богатая бездельница!

Вот только буквы расплывались. Странно. Еще совсем недавно я бы не задумываясь повалилась на диван и провела весь день с романами Линте.

«Я последую воле госпожи. Что бы вы ни приказали, я исполню это».

Хм.

«Это точно не ваш предел. Что бы вы ни задумали, дайте волю своей фантазии. Все, что вы вообразите, я воплощу в жизнь».

М-м…

«Как ты относишься к получению титула?»

А-а-а-а…

Посторонние мысли мешали сосредоточиться. В конце концов я захлопнула книгу.

«Как странно».

Лениться и жить в праздности было моей давней мечтой. Но первая попытка насладиться этой золотой жизнью, продлившаяся меньше месяца, прервалась петлей.

Раз уж представилась возможность продолжить начатое, то, по идее, я должна была без зазрения совести завалиться на кровать и бездельничать. Но по какой-то неизвестной мне причине сердце бешено колотилось.

– Это что, аритмия?.. – буркнула я, упорствуя в своем жалком желании остаться праздной богачкой.

Киллиан же, молча наблюдавший за мной, вдруг заметил мое раскрасневшееся лицо и спросил:

– Думаете о чем-то волнительном?

– …

– Книга не читается?

– Хватит.

Душонка мелкой мещанки во мне возмущенно пыталась сопротивляться, но щекочущее волнение никак не уходило. Я вспомнила, как однажды он спросил о моих забытых мечтах. Тогда я ответила, что когда-то хотела стать дизайнером. Мечта и правда была слишком недостижимой для меня. Но здесь… здесь я воплотила ее хоть отчасти.

Пусть их было и немного, но нашлись люди, которым полюбилось мое платье. Даже знаменитый модельер вселил в меня причудливую надежду, что я открою новые горизонты.