Создатель злодейки. Том 1 - Sol Leesu

Чертова слабость.

Мысли о том, чтобы вырваться, давно улетучились. Но его признание заставило сердце сжаться. Я, смутившись, еще сильнее прильнула к нему. Он будто этого и ждал – чуть сместился и устроил меня удобнее. Неужели заранее все продумал?

– Значит, сдались?

О чем именно речь, он не уточнил. Но разве можно было не понять? Я вздохнула и кивнула. Все, как он и хотел.

«Ладно уж. Делай что хочешь».

Ничего со мной не случится от простых прикосновений. Мы оба люди, жаждущие тепла, так что поможем друг другу. Хоть будущее и казалось беспросветным, оттолкнуть его я не смогла.

– Кстати, – сказал он, поправляя выбившиеся пряди моих красных волос. – Следующее откровение весной?

Откровение. Он говорил о петле.

– Да, верно, – ответила я слегка напряженно.

Поскольку я изменила сюжет романа, то уверенности, что петля запустится однажды, у меня не было. Самая же большая проблема заключалась в том, что в этот раз я не знала точной даты. Лишь понимала, что это случится грядущей весной.

Ведь Айла действовала тайно и в одиночку, и это не было привязано к какому-то событию.

– Раньше виде́ния были ясные, будто происходили наяву. Но в этот раз внутренний взор словно туманом заволокло. Лишь весна, цветущие сады… и все, – сказала я, вольно истолковав для Киллиана то, что видела.

Он знал, что богиня Резерв никогда не дает таких откровений, которые легко интерпретировать, поэтому сразу поверил мне на слово. Нам оставалось только ждать.

Но Киллиан, заплетая мне косу и завязывая ленту, думал иначе.

– А если до весны, до петли, мы ударим первыми?

– Э?

– Что тогда произойдет?

– Ну…

И правда. Его слова разрушили мою уверенность, что события непременно должны следовать сюжету романа «Леди Лилия».

Следующая весна.

Я думала, что все должно произойти в определенный момент. Но, поразмыслив, поняла, что в этом эпизоде Айла действовала по собственной инициативе. Ждать подходящего момента вовсе необязательно.

«А что, если мы решим то, что должно произойти в будущем, прямо здесь, в прошлом?»

Тогда есть вероятность, что временна́я петля исчезнет. Это бы полностью изменило сюжет романа, но, возможно, именно это и стало бы триггером, разорвавшим петлю.

Я была настолько зациклена на петле, что совсем забыла об эпизодах за пределами сцен с Айлой. Если требовалось занять место Шарлотты, я должна была искать именно ситуации, на которые могла повлиять.

Что ж, сейчас не время стоять без дела.

– Я могу влезть в сам оригинал!

– В оригинал?

Ох! Я и не заметила, как сболтнула лишнее.

Я почувствовала себя так глупо, что не предложила это раньше, и слова, которые мне не стоило произносить, вырвались прежде, чем я успела опомниться. Едва не признав, что мы находимся в книжном мире, я покрылась холодным по́том и отчаянно сменила тему:

– Я имела в виду… оригинальное творение. Шарлотта ведь дитя богини, ее создание. Вот я и подумала: что, если вмешаться в ее историю?

Сказано было ужасно коряво. Киллиан прищурился, бросив на меня подозрительный взгляд. Однако, каким бы проницательным он ни был, он, похоже, так и не догадался, что это мир внутри романа.

– Тогда… начнем прямо сейчас? – Я поспешила увести разговор в сторону.

Он, усмехнувшись, затянул ленту на моей косе:

– Идемте.

Минуточку. Когда это он успел…

Я потянула за косу, чтобы проверить, и обнаружила: заплетено куда аккуратнее и плотнее, чем когда я делала это сама. Невероятно. Даже с прическами он справляется лучше меня. Казалось, будто в мире и вовсе не существует того, чего он не умел бы.

Чувствуя себя странно неловко, я рассеянно теребила волосы, как вдруг задумалась: а с какого вообще момента Киллиан начал заплетать мне волосы?

– Ну же, идемте.

Он легко подхватил меня на руки, поставил рядом, поднялся и протянул ладонь. Я по привычке ухватилась за нее слишком естественно и тут же, спохватившись, выдернула руку. Вздохнув, замялась и неуверенно протянула пальцы вновь.

В тот миг в моей голове вихрем пронеслись тысячи мыслей. Я чувствовала: сейчас, на перепутье, последний шанс оттолкнуть его. Огонь, что грозил меня сжечь, потушен, жизнь вернулась в свое русло.

Скоро мы с Поланом начнем шить платье для принцессы, и если все пройдет успешно – имя мое прогремит. Даже без похищения он сам может отказаться от всего и прийти ко мне. Теперь с этим не было никаких проблем. К тому же на последнем балу я сумела пройти сквозь петлю без помощи Киллиана. И сама Шарлотта для меня не цель – вредить ей я не собиралась. Если просто сохранить все как есть, мне удастся избежать того самого смертельного финала.

Кроме того, впереди меня ждало наследование титула. Да, я только-только унаследовала право преемницы и пока оставалась неопытным птенцом, но если на пути не возникнет препятствий – дорога будет ровной и широкой. Наставника для уроков всегда можно нанять другого.

Все складывалось удивительно благополучно. Я справилась бы и одна.

«Юн Ханыль, подумай хорошенько. Что он сделает, если узнает, что ты автор?»

Я провела рядом с ним достаточно, чтобы понять: да, у Киллиана напрочь отсутствует понятие «мораль», но при этом он способен на удивительную терпимость. Он все замечает, проницательность его безупречна, и все же он не из тех, кто зацикливается на мелочах.

Лишь когда дело касалось богов, он, казалось, мог докопаться до чего-то самого незначительного. А если выяснится, что я вовсе не пешка, использованная божеством, а сама… богиня этого мира? Что тогда? Какую бездну ада он уготовит мне за обман?

«С-скрыть? Может, просто скрыть?»

Но как долго я смогу утаивать это? Зная уровень его проницательности, удастся ли мне продержаться хотя бы год?

– Миледи? – Киллиан смотрел на меня с легким недоумением.

Наверное, было странно наблюдать, как я, опустив взгляд на его протянутую руку, корчусь так, будто несу на плечах все тяготы мира.

Он окликнул меня еще пару раз, но, видя, что я все так же отсутствую и не отвечаю, коротко хмыкнул и произнес:

– Айла.

И в тот момент, когда он произнес мое имя, все мои мысли мгновенно испарились. Постой… ведь он впервые назвал меня по имени? До сих пор он говорил лишь «госпожа» или «миледи». Почему же сейчас, почему именно теперь?

Тем более что «Айла» – это ведь даже не мое настоящее имя. Простое западное звучание без особого смысла, хотя и напоминает о стихах «И придя к тебе, стала цветком». Но для меня оно никогда не имело подлинной ценности. Я завороженно следила за тем, как его губы складываются в это слово, как мелькает алый язык. А когда опомнилась, его пальцы уже