Мне его подарили! Дом-портал 4 - Мартиша Риш

— Не опоздайте на свадьбу, для твоего ключа это почти так же важно, как ловля кефали для моего.

Верховная удалилась, я услышала робкий голос Эстона из-за дверей покоев. Выходит, пора вставать, одеваться, еще бы косметичку найти. Где она может быть? Скорее всего, в квартире осталась.

— Любимая, ты не могла бы чуточку поторопиться?

— Свадьбы не бывает без жениха и невесты.

— Но сегодня еще обручение Дениса. Моему сыну нужна поддержка и опора. Мы должны!

— Хорошо. Только для начала заглянем в квартиру, я хочу причесаться и покраситься.

Альер выбрался из-под одеяла, внимательно посмотрел мне в глаза.

— Так велит обычай твоей страны? Невеста должна быть покрашена, чтобы злые духи ее не унесли?

— Примерно так. Принеси мне халат, пожалуйста.

Через минуту мы сидели на кухне. Фея будто бы и не удивилась моему появлению. Нарядная, яркая, одета в особенное парадное платье, в нем устроен разрез для тонких небесных крыльев. А само платье по форме напоминает скорее облачко, подсвеченное солнцем. Бледно-желтое, с золотинкой по низу юбки.

— Поздравляю, хозяйка. Усаживайтесь, сейчас я приведу в полный порядок вашу чудесную головку. Какого цвета платье вы выбрали? Я не смогла его посмотреть.

— Алое.

— Чудесно, просто прекрасно. Вам оно непременно пойдёт. Не хотите взглянуть на нашего Мишеньку? Он сегодня выступает.

— Война? — обеспокоился Алтер.

— Хуже, большой оркестр. Миша выступает на огромной сцене. Вот, смотрите.

Фея щёлкнула пультом, на экране и вправду показали зал огромного театра. Ой, а вот там, в правом углу и вправду Мишка! Эстон молодец, что все это устроил.

Альер уставился в экран, слушает великолепное выступление. Фея тихонько ласкает мои волосы щёткой. По столу расставлены банки с косметикой — пузатые стеклянные ёмкости. В одной из них кисточка, в другой крохотная щеточка.

— Всё по моим рецептам, все на пыльце. Вы будете изумительной.

— Диинаэ, я против. Это недопустимо. Или ты сейчас же все прекратишь или... Или я пожалуюсь на тебя нашему сыну. И Денис перестанет тебя уважать!

— Что стряслось?

— Как можно сажать в ящик живых людей? Это не канарейки! Ты обязана всех их оттуда выпустить!

Глава 42

Эстон

Мать долго болтала с моей женой за закрытыми дверями спальни. А я места себе не нахожу в собственном доме. И зачем только я опять пустил эту женщину в свой дом, в свою жизнь? Неужели мне всего моего прошлого в Бездне казалось мало. Я встряхнул рукой волосы. Они хоть и немного, но уже отросли. Благо мать не прошлась своими излюбленными ядовитыми шуточками по моей прическе.

Мне вдруг стало душно и жарко в своём доме, будто бы разом на меня одного навалились все страхи мира, почти задавили, вползли в самую душу. И дышать стало нечем. Я бросился к двери, распахнул ее, вышел на улицу.

День давно закончился, солнце плещет по улице золотом. Лорэль копошится где-то в саду, я вижу и слышу его. Подойти бы, переброситься парой слов. Нет сил, нет времени на пустые беседы, когда моя жизнь вот-вот превратится в труху.

Моя мать способна на многое, сейчас она расскажет жене, как устроены браки в Бездне, а та и поверит, проникнется, станет вести себя как эльтем. И брак наш будет ничем не разрушить. Если только не убить Милли? Но разве поднимется рука на ту, что внезапно стала так дорога? Нет, это абсолютно исключено. Я до конца своих дней буду вынужден жить по законам Бездны.

Я прошел через двор, ухватился за створку ворот, впервые сполна ощутил себя в клетке. Зачем-то начал всматриваться в лица простых горожан. Вот по той стороне улицы идет дама в чрезмерно приталенном платье, очень похожем на те, что носят сейчас на Земле. Ей не видно меня, та улица ярко освещена, последний луч солнца бьет прямо в лицо женщине. В то время как я, напротив, стою в тени и могу наблюдать за ней без зазрения совести. Черные волосы собраны на затылке в прическу, белая кожа выдает потомка аристократов, может, она даже бастард известного рода.

Я всеми силами пытаюсь отвлечься от собственных мыслей, отречься от того, что происходит сейчас у меня за спиной, в моей собственной спальне. Долго же длится разговор мамы с женой. Незнакомка на той стороне улицы повернула голову, будто почувствовала мой взгляд. На миг мне почудилось, что где-то я ее уже видел. Должно быть, соседка. Нет, точно я ее видел и даже запомнил надрывный голос с высокими нотами.

— Дорогой! — раздалось позади, из моего дома. Я шумно вздохнул, повернулся на голос, — Дорогой, мама уехала. Точней, она открыла портал и исчезла. Ты идешь в дом? Нашего эльфа кормить не пора? Я приготовила немного еды. Не знаю, что он любит. Больно уж тощий он у нас.

Лорэль споткнулся в дальнем углу сада, мне послышался его тихий, полный отчаяния голос — "Опять?! За что?".

— Лорэль ест то же, что и все остальные. Кроме того, он неплохо готовит. А мама точно ушла?

— Да, совсем. Портал сразу схлопнулся, — жена хлопнула в ладоши, показала, как именно это произошло.

— Да, я иду, — Я закусил губу, не знал, как лучше спросить, кто теперь распоряжается всем в нашем доме, — Как ты думаешь, где лучше устроить на ночь эльфа?

— Я не знаю. Думаю, тебе точно видней. Они случайно спят не на деревьях? Если скажешь, я могу повесить гамак.

Остренькие ушки зашевелились над клумбой.

— Нет, эльфы предпочитают спать в домах точно так же, как мы.

— Ой! — жена вдруг покраснела, — А не лучше ли тогда услать его к папе? В таверне так много места.

Лорэль шумно вздохнул.

— Нет, не лучше. Эльфу будет непросто в обществе вурдалака, от которого он так долго защищал дом эльтем!

— Да, конечно. Прости, я совсем забыла. Можно просьбу?

— Что ты хочешь, Милли?

— Устрой его, где посчитаешь нужным, но только подальше от нашей спальни. Чтобы мы не мешали друг другу.

— Хорошо, — я посмел улыбнуться. Не приказ, всего-навсего просьба. Так неужели?

— У меня для тебя сюрприз. Мама привезла такие подарки! О существовании всех этих вещей я даже не догадывалась, но наша мама мне все объяснила.

Я вздрогнул. По спине прошел холодок. Представляю, какие сюрпризы могут меня ждать.

— Это все, о чем вы так долго беседовали? — я все еще боюсь переступить через порог. Будто бы дверь может захлопнуться, и меня никто больше никогда и никуда не отпустит.

— Ну да. А еще мама сказала, что ты умеешь печь