Молия - Маргарита Серрон

— Филя, хватит причитать, помоги мне лучше дойти до туалета, а потом кайся во всех смертных грехах. Иначе, я тебя просто не услышу. Дай мне руку, я сейчас лопну.

— Да, Молечка, пойдем, я буду за тобой ухаживать, и за Максом, если он выживет.

Моля остановилась как вкопанная. Филя не смотрел ей в глаза.

— Он жив? Что с ним? Где он?

— Он в коме, сегодня вертолет утром прилетел, забрал его в больницу, ну и твой дружок улетел, вместе со своим приятелем. С Матвеем. Я их провожал, ну, на самом деле я Макса провожал, а их просто встретил в аэропорту.

— Киан улетел, бросил меня в доме одну? И даже не попрощался? Он даже не зашел посмотреть жива ли я? Я не верю. Это невозможно.

— Ох, так и есть. Это правда, Молечка, ну не расстраивайся так. Забудь его, он еще тот подонок. Иди в ванную, а я завтрак приготовлю и расскажу, что он со мной сделал вчера ночью. Как меня пытал, гаденыш. Но я ему ничего не сказал.

Моля ничего не понимала. Как мог Киан улететь и бросить ее одну в доме? Он даже не убедился, что ей стало лучше. Он просто убежал от нее, от ее проблем, от всего, что его напрямую не касалось. Растерянность уходила, уступая место злости. Моля сходила в туалет, умылась и села за стол. Она машинально ела приготовленный Филей завтрак и чувствовала, как силы опять возвращаются в ее истерзанное тело. Злость ее взбодрила. Профессор молчал, понимая, что подруге нужно прийти в себя. Он и сам не сильно понимал, что произошло и как так получилось, что впервые в жизни друзья рассорились и разбежались в разные стороны. Они никогда так раньше не поступали. Весь их план рухнул, а дружеские отношения дали трещину. А что, если Моля и Макс подумают, что это он на них напал и скинул в могилу? Ведь больше никто не знал о книге, и он единственный, кто сидел дома и ничего не делал, у него не было даже алиби. Он просто пил, а потом спал, но бутылка не союзник в таких вопросах.

— Моля, ты только не молчи долго, ну скажи что-нибудь. Я не могу так просто сидеть, не слыша твой голос. Молечка, это не я вас скинул в могилу, я ничего не знал, ну поверь мне, мы же столько лет вместе. Я не предатель и не убийца, — глаза мужчины увлажнились. Он смотрел на подругу взглядом побитой собаки. Разговор не клеился.

— Филя, как ты так мог подумать, ты что? А ну посмотри на меня, ты не в чем не виноват, это мы с Максом облажались, это мы тебя предали.

— Как так?

— Я ночью, когда ушла от вас, захватила с собой инструменты, я решила сама книгу достать, без вас.

— Моля, ты что? Ты решила нас кинуть?

— Нет, Филя, нет, то есть в каком-то смысле да, но не так как ты думаешь. Мне деньги не нужны, ты же меня знаешь.

— Тогда что, что могло тебе подвигнуть на такую низость?

— Филя, тебе трудно это понять, но в жизни есть вещи, которые выше даже дружбы и мне пришлось пойти на такую жертву, потому что я знаю точно, что книгу нужно уничтожить. Она зло в чистом виде и из-за нее могут погибнуть люди.

— Что? Ты это серьезно? Ты ехала в такую даль, поддакивала и соглашалась со всем, что мы предлагали тебе с Максом, а сама только и думала, как уничтожить старинный артефакт? Это не просто предательство, это преступление перед человечеством. Вот. Я, конечно, тебя не брошу, пока ты не выздоровеешь, но потом наши пути разойдутся, Моля. Я не смогу с тобой общаться после такого. Ты начала мыслить примитивно, как плебей, которого загнали в секту и обработали.

— Филечка, ну прости, ты просто не знаешь, какое зло скрыто в этой книге, это как бомба с замедленным механизмом. Ты не чувствуешь силу, исходящую от этой книги, а я чувствую. Я знала, что ты как историк и ученый не дашь мне уничтожить ее. Вот поэтому и обманула.

— Моля, ты прикрываешься высокими целями, а на самом деле, ты — предательница. Ты не подумала, что теперь со мной будет? Что сделает со мной наш заказчик, а он не простой человек. Как я ему все объясню. Во что теперь моя жизнь превратится? А Макс, он тоже меня предал, хотел сам книжку достать?

— Я не знаю, что случилось с Максом и почему он оказался со мной в могиле, но он был там, рядом, ночью. Как ты думаешь зачем?

— Так вам и нужно, иуды, предатели.

— Филя, ты что завелся? Мы чудом спаслись, только потому что Киан меня нашел, а ты нам смерти желаешь? Так вот, можешь думать, что хочешь, но я действовала во имя великой цели, по крайней мере, я спасала человечество от зла, осознанно жертвуя своей дружбой и обрекая себя на одиночество. Это моя жертва. И я буду нести клеймо предателя до конца жизни.

Моле было стыдно, больно, страшно, но она жила и поступала так, как считала нужным. Но Филя не хотел ее услышать и понять.

— Филя, а как же главная ценность-человеческая жизнь? Неужели книга, даже и очень дорогая, и эксклюзивная стоит жизни людей? Нас вчера чуть не убили, а ты думаешь только о том, что тебе врать заказчику? То есть ты переживаешь о своем дискомфорте, который мы тебе создали?

— Вот умеешь ты все перевернуть. Мне жаль Макса и тебя, но это ничего не меняет. Факт остается фактом, с друзьями так не поступают. Друзьям доверяют.

— Да, а ты у нас просто эталон морали. Святоша. А где ты был Филя вчера вечером, когда весь поселок уже знал, что на нас напали и что я ранена? Почему не кинулся меня искать, лечить и спасать, если ты такой умный и преданный? Вчера ты не знал то, что знаешь сейчас.

— Я дома был, у меня голова раскалывалась. О вас было кому позаботиться.

— Аааа, обиду свою копил? Ты — мелочный засранец, трус и хитрожопый эгоист. Ты не чем не лучше нас. Ты дождался, когда все прояснилось и только тогда выполз из дома. А я вот счет дням не потеряла. Кто-то вчера промыл и обработал все мои раны, но это был не ты, Филя, мой близкий друг. Ты не